Появился даже слух, будто в одном интервью Шэн Цянье заявил: если с ним что-нибудь случится, всё имущество достанется младшему брату.
Заявление выглядело очевидной ловушкой, но публика полностью поверила.
***
Время промчалось незаметно. Прошло полгода.
Восемнадцатого января календарного года зима ещё не закончилась, и над Шэнчуанем кружил мелкий снег.
Воздух был морозным.
Жун Шан в длинном чёрном пальто стояла у окна. Снежинка опустилась ей на тыльную сторону ладони, обжигая холодом.
Неподалёку деревенские девушки обсуждали новости:
[Вы слышали? Вчера великий Цянье завершил тур из двенадцати концертов и в конце расплакался на сцене. Так жалко его.]
[Плакал? Почему?]
[Наверное, из-за депрессии. Все же говорят, что у Шэн Цянье депрессия. Такой хороший человек…]
[Неправда! Он сам никогда этого не подтверждал. Всё выдумали бессовестные журналисты.]
По расчётам, сегодня вечером Шэн Цянье должен был умереть.
До назначенного времени оставалось около получаса.
На ладонь опустилась ещё одна снежинка.
Жун Шан смотрела на белый пейзаж тяжёлым, мрачным взглядом. Через некоторое время закрыла глаза.
Перед ней замелькали обрывочные сцены.
***
— Брат, как ты себя чувствуешь в последнее время?
В роскошной квартире Шэн Цяньсин снял шарф и положил на диван, поглядывая на фигуру в белом.
Справа на дорогом диване сидел поразительно красивый мужчина. Он прикрыл глаза и время от времени массировал переносицу тонкими светлыми пальцами.
— Нормально.
— Лекарство принимал?
Речь шла о препаратах, стабилизирующих настроение.
Рука Шэн Цянье остановилась, голос стал тише.
— Ещё нет. Выпью после еды.
— Брат, обязательно следи за здоровьем.
— Знаю.
Шэн Цянье открыл глаза и мягко улыбнулся.
— А как у тебя дела? Съёмки нового фильма режиссёра Чжана идут хорошо?
Он наклонился вперёд, взял воду со стола и отпил.
— Несколько дней назад режиссёр Чжан звонил. Сказал, что ты хорошо играешь и после этого фильма обязательно прославишься.
Шэн Цяньсин смущённо почесал голову.
— Брат, не смейся надо мной. Какая ещё слава? Буду счастлив, если режиссёры и дальше станут давать мне роли.
— Будут.
Шэн Цянье тепло улыбнулся, но улыбка не коснулась глаз.
Возможно, двенадцать концертов подряд отняли слишком много сил. Даже улыбаясь, он не мог скрыть усталость.
Шэн Цяньсин украдкой посмотрел на его профиль и подался вперёд.
— Ты выглядишь уставшим. Может, пойдёшь отдохнёшь?
— Столько концертов подряд… Если не восстановишься, организм не выдержит.