— Я сам.
Он намеренно говорил холодно и спокойно.
Но прежде чем успел взять полотенце, Жун Шан перехватила руку.
Мягкое прохладное прикосновение заставило Нань Циюя нахмуриться. Он поднял глаза.
Женщина стояла против света, и лёгкая тень падала на её прекрасное лицо.
Она продолжала вытирать волосы. Из-за разницы в росте всё ещё стояла на носках и наверняка знала, что он смотрит, но не поднимала глаз.
Нань Циюй внезапно почувствовал раздражение.
Он резко схватил её за руку и опустил вниз.
— Е Чжаосюэ, чего ты добиваешься?
Он никогда прямо не говорил о своих чувствах.
Похоже, она к этому привыкла.
Но его это не устраивало.
— А чего ты хочешь от меня?
Он сжимал руку так сильно, что стало больно. Жун Шан подняла глаза, встретилась с ним взглядом и беззаботно улыбнулась.
— Хочешь, чтобы я держалась от тебя подальше?
Если бы она не связывалась с ним полмесяца, он, наверное, и дальше делал бы вид, будто ничего не происходит.
Нань Циюй мрачно нахмурился.
Внутри внезапно вспыхнул гнев, но он не успел ничего сказать.
Жун Шан приблизилась, обвила руками его шею и потянула вниз.
Губы коснулись прохлады.
Нань Циюй широко открыл глаза, глядя на лицо совсем рядом. Сердце забилось быстрее, а щёки покраснели.
Он не понимал, что она делает.
И почему сам не отталкивает.
***
— Я правда расстанусь с Чэн Сыяном. Я тебя не обманываю.
Через некоторое время её хрипловатый голос прозвучал совсем близко.
Они стояли так тесно, что Нань Циюю достаточно было чуть опустить голову, чтобы пересчитать её ресницы.
Но взгляд против воли остановился на красных губах.
Только что…
— Ты веришь мне?
Впервые Жун Шан почувствовала настоящее раздражение.
Она столько раз пыталась достучаться до него и объяснить, что сама уже начала сомневаться.
Зачем вообще оправдываться?
Это всего лишь задание. Разве нужно принимать всё настолько близко к сердцу?
Жун Шан мысленно усмехнулась.
Нань Циюй наконец ответил:
— Ты собираешься замуж.
Словно напоминал, что ей не следует переходить границу.
Жун Шан рассмеялась. Освободив руку, снова поднялась на носки и спокойно продолжила вытирать его волосы.
Нань Циюй не понял.
— Что смешного?
— Ты правда хочешь, чтобы я вышла за него?
— Это твой выбор.
Он никогда её не принуждал.
Голос оставался таким холодным, будто всё происходящее было лишь иллюзией.
Он не мог её любить.
У Жун Шан даже возникло желание самой объявить задание проваленным.
Почему?
Потому что она, кажется, немного запаниковала.
Она презрительно усмехнулась.
— Он мне изменяет. Если я всё равно выйду за него, значит, у меня мозгов нет.
Нань Циюй замолчал.
Значит, она знает.
Он смотрел на слегка рассерженную Жун Шан, затем опустил глаза и сжал покрасневшие губы.
После короткой паузы спросил:
— Поэтому ты преследуешь меня только ради того, чтобы позлить его?
Жун Шан улыбнулась без всякой теплоты.
— Нань Циюй, можешь перестать придумывать всё за меня?
Её уже откровенно смешило его упрямство.
— Ответь только на один вопрос. Ты мне веришь?