Тун Илинь подняла упавшую сумку и стряхнула пыль, когда услышала смех Лу Ю и его девушки.
Она нахмурилась и резко посмотрела на него.
— Над чем смеёшься?
Мужчина и женщина переглянулись с понятной лишь им насмешкой.
Это чувство раздражало. Тун Илинь казалось, что её выставили перед ними как жалкий товар и позволили свободно унижать.
Лицо покраснело. Она размахнулась сумкой и ударила Лу Ю по лицу.
Тот болезненно дёрнулся, улыбка исчезла.
— Тун Илинь!
Он стиснул зубы и шагнул вперёд, собираясь дать пощёчину, но девушка удержала его.
— Хватит. Ей и так плохо. Вся страна её ругает. Зачем спорить с этой несчастной?
Слова были полны колючей насмешки и разозлили Тун Илинь сильнее прежних оскорблений.
Она сжала кулаки.
Лу Ю сплюнул.
— Тун Илинь, неужели думаешь, что я действительно хотел за тобой бегать? После той мерзости, которую ты устроила, смотреть на тебя не мог. Если бы не месть, зачем мне было терпеть отвращение и снова приближаться?
Слово «месть» сразу привлекло её внимание.
— Значит, фотографии меня и Чэн Сыяна сделал ты? — Тун Илинь широко раскрыла глаза. — Ты понимаешь, что это преступление?
Проклятье. Почему она не остерегалась этого человека?
— Преступление? — рассмеялся Лу Ю. — Фотографии сделала Е Чжаосюэ. Что нарушил я? Даже если небо рухнет, отвечать будет кто-то другой.
Так он сам раскрыл сотрудничество с Жун Шан.
Тун Илинь остолбенела.
— Е Чжаосюэ…
Значит, всё сделала она.
— Я предупреждал тебя, — продолжил Лу Ю. — Е Чжаосюэ — старшая дочь семьи Е. Можно было увести мужчину у любой женщины, но ты полезла именно к ней. Теперь она без Чэн Сыяна живёт прекрасно, а ты без него хуже нищей.
Он обнял девушку за плечи и смотрел победителем.
Тун Илинь стояла перед ними промокшая и жалкая, будто весь мир окончательно рухнул.
Под дождём она ушла от дома Лу Ю.
Даже промокнув насквозь, не вернулась домой, а спряталась от непогоды в ближайшей чайной.
Но чем дольше думала, тем сильнее разгорался гнев.
Тун Илинь достала телефон и без колебаний позвонила Чэн Сыяну.
***
Вечером в доме Е Жун Шан уже несколько дней не выходила наружу.
После скандала господин Е боялся, что дочь страдает и может совершить глупость, поэтому запретил покидать дом.
По крайней мере, здесь за ней наблюдали слуги.
Нань Циюй об этом не знал.
Он увидел новости и несколько дней не встречал её на съёмках. Решил, что из-за Чэн Сыяна Жун Шан настолько подавлена, что не хочет работать.
Несколько дней мужчина терпел, а сегодня после съёмок и ужина всё же вышел на балкон и позвонил.
Лишь через пару минут на другом конце ответили.