Чэн Сыян тревожился после того, как Нань Циюй увидел его с Тун Илинь.
Пока Жун Шан принимала душ, он расспросил служанку и поспешил на третий этаж.
Долго никто не открывал.
Без разрешения войти в чужую комнату он не мог — это не соответствовало образу воспитанного человека.
— Господин Нань, вы здесь?
Дверь открылась.
Из щели подул прохладный воздух.
— Простите за беспокойство.
Створка распахнулась шире, и огромный кулак неожиданно врезался ему в лицо.
Чэн Сыян отшатнулся.
На губе появилась кровь.
Нань Циюй опирался о косяк, словно удар его совершенно не касался. В глазах пылал гнев.
— Зачем пришёл?
— Я хотел поговорить о случившемся вечером.
— Мне неинтересно.
Мужчина повернулся.
— Подождите.
Чэн Сыян поспешил следом.
— Вы неправильно поняли увиденное. Тун Илинь плохо себя чувствовала и почти падала, поэтому я поддержал её.
Обнял её за спиной Е Чжаосюэ?
Огонь в глазах Нань Циюя вспыхнул сильнее.
Чэн Сыян продолжал оправдываться, но мужчина развернулся и ещё более тяжёлым ударом отправил его на пол.
— Чэн Сыян, ты вообще человек?
Он шагнул вперёд.
Чэн Сыян испуганно поднялся.
— Что вы делаете?
Ещё один кулак врезался в лицо.
Мужчина снова упал.
— Е Чжаосюэ так любит тебя, а ты изменяешь за её спиной?
Чэн Сыян запаниковал.
— Нет! Я не предавал Чжаосюэ. Именно поэтому пришёл всё объяснить.
Даже с разбитым лицом он старался сохранять видимость благородства.
Но оправдания звучали всё подозрительнее.
Нань Циюй считал, что предатель заслуживает смерти.
Он схватил Чэн Сыяна за воротник и поднял с пола.