Она попала точно.
Фэн Цзюэ отрицать не стал.
— Не твоё дело.
Фэн Линсюэ словно сердце разбили.
— Брат, как ты можешь ради себя забыть обо всём нашем народе?
В её взгляде было откровенное разочарование.
Фэн Цзюэ остановился и обернулся.
— Ты хочешь сказать, что я эгоист?
Она промолчала.
А разве нет?
— А ты? — Фэн Цзюэ высвободил руку. — Когда из-за собственной злости устроила ту историю в школе, сколько наших заплатило за твою глупость?
— Я…
— Вы снова и снова действуете за моей спиной. И кто каждый раз разгребает последствия?
Фэн Линсюэ нечего было ответить.
Но принять его решение она всё равно не могла.
— Даже так ты не можешь быть с Шэн Чжанань.
Она глубоко вздохнула и попыталась говорить спокойно.
— Брат, волчий народ должен править людьми.
— А если ты будешь с ней, что тогда?
— Если однажды она захочет уничтожить нас, кого ты выберешь?
Её или свой народ?
Фэн Цзюэ давно понимал этот вопрос.
Просто решения не находил.
Он больше не хотел спорить.
— У меня дела.
Развернулся и вышел, оставив Фэн Линсюэ одну со злостью.
***
В тот день Жун Шан несколько часов провела под дверями операционной.
К вечеру операция Шэн Линьфэна завершилась успешно.
Но сухожилия на правой руке оказались полностью перерезаны, поэтому его перевели в реанимацию.
Жун Шан не могла спокойно думать об этом.
Правая рука больше не работает.
Как он будет стрелять?
Бабушка Шэн весь день плакала в коридоре.
К вечеру немного успокоилась, и Жун Шан уговорила её вернуться домой отдохнуть.
Сначала старушка отказывалась.
Тогда Жун Шан сказала: выспится — потом сменит её возле Шэн Линьфэна.
Это было скорее утешение.
Сейчас и без того слишком много дел.
Если бабушка продолжит рыдать здесь без отдыха, станет только хуже.
Следующие дни Жун Шан металась между домом и больницей.
Фэн Цзюэ несколько раз звонил.
Она смотрела на экран и сбрасывала.
В конце концов добавила номер в чёрный список.
Когда связаться уже никак не получалось, Фэн Цзюэ сам приехал в больницу.
Бабушка Шэн понятия не имела, кто он.
Услышав лишь, что это самый богатый человек Хуанчэна, отнеслась очень тепло.
Жун Шан — наоборот.
Увидев, что Фэн Цзюэ собирается войти в палату, схватила за руку и потащила наружу.
Бабушка обернулась и удивилась:
— Куда они делись?
***
Ночью поднялся ветер.
Жун Шан дотащила Фэн Цзюэ до входа в больницу и только там отпустила.
На улице было слишком много людей, поэтому говорить прямо нельзя.
Она пошла дальше, а Фэн Цзюэ спокойно следовал.
Лишь в тихом переулке Жун Шан обернулась.
— Зачем пришёл в больницу?