— Вот как?
Второй господин Нань задумчиво потёр подбородок и снова посмотрел вниз на молодого мужчину.
Смерть Чэн Сана едва ли была случайностью. Кто-то сделал это намеренно.
А у кого с ним была кровная вражда?
Первым на ум приходил Нань Цяошэн.
Убийство родителей — долг крови.
Второй господин вспомнил год его рождения. На обеих руках младенца появились разные тотемы, и в семье заговорили, что ребёнок приносит несчастье. Некоторые советовали старшему брату избавиться от него, но родители не смогли.
Позже начались странности. У Нань Цяошэна словно существовали две совершенно разные стороны.
Одна — мягкая, добрая и воспитанная. С таким Цяошэном можно было спокойно сидеть за одним столом.
Другая — холодная и кровожадная. Когда появлялась она, весь дом Нань вставал на уши.
Однажды слуга, убиравший его комнату, случайно повредил вещь. После этого…
Второй господин до сих пор помнил тот случай.
Он прищурился.
Если Чэн Сана убил Нань Цяошэн, то какая именно его сторона сейчас находится внизу?
Снизу доносились удары и крики. Люди Второго господина один за другим отлетали в стороны.
Янь Цзе тоже смотрел вниз, и выражение его лица становилось всё тяжелее.
— Второй господин, может, лучше уйти?
— Уйти? — тот усмехнулся. — С чего бы? Нас здесь столько. Неужели один мальчишка справится со всеми?
Но ответ пришёл быстро.
Нань Цяошэн двигался среди людей почти без остановки. Один падал — следом второй. Вскоре двор оказался усеян телами.
Второй господин перестал улыбаться.
— Янь Цзе.
— Да.
— Спускайся.
Янь Цзе сжал кулаки и шагнул к лестнице.