Он поднял подбородок.
— Подожди.
Снял её руки со своей и ушёл вперёд.
Судя по прежней бесстыжей манере Владыки, под «содержательным» он вполне мог подразумевать...
Жун Шан успела придумать в голове целую коллекцию вариантов.
Потом ждать надоело, и она сама устроилась в гостиной.
Ждала-ждала и задремала, откинув голову на спинку кресла.
Неизвестно сколько прошло времени, когда впереди раздались шаги.
Жун Шан сразу подняла голову.
Му Ишан нёс толстую пачку бумаги.
Подошёл.
Хлоп.
Бросил её на стол.
— Посмотри.
— Вот этот сценарий неплохой.
Его написал младший дядя по материнской линии.
Хм?
Он и правда принёс сценарий?
Жун Шан выпрямилась и небрежно пролистала несколько страниц.
Эм.
— То есть ты считаешь, что в моём прошлом фильме было мало поцелуев и поэтому он недостаточно «содержательный»?
Притащил ей сценарий, где она должна целоваться с другим мужчиной?
Жун Шан положила бумаги обратно, отодвинулась и скрестила руки.
Совершенно непонятно.
Му Ишан нахмурился, увидев её реакцию.
М?
Что-то не так.
Он подошёл, забрал сценарий и быстро пролистал.
Разозлился.
Хлоп!
В следующую секунду сценарий полетел на стол.
Жун Шан смотрела, как он сердито идёт на балкон и звонит кому-то.
Наверное, дело в тексте.
Неужели какой-то режиссёр узнал об их отношениях и решил его облапошить?
Через некоторое время из гостиной она услышала, как он требует у собеседника:
— Я разве не просил всё переделать?
— Почему после правок таких сцен стало ещё больше? У тебя с головой всё нормально?
С другого конца ответил продюсер Гао:
— ...
Парень, я терплю.
— Му Ишан, просто есть сцены, где отношения уже дошли до такой точки, что трудно совсем ничего не показывать.
Например, двое любят друг друга, страсть уже на пределе, а они по-прежнему только держатся за руки и обнимаются.
Зрителям захочется самим столкнуть их лбами, чтобы наконец поцеловались.
И что?
На балконе дул сильный ветер, от него даже виски ныли.
Му Ишан потёр переносицу и холодно сказал:
— Всё. Больше не надо писать мне никакие сценарии.
Мир большой. Сценаристов хватает.
— ...Племянничек, ты серьёзно или...
— Не называй меня племянничком.
Он всего лишь названый младший брат его матери, которого та признала в молодости, а не настоящий родственник.
И постоянно пользуется этим родством. Му Ишана это раздражало.
— Сказанного не воротишь.
Даже если бы можно было — он бы не стал.
Он уже собирался отключиться.
Но продюсер Гао, словно давно ожидал такой реакции, поспешно остановил:
— А если главным актёром будешь ты?
Вот ведь парень.
Ещё несколько дней назад Гао только гадал, не нравится ли ему Юй Шэн.
А теперь они уже вместе попали в горячие темы.
Говорят, даже помолвлены.
В отчаянии продюсер придумал этот выход.
И глаза Му Ишана тут же загорелись.
...
Вечером после звонка Му Ишан всё уговаривал её сняться по этому сценарию.
Жун Шан смотрела на него как на торговца людьми.
Хотя всё уже прекрасно понимала, всё равно хотела, чтобы он признался сам.
— О чём вы договорились?
Если бы она не слышала его разговор, сейчас, может, уже продали бы, а она и не заметила.
— Говори. — Она ущипнула его за красивую щёку и прищурилась. — Лучше признавайся честно.
Лицо Му Ишана от её пальцев уже приняло неизвестную форму.
А он всё равно улыбался.
До невозможности её баловал.
— На самом деле мне просто захотелось сыграть в кино.