Ночь была глубокой.
Гун Цзымо находился один у себя.
Стало поздно. Он умылся, вышел из ванной, закрыл шторы и собирался ложиться.
Из коридора донёсся чей-то голос — несколько раз звали Гун Цзыци.
Ответа не было.
Гун Цзымо решил, что Гун Цзыли просто ищет младшего брата, и не обратил внимания.
Вышел закрыть дверь и уже хотел вернуться.
Бум-бум-бум!
В следующую секунду в дверь начали колотить.
Снаружи раздался яростный голос Гун Цзыци:
— Гун Цзымо! Гун Цзымо, открывай!
Два его брата рядом уговаривали:
— Цзыци, уже поздно. Хватит.
— Отойдите! — Гун Цзыци оттолкнул одного.
Бум-бум-бум!
Он снова заколотил.
— Трус! Не смеешь выйти?!
Проклятый.
Мать и братья боятся той семьи — он не боится.
Он докажет, что их тоже нельзя безнаказанно задевать.
— Гун Цзымо! Выходи!
— Цзыци, достаточно.
Такой шум ночью — ещё господин услышит, тогда точно накажет.
И тут щёлкнула соседняя дверь.
Ближе всех стоял Гун Цзыли. Он поднял голову и встретился с холодным взглядом женщины.
Жун Шан уже лежала в постели.
Но этот проклятый человек орал в коридоре так, что уснуть невозможно.
Она вышла.
Первым увидела Гун Цзыли, спокойно отвела взгляд и посмотрела на Гун Цзыци.
Лицо холодное.
— Ты уже накричался?
Гун Цзыци мгновенно обернулся.
Увидев её в пижаме, оттолкнул Гун Цзыли и подошёл.
Голос был резким:
— Вернись к себе.
Жун Шан подняла бровь.
— С чего бы?
— Я пришёл к Гун Цзымо, не к тебе.
— А я говорила, что ты пришёл ко мне?
Ну и человек.
Гун Цзыци остался без ответа.
Открыл рот, потом вздохнул.
Ладно. Не будет с ней спорить.
Двумя шагами вернулся к двери и снова поднял руку.
Жун Шан раздражённо нахмурилась.
Уже хотела прогнать.
Но дверь открылась раньше.
Гун Цзымо появился, сонно потирая глаза.
Рука Гун Цзыци замерла.
— Гун Цзымо.
Через две секунды он схватил его за ворот и рванул вперёд.
— Смеешь выйти со мной драться?
Каждый раз, когда он видел это лицо, хотелось ударить до тех пор, пока тот не будет валяться и просить пощады.
Жун Шан не выдержала:
— Гун Цзыци, тебе сколько лет?
Он и так был зол.
Резко обернулся:
— Ты замолчи!
А когда снова повернул голову — получил по лицу от Гун Цзымо.
Хлоп!
Гун Цзыци и оба его брата замерли.
Гун Цзымо отцепил его руку и недовольно сказал:
— Не кричи на мою сестру.
Когда Гун Цзыци опомнился, лицо уже пылало.
— Гун Цзымо, ты меня ударил?!
Он замахнулся и кулаком попал прямо по красивому лицу.
Гун Цзымо отлетел на несколько шагов.
Гун Цзыци всё ещё не успокоился.
Ругался и снова рвался вперёд.
Гун Цзыли схватил его.
Тот дёргался и пинался.
— Гун Цзымо, если мужик — выйди и дерись!
— Я тебя прибью!
— Всё, Цзыци. — Гун Цзыли изо всех сил удерживал.
Он увидел синяк у губ Гун Цзымо и уже начал беспокоиться не за него, а за самого Цзыци.