— Что сказала госпожа Хуа?
Госпожа Хо нахмурилась. Её не покидало чувство, будто её обманули.
— Сказала, что это её не касается.
Цок.
Жун Шан улыбнулась.
Впервые ей показалось, что госпожа Хуа умеет быть настолько полезной.
Госпожа Хо тревожно посмотрела на мужа.
— Что же теперь делать?
Кто бы мог подумать, что едва невестка переступит порог семьи Хуа, госпожа Хуа сразу же откажется от прежних слов.
Госпожу Хо от злости чуть не распирало.
Знала бы заранее — выбила бы деньги ещё до свадьбы.
Господин Хо покачал головой и сжал переносицу.
Голова раскалывалась.
— Дай мне подумать.
Нужно было придумать, что теперь делать.
Он замолчал, и госпоже Хо оставалось только униженно просить Жун Шан.
— Доченька, ну помоги нам. У компании сейчас совсем нет свободных денег. Ещё немного — и всей семье будет нечего есть.
Она принялась изо всех сил изображать бедственное положение.
Но насколько знала Жун Шан, компанией Хо сейчас управлял Хо Бай.
Этот парень и без того был хитрым и хватким. Компания попала к нему в руки всего несколько лет назад, а показатели уже выросли в несколько раз.
Зарабатывают столько денег — и теперь рассказывают ей, что оборотных средств нет и компания вот-вот разорится?
Хе-хе.
Пусть призраков обманывают.
А вот Хуа Сичэнь оказался мягче неё.
Наверное, всё-таки думал о том, что это её мать, его тёща.
Он тихо предложил:
— Может, дашь им пятьдесят миллионов?
Он понимал, что всё, что она только что рассказывала господину Хо, было выдумкой.
— Циянь, не стоит из-за денег портить отношения в семье.
Семья.
Ха.
Они никогда не считали её своей семьёй.
Деньги она дать могла.
Но…
— Хорошо. Дам вам пятьдесят миллионов.
— Пятьдесят миллионов?
Госпожа Хо всё ещё выглядела недовольной.
Она повернулась к мужу, но тот кивнул.
Мол, хватит. Пятьдесят миллионов — тоже огромные деньги. Лучше, чем ничего.
Госпожа Хо тут же переменилась.
— Хорошо, хорошо! Пятьдесят так пятьдесят.
— Циянь, тогда деньги…
— Я ещё не закончила.
Жун Шан спокойно добавила:
— Только что вы сказали, что все эти годы я ела за ваш счёт, пила за ваш счёт и жила в вашем доме. Что вы потратили на меня много денег и сил.
— Хорошо. Тогда считайте эти пятьдесят миллионов моим возвратом долга семье Хо.
Она не собиралась позволять им потом снова и снова цепляться к ней с этим.
Поначалу госпожа Хо ничего странного не услышала.
Она часто кивала и соглашалась.
Но господин Хо дёрнул её за одежду, намекая, чтобы она сначала поняла смысл слов.
Госпожа Хо задумалась.
— Погоди. Циянь, что ты имеешь в виду?
— Что имею?
Жун Шан холодно усмехнулась.
— Я возвращаю вам долг за воспитание. После этого между мной и семьёй Хо больше не будет никаких отношений.
С этими словами она встала, потянув за собой Хуа Сичэня.
Мужчина рядом уже застыл, словно не понимал услышанного.
— Циянь…
Он хотел что-то сказать, но Жун Шан остановила его.
Госпожа Хо наконец осознала смысл и повысила голос:
— Циянь, ты хочешь разорвать с нами отношения?!
Вот это да.
Неужели она решила, что раз вышла замуж в семью Хуа, теперь можно одним пинком отбросить их всех?
— Ты с ума сошла!
Господин Хо, до этого долго наблюдавший молча, наконец сорвался.
— Хо Циянь, бессовестная неблагодарная девчонка!
— …
— Да, ты не наша родная дочь. Но все эти годы мы растили тебя как собственную! А теперь ты вышла за Хуа, разбогатела — и сразу захотела от нас отказаться!
— Ты… ты вообще человеком себя считаешь?!