Снизу снова донёсся крик госпожи Хуа.
Жун Шан спросила:
— Точно не хочешь посмотреть?
— Не надо. Пусть сами разбираются.
— Ладно.
Жун Шан кивнула.
Хуа Бэйсин вдруг усмехнулся.
— У тебя слух настолько хороший? Мы уже наверху, а ты всё ещё слышишь их?
Жун Шан отвернулась и промолчала.
Вскоре зазвонил домашний телефон.
Улыбка Хуа Бэйсина исчезла.
Он подошёл и ответил.
Ему сообщили: госпоже Хуа разбили лоб, она потеряла сознание.
Хуа Бэйсин мгновенно изменился в лице.
Не сказав ни слова, развернулся и быстро ушёл.
В 22:55 приехала полиция.
Госпожу Хуа отправили в больницу, а госпожу Лю увезли в участок для объяснений.
Хотя, если посмотреть внимательно, сама госпожа Лю пострадала ничуть не меньше.
Просто госпожа Хуа была хитрее: била туда, где синяки не видны под одеждой.
Стоило госпоже Лю приподнять край одежды — тело всё в ушибах.
Хуа Бэйсин уехал и перед выходом велел Жун Шан присмотреть за домом.
Через полчаса позвонила Чэнь Синьлань.
Сказала, что приготовила подарок.
В трубке ещё несколько раз извинялась: из-за сегодняшней ссоры подруга даже день рождения нормально не отметила.
Жун Шан слышала искренность.
Поэтому предложила:
— Купи торт и приезжай сюда. День ещё не закончился.
Чэнь Синьлань мгновенно отключилась.
Осталось всего полчаса!
Жун Шан беспомощно улыбнулась.
И всё-таки Чэнь Синьлань успела.
В 23:55 влетела в дом с тортом и подарком, тяжело дыша.
— Успела! Ещё есть время.
— Циянь, быстрее загадывай желание.
Она вставила в торт восемнадцать свечей, зажгла и выключила свет.
На всё ушло ещё две минуты.
Чэнь Синьлань нервничала так, будто сдаёт экзамен.
Несколько раз торопила.
Жун Шан пришлось закрыть глаза.
Что пожелать?
Пусть в его сердце и душе будет только она одна.
— Быстрее, свечи!
Оставалась минута.
Жун Шан открыла глаза и одним дыханием погасила огоньки.
Чэнь Синьлань облегчённо выдохнула и включила свет.
Подошла с улыбкой.
— Циянь, с днём рождения.
Это уже двенадцатый день рождения, который они отмечают вместе.
Потом будет двадцать второй, тридцать второй…
Они всегда будут рядом.
После очень искренней речи Чэнь Синьлань вручила подарок, который выбрала ещё несколько дней назад.
Часы.
На циферблате поблёскивали пять маленьких бриллиантов.
Жун Шан сразу надела.
Под светом часы красиво засияли.
Она улыбнулась.
— Спасибо.
Чэнь Синьлань тут же нахмурилась.
Жун Шан как раз поправляла ремешок, когда та ткнула её локтем.
— Что?
Чэнь Синьлань посмотрела странно.
Внутри возникло смутное ощущение.
— Циянь, мне кажется, ты теперь…
Стала какой-то другой.
Объяснить трудно.
Раньше для посторонних Хо Циянь была холодной снаружи и тёплой внутри.
Но рядом с Чэнь Синьлань она всегда была открытой и тёплой целиком.
А теперь иногда между ними будто появлялась дистанция.
— Что со мной?
Жун Шан уклонилась от слишком пристального взгляда.
Опустила глаза, поправила ремешок, потом обняла подругу за плечи.
— Всё. Давай есть торт.