Из укрытых тьмой зарослей со всех сторон вдруг донёсся волчий вой.
Жун Шан остановилась.
Резко обернулась.
За листвой в ночи вспыхнула пара зелёных глаз — острых, холодных.
Увидев её, волк оскалился, обнажая клыки.
— Ау-у-у!
Волк рычал.
Опасность приближалась.
Жун Шан не сводила с него внимательного взгляда и ждала момента для атаки.
Но тут сверху что-то упало.
Она посмотрела вниз.
На белом свадебном платье красовалась птичья кучка.
— …
Вот же.
Лицо Жун Шан изменилось. Её всю передёрнуло.
Терпеть это хотя бы ещё секунду она явно не собиралась.
Вжух — и женщина исчезла среди деревьев.
— Ау-у-у!
На земле там, где пробежал волк, осталась полоса крови.
…
Дом семьи Шэн.
Одежда из шкафа была вывалена наружу.
Роясь в вещах, Жун Шан не удержалась от ругательства:
— Чёрт.
Вот уж действительно сорвала джекпот.
Она выбрала сравнительно удобный домашний костюм, переоделась, свернула свадебное платье комом и отправила его прямиком в мусорное ведро.
Ни капли сожаления.
Потом вышла на кухню, сварила лапшу и только села есть, как позвонил Хань Цзяхан.
Разумеется, он звонил вовсе не затем, чтобы уговаривать её не отменять свадьбу.
Он требовал вернуть свадебное платье и кольцо с бриллиантом — ведь всё это покупал он.
Смешно.
— Жди курьера, — бросила Жун Шан и отключилась.
Ночью ветер с грохотом бил окна.
Жун Шан сидела на диване с миской лапши. Вскоре за дверью послышались тихие шаги.
Она подняла голову.
Снаружи тут же всё стихло.
Отец Шэн вернулся?
Похоже, нет.
Ф-фух.
Она продолжила есть яичную лапшу.
Бах.
Кто-то будто врезался в дверь виллы.
Затем послышалось тяжёлое мужское дыхание, сбивчивое и хриплое.
Теперь точно было ясно: не отец.
Жун Шан сначала решила посмотреть, что произойдёт дальше.
Но время шло, лапша уже остыла, а снаружи, кроме ветра, больше ничего не слышалось.
Ладно.
Не её забота.
Она поднялась и вылила остывшую лапшу.
Едва вышла из кухни, как снаружи донёсся слабый голос:
— Е-есть кто-нибудь?..
Щёлк.
Жун Шан подошла к двери, ухватилась за ручку и распахнула её.
Бах!
Кто-то сразу рухнул внутрь — прямо к её ногам.
Она приподняла бровь и посмотрела вниз.
Мужчина был бледен.
Рука, похоже, ранена: кровь насквозь пропитала рубашку.
Посреди ночи… Что за дела?
С сомнением Жун Шан присела рядом.
Мужчина уже потерял сознание.
Она толкнула его — никакой реакции.
Спасать?
Всё-таки человеческая жизнь.
Жун Шан вздохнула.
Ладно, спасать.
Она дотащила его до гостевой комнаты, сходила в ванную за горячим полотенцем и включила свет.
Только тогда увидела: в крепком плече мужчины сидит пуля.
— …
Пуля?
На дворе вроде цивилизованное общество.
Где нормальный человек успел словить пулю?
Не раздумывая лишнего, Жун Шан отложила полотенце, принесла аптечку и наскоро обработала рану.
Убедившись, что кровь больше не идёт, отступила.
И уже собиралась уйти, когда заметила цепочку на его шее.
Теперь сомнений не осталось.
Этот человек — её цель.
[Кровавая духовная жемчужина пусть останется у тебя.]
[Зачем?]
[Чтобы в следующий раз я сразу тебя узнала.]
Она всё ещё помнила разговор с Гу Синчэнем в прошлом мире.
Надо же.
Какой послушный.