Госпожа Мо заметила, что сын всё время смотрит на родителей Сяо Цэ.
Мо Чжань дружил с Сяо Цэ много лет и хорошо знал их семью. Но впервые не поздоровался.
— Раз пришли, чего стоите? — позвал господин Мо. — Заходите, поприветствуйте дядю и тётю Сяо.
Мо Чжань проигнорировал его.
— Мама, они приехали обсуждать свадьбу Сяо Цэ и Цици?
Госпожа Мо замялась.
Что означает этот взгляд? Будто родители только что предали собственного сына.
Она похлопала его по плечу.
— Цици уже двадцать четыре. Пора думать о браке.
Затем повернулась к Жун Шан с улыбкой:
— Цици, идём внутрь. Сегодня будет хорошая новость.
Она взяла девушку за руку. Жун Шан не сопротивлялась.
Мо Чжань после этих слов совсем перестал скрывать раздражение. Даже поздоровавшись с гостями, сидел с мрачным лицом.
Господин Мо решил, что сын снова демонстрирует неприязнь к сестре, и рявкнул:
— Иди наверх!
Другие братья защищают сестёр, а этот умеет лишь хмуриться.
Мо Чжань посмотрел на Жун Шан, явно ища поддержки.
Она под столом легко похлопала его по руке, затем сказала отцу:
— Папа, пусть брат останется. Он никому не мешает.
— Хорошо. Раз Цици так хочет, оставайся.
Господин Мо мгновенно смягчился.
Мо Чжань снова ощутил всю глубину родительской несправедливости.
***
Родители Сяо действительно пришли говорить о браке сына с Мо Цици.
Жун Шан видела новости и знала, что после госпитализации Е Вэйя свалила всю вину на Сяо Цэ. Старшие поверили скандалу, поспешили принести извинения и предложили помолвку.
Всем в их кругу было известно, как Мо Цици любила Сяо Цэ. Поэтому родители приехали почти уверенными в согласии.
Но едва предложение прозвучало, Жун Шан сразу отказалась.
— Дядя, тётя, вы, вероятно, не знаете: мы с Сяо Цэ уже расстались.
В комнате воцарился шок.
Только Мо Чжань немного расслабился.
— Давно расстались, — добавил он как человек, знающий ситуацию.
— Как так? — госпожа Сяо растерялась. — Разрыв предложил наш Цэ?
Если да, объяснение хотя бы было бы понятным.
— Нет. Я, — лениво ответила Жун Шан, вращая декоративное кольцо. — Но он тоже этого хотел.