С одежды уже можно было выжать целое ведро воды.
Система боялась, что Жун Шан простудится и свалится с температурой, поэтому без конца уговаривала её уйти.
Но та стояла неподвижно и неизвестно о чём думала.
А система действительно не могла найти Шэнь Люняня.
Наверняка Владыка сам вмешался и что-то сделал.
Системе было неловко говорить об этом вслух, но Жун Шан словно и без того всё поняла.
— Ладно. Объявляй провал задания.
Она уже ничего не чувствовала.
Просто стояла под дождём и смотрела на место, где недавно был мужчина.
В голове всё ещё звучал его голос.
«Чжун Ся, сколько ещё ты собираешься от меня бегать?»
«Что мне сделать, чтобы ты наконец меня простила?»
«Умри. Умрёшь — прощу».
Жун Шан закрыла глаза. Ресницы на побледневшей коже едва заметно дрожали.
[Ещё немного подождём,] — сказала система. [Когда точно убедимся, что он умер, тогда и объявлю провал.]
Жун Шан криво усмехнулась.
Она хотела сказать: даже ей не удалось его найти. Как он может ещё…
— Провал задания?
Спина Жун Шан мгновенно напряглась.
— Какого ещё задания?
Глаза распахнулись.
Она застыла.
Ей показалось… будто она услышала голос Шэнь Люняня.
Галлюцинация?
Жун Шан не двинулась с места и продолжала мокнуть под дождём.
Пока…
— Ты там в украшение дороги превратиться решила?
Низкий, чарующий голос снова прозвучал за спиной.
На этот раз дождь его не заглушил. Каждое слово отчётливо дошло до неё.
Жун Шан резко обернулась.
И сразу встретилась с улыбающимся взглядом мужчины.
Сердце пропустило удар.
— Ты расстроилась, — сказал он, глядя на чуть покрасневшие глаза.
Жун Шан нахмурилась и, придя в себя, сразу всё отрицала.
Но мужчина улыбался.
Теперь он был совершенно уверен:
— Ты меня любишь.
— …
— Я исчез — ты начала искать. И расстроилась.
И всё это не имело отношения к заданию.
Если бы его смерть означала для неё только провал миссии, она бы не потеряла над собой контроль настолько сильно.
Под дождём Шэнь Люнянь медленно пошёл к ней.
Жун Шан наконец окончательно пришла в себя.
— Куда ты только что делся?
— Разве тебя не…
Не сбил грузовик?
— Чжун Ся, если бы я умер, тебе было бы очень больно? — Его мягкий взгляд не отпускал её, горячее дыхание приближалось, и Жун Шан невольно стала дышать чаще.
— Сначала ответь на мой вопрос!
Так не бывает.
Она отчётливо слышала удар.
Грузовик был слишком близко, времени уклониться почти не оставалось. Он не мог спастись.
Жун Шан сама находила свои мысли ненормальными.
Она хотела, чтобы он был жив, и одновременно не могла поверить, что он действительно выжил.
Когда мужчина подошёл почти вплотную, она выставила руку и заставила его остановиться.
Шэнь Люнянь послушно остановился.
Потом посмотрел на себя — весь мокрый насквозь — и улыбнулся.
— Мы правда будем разговаривать вот так?
Если долго стоять под дождём, можно простудиться.
— Может, хотя бы ты сядешь в машину?
Пусть лучше заболеет один, чем оба.
В итоге они оба забрались в салон.
С сидений сразу потекла вода.
Жун Шан посмотрела на них и промолчала.
Шэнь Люнянь сам пообещал:
— Вернёмся — я всё тебе высушу и вычищу.
Он слишком хорошо её знал.
Чистоплотность, почти болезненная любовь к порядку — место, где она находилась, всегда должно быть идеально чистым.
Он помнил всё.
Жун Шан чуть нахмурилась, не понимая собственных чувств.
Будто немного тронуло.
И будто немного порадовало.
Лицо уже не оставалось таким спокойным, как прежде.