Фэн Линсюэ и представить не могла, что Шэн Чжанди её предаст.
Даже Жун Шан на мгновение застыла от неожиданности.
Она разжала пальцы.
Фэн Линсюэ рухнула на землю.
Её широко раскрытые глаза всё ещё были обращены к Шэн Чжанди.
Жизни в ней почти не осталось.
Она с трудом разомкнула губы.
Горячие слёзы скатились по щекам.
— Чжан… Чжанди.
— Шэн Чжанди…
Как ты мог быть таким жестоким?
Я так хорошо к тебе относилась.
Я ведь так тебя любила.
Почему ты… предал меня?
Она выговаривала слова медленно, дрожащим голосом.
Шэн Чжанди стоял неподалёку с непроницаемым лицом.
Даже встретившись с её разочарованным, полным боли взглядом, он словно ничего не почувствовал.
— Фэн Линсюэ, я слишком долго ждал этого дня.
Смерть двоюродной сестры.
Смерть дяди…
Сколько бы дней и ночей ни прошло, стоило закрыть глаза — он снова вспоминал, кто их погубил.
Такое забыть невозможно.
Неважно, насколько хорошо Фэн Линсюэ относилась к нему.
— Ха…
Только теперь Фэн Линсюэ поняла, какого бессердечного мерзавца полюбила.
Пальцы дрожали, зрение застилали слёзы.
Она долго всхлипывала, но так и не смогла задать единственный вопрос: «Ты хоть когда-нибудь меня любил?»
Жизнь оборвалась раньше.
Жун Шан посмотрела на Шэн Чжанди:
— Ты…
— Сестра, пока никто не пришёл, уходи.
Как ни крути, Фэн Линсюэ была старшей госпожой семьи Фэн.
Если Жун Шан обнаружат здесь рядом с её телом, оправдаться потом будет почти невозможно.
— А ты?
Жун Шан подняла бровь, замечая, как он избегает её взгляда.
— Не вернёшься со мной домой?
Поняв, что сердце Шэн Чжанди всё это время оставалось на прежнем месте, она невольно ощутила облегчение.
По крайней мере, усилия прежней владелицы тела и Шэн Линьфэна не пропали зря.
— Шэн Чжанди, бабушка очень по тебе скучает.
При слове «бабушка» глаза юноши мгновенно покраснели.
— Нет.
Он покачал головой.
Сжатые кулаки выдавали внутреннюю борьбу.
Жун Шан не понимала, что ещё удерживает его теперь.
И тут сзади донеслись уверенные шаги.
Она нахмурилась.
Если это Фэн Цзюэ…
Не разбираясь, согласен Шэн Чжанди или нет, Жун Шан схватила его и увела прочь.
Через несколько мгновений на их прежнем месте появились двое мужчин.
Фэн Цзюэ и Ноль Семь.
Увидев лежащую на земле Фэн Линсюэ с несколькими пулевыми ранами, Фэн Цзюэ резко изменился в лице.
Взгляд похолодел.
Он быстро осмотрелся, но никого подозрительного не увидел.
— Старшая госпожа…
Ноль Семь не мог поверить своим глазам.
Кто мог так с ней поступить?
Он рухнул на колени перед телом Фэн Линсюэ.
Вокруг стояла летняя жара, а у него внутри всё будто заледенело.
Боль, которую он подавлял столько дней и ночей, наконец прорвалась наружу.
Ноль Семь заплакал прямо над её телом.
— Старшая госпожа…
— Господин Цзюэ, мы обязаны отомстить за неё!
Так это оставить нельзя.
— Господин Цзюэ…
Ноль Семь повернулся к стоявшему позади мужчине и, всё ещё оставаясь на коленях, взмолился.
Фэн Цзюэ стоял, заложив руки за спину.
Взгляд был мрачным.
Услышав его слова, он вдруг усмехнулся.
— Отомстить? Ты знаешь, кто это сделал?
— Тут и думать нечего. Наверняка Шэн Чжанань!
Кто ещё, кроме неё, знал истинную природу Фэн Линсюэ?
Ноль Семь знал и другое.
Фэн Цзюэ любит Шэн Чжанань.
Поэтому он наверняка…
— Я сам разберусь, кто это сделал.
Холодный голос оборвал его мысли.
Фэн Цзюэ посмотрел на тело сестры и закрыл глаза.
Сердце едва заметно дрогнуло.