При этой мысли Телиньван невольно отвлёкся.
Но разве можно отвлекаться в бою мастеров?
Едва он отвлёкся, Чжао Хай тотчас это заметил.
Чжао Хай двинулся и ударил копьём в главный ствол Телиньвана.
Копьё вошло неглубоко — всего на пару цуней. Для огромного дерева это было сущей мелочью.
Но Телиньван ощутил это совсем иначе, чем ощущал бы человек.
Едва копьё вонзилось в его тело, как он почувствовал, что от него исходит чудовищная, всесокрушающая сила.
Сила была невероятно мощной. Ворвавшись в его тело, она тотчас оборвала жизнь в одной его части.
Но и это было ещё не всё.
Едва он попытался вытолкнуть эту силу духовной энергией из своего тела, как обнаружил, что его сила ей не преграда.
Та сила, словно нож сквозь бамбук, разила в его теле вдоль и поперёк. Вскоре она и вовсе погасила в нём всё живое.
Чжао Хай, ощутив, что Телиньван мёртв, убрал Копьё Зелёного Дракона с Золотым Жалом, затем отправил Телиньвана в пространство и встал, держа копьё поперёк.
Увидев это, многие практики, впервые пришедшие посмотреть на бой Чжао Хая, невольно втянули воздух сквозь зубы.
Они давно слышали, что Чжао Хай невероятно силён, но не думали, что настолько.
Телиньван тоже был известной фигурой среди практиков ступени Мгновенного перемещения, но против Чжао Хая не продержался и нескольких ударов.
Такой человек поистине страшен.
Едва Телиньван погиб, как на Звезду Жизни и Смерти тотчас поднялся ещё один практик ступени Мгновенного перемещения и схватился с Чжао Хаем.
Эти практики понимали: сейчас не то, что прежде.
В прежних боях с Чжао Хаем некоторые сами признавали поражение. Признать поражение было ничего — их даже не стали бы высмеивать.
Но сегодня всё иначе.
Сегодня местом их решающего боя была Звезда Жизни и Смерти.
А на Звезде Жизни и Смерти существовало особое правило: избранные для боя на Звезде Жизни и Смерти не могут признать поражение — они обязаны решить исход жизни и смертью.
Кто не решит исход на Звезде Жизни и Смерти, того Помост жизни и смерти отправит в погоню.
Именно из-за этого правила сражавшиеся на Звезде Жизни и Смерти обретали свободу, лишь убив противника, — иного пути не было.
Те мастера ступени Мгновенного перемещения, которых выставили против Чжао Хая, все одержали на Помосте жизни и смерти около сорока побед подряд.
Все они, как и Телиньван, знали, что однажды могут столкнуться с Чжао Хаем, потому наблюдали за его боями.
Но, честно говоря, увиденное оставило у них то же чувство, что и у Телиньвана.
Чжао Хай в прежних боях, казалось, ни разу не показал истинного мастерства.
Оттого в бою с ним они всегда чувствовали себя скованно, неуверенно.
И результат оказался примерно таким, как они и предполагали.
Ни один практик ступени Мгновенного перемещения, сражавшийся с Чжао Хаем, не продержался против него и двадцати ударов.
Все они проиграли. Проиграли полностью.
Девять боёв — девять побед.
На Звезде Жизни и Смерти в схватках с мастерами ступени Мгновенного перемещения Чжао Хай одержал девять побед.
Такой исход превзошёл ожидания многих.
Но те, кто видел Чжао Хая в деле, не слишком удивились.
По их мнению, Чжао Хай и прежде, в выступлениях по пять противников, так же одного за другим одолевал своих врагов.
Теперь пятерых сменили девять — для этих людей это означало лишь, что Чжао Хаю придётся провести больше боёв.
Он и не мог быть соперником Чжао Хая.
По мнению тех, кто видел Чжао Хая в бою, единственным, кто сегодня мог стать ему противником, был тот практик ступени Алмазного тела.
Только он был достоин сразиться с Чжао Хаем.
Теперь все, кто пришёл смотреть, поняли: среди ступени Мгновенного перемещения Чжао Хаю нет равных.
Ни один практик ступени Мгновенного перемещения не мог быть ему соперником.
И Чжао Хай и вправду был достоин бросить вызов через ступень.
Чем выше ступень, тем труднее вызов через ступень. Таков закон мира культивации.
Все это понимали.
Потому многие не верили в успех этого вызова Чжао Хая.
Хоть он и был непобедим среди ступени Мгновенного перемещения, это вовсе не означало, что он достоин бросить вызов практику ступени Алмазного тела.
Ступень Алмазного тела и ступень Мгновенного перемещения — совершенно разные состояния, их не сравнить.
А Чжао Хаю сейчас было не до этих мыслей.
Он спокойно стоял на Звезде Жизни и Смерти.
Железный тигр под ним тоже спокойно стоял.
Один человек и один тигр — словно тысячи всадников.
Он ждал последнего боя.
Вызов через ступень для Чжао Хая не был чем-то особенным.
Он сам знал свою нынешнюю силу.
С его силой одолеть мастера ступени Алмазного тела не составляло труда.
Но сегодня ему предстояло на глазах у всех честно одолеть мастера ступени Алмазного тела, чтобы все узнали, на что он способен.
И тут вновь раздался голос ведущего.
Он громко воскликнул:
— Рыцарь смерти! Наш Рыцарь смерти! Он одержал девять побед подряд! Видно, что победы дались ему легко! Те девять, похоже, не отняли у него много сил! Это поистине невероятно! Что ж, посмотрим, сможет ли он совершить ещё что-нибудь невероятное! А теперь поприветствуем десятого претендента — нет, точнее, того, кому бросил вызов Чжао Хай! Это истинный мастер ступени Алмазного тела! Поприветствуем — Юань Цзиньгана!
Вслед за его словами раздался долгий крик.
Затем на Звезду Жизни и Смерти ворвалась чья-то фигура.
Это был здоровяк.
Ростом более двух метров, с мышцами, подобными горным хребтам. Кожа чёрная, волосы всклокочены, а облик напоминал скорее обезьяну, чем человека.
И он и вправду не был человеком, а был оборотнем.
Огромной обезьяной-оборотнем.
Племя гигантских обезьян и без того обладало невероятной силой, принадлежа к самым вершинам среди демонических зверей.
А после того как они становились оборотнями, их боевая мощь возрастала многократно.
Сила племени гигантских обезьян внушала страх всем практикам.
Да, именно страх.
Никто не хотел связываться с племенем гигантских обезьян, потому что их сила была слишком велика — настолько, что пугала.
Другие практики, будь то телесные культиваторы или оборотни, не тратили всю свою культивацию на оттачивание одной лишь силы.
По их мнению, как бы велика ни была сила, если ты не умеешь ею пользоваться или не можешь её применить, от неё нет никакого толку.
Но племя гигантских обезьян было иным.
Племя гигантских обезьян почти всё время тратило на оттачивание силы.
Их сила, их защита были головной болью для всех практиков.
Можно сказать, племя гигантских обезьян довело силу до предела.
И именно в этом заключалось самое страшное.
Всё, что достигает предела, становится по-настоящему ужасным.
Племя гигантских обезьян довело силу до предела.
Юань Цзиньган взглянул на Чжао Хая в чёрных доспехах и произнёс низким голосом:
— Ты и есть Чжао Хай? Я слышал, ты телесный культиватор?
Голос его был глубоким и низким, но обладал пробивной силой.
Он спокойно смотрел на Чжао Хая, словно тот не был его врагом, а простым прохожим.
Чжао Хай тоже спокойно смотрел на Юань Цзиньгана, затем кивнул:
— Верно, я телесный культиватор.
Юань Цзиньган кивнул:
— Говорят, ты невероятно силён. Ты сразился с Белым Тигром голыми руками, одолел его силой и взял в слуги? А осмелишься ли ты сразиться со мной голыми руками? Хочу посмотреть, насколько же велика твоя сила!
Чжао Хай взглянул на Юань Цзиньгана и вдруг слегка улыбнулся.
Затем произнёс низким голосом:
— Хорошо.
С этими словами по телу Чжао Хая скользнул чёрный свет.
Доспехи, железный тигр, оружие — всё исчезло.
Чжао Хай стоял в чёрном воинском одеянии.
Увидев это, пришедшие смотреть на бой разразились гулом.
Они не ожидали, что Чжао Хай и вправду на это решится.
Надо понимать, Юань Цзиньган — не Бай Хувэй.
Бай Хувэй хоть и из племени Белого Тигра, но он практик ступени Мгновенного перемещения. То, что Чжао Хай превзошёл его в силе, не было чем-то особенным.
Но кто такой Юань Цзиньган?
Юань Цзиньган происходил из племени гигантских обезьян, которое во всех плоскостях считалось самым сильным и самым страшным.
Главное — он был практиком ступени Алмазного тела.
Разница в ступенях стояла на виду.
Чжао Хай искал смерти!
Такова была первая мысль всех, кто увидел действия Чжао Хая.
Даже если Чжао Хай телесный культиватор, но сражаться голыми руками с гигантским оборотнем племени обезьян ступени Алмазного тела — всё равно что искать смерти.
Юань Цзиньган тоже не ожидал, что Чжао Хай согласится на его слова.
Он глубоко взглянул на Чжао Хая и произнёс низким голосом:
— Как бы ни закончился сегодняшний бой, я должен сказать: ты настоящий мужчина, самый стойкий практик из всех, кого я видел.
Чжао Хай взглянул на Юань Цзиньгана и расхохотался:
— Мне как раз хочется посмотреть, насколько же велика сила племени гигантских обезьян. Начинай.
Юань Цзиньган кивнул и произнёс низким голосом:
— Хорошо, начинай.
С этими словами он шагнул вперёд и ударил кулаком в сторону Чжао Хая.
Боевое искусство племени гигантских обезьян можно описать двумя словами — простое до предела.
Их искусство крайне просто. Всего несколько приёмов, туда-сюда.
Но именно это простое до предела искусство в руках племени гигантских обезьян обретает по-настоящему чудовищную мощь.
Не стоит недооценивать эти простые приёмы.
Эти приёмы не принадлежат ни одному боевому искусству.
Племя гигантских обезьян, пройдя через бесчисленные схватки, постигло их в бою — чистейшие, простейшие, самые прямые средства нападения.
Этими средствами племя гигантских обезьян одолело бесчисленных врагов.
Их нападение — простейшее, но и самое прямое.
Их защита — простейшая, но и самая плотная.
Великий Путь — в простоте.
Эту истину племя гигантских обезьян довело до предела.
Честно говоря, поначалу Чжао Хай и вправду не мог приспособиться к такому способу боя.
Потому что эти атаки были слишком просты, слишком прямы.
Глядя на такой способ боя, Чжао Хай прежде всего подумал: просто и грубо.
Ни капли изящества — просто и грубо.
Но столкнувшись с такими атаками, Чжао Хай обнаружил, что всевозможные вариации в его приёмах бесполезны.
Словно как бы ты ни менялся, противник всё равно, не обращая внимания, наносит удар за ударом.
Ты бьёшь своё, я бью своё.
Пусть ветер веет со всех сторон — я стою неколебимо.
Отвечать на все перемены неизменностью.
Таков был характер боевого искусства племени гигантских обезьян.
(Конец главы)