— Ха-ха-ха, толстяк, брат Гун пришёл, а ты даже не вышел встретить, сам сбежал. Скажу тебе, парень, ты с каждым годом всё хуже и хуже.
Чжоу Фэн как раз разговаривал с Чжао Хаем, когда донёсся раскат смеха.
Услышав этот голос, Чжоу Фэн тоже расхохотался:
— Гун Борода, ты всего лишь на пару лет раньше меня родился. Нечего этим пользоваться. Я же не знал, что вы прибыли в город Ванхай.
Едва он договорил, как на палубу опустились четыре человеческие фигуры.
Все четверо были в красных одеяниях культиваторов. Во главе — культиватор с окладистой бородой. Хоть он и выглядел бородатым, по возрасту казался ровесником Чжоу Фэна. Но самой примечательной была его борода — рыжая, весьма необычная.
Едва бородач ступил на палубу, Чжоу Фэн подошёл к нему.
Они раскрыли объятия и стиснули друг друга, изо всех сил хлопая по спинам. Выглядело это чрезвычайно тепло, но Чжао Хай почувствовал, как у него самого заныла спина. Ничего не поделаешь — те двое хлопали слишком сильно. Хоть и без духовной энергии, но по силе это походило не на объятия, а на драку с вором.
Лишь спустя время они разжали руки.
Гун Буши, осклабившись, взглянул на Чжоу Фэна:
— Ах ты, бессердечный. Ты же телесный культиватор, разве не знаешь? Ещё и так сильно — у меня кости чуть не переломались.
Чжоу Фэн с ухмылкой произнёс:
— Кто тебя заставлял так сильно хлопать? Знал же, что я телесный культиватор, и всё равно со мной силой мериться. Сам напросился.
Гун Буши закатил глаза:
— Тьфу, как же я тогда не сообразил? Ладно, на этот раз твоя взяла.
— Идём, познакомлю вас: это брат Чжао, это брат Чэнь, это брат Ван — все ключевые ученики нашего Дворца Отходящего Огня. Со мной идут на Парящий остров.
Чжоу Фэн кивнул и, в свою очередь, сказал Гун Буши:
— А это брат Чжао Лин, он тоже идёт со мной на Парящий остров.
— Слушай, Борода, ваш Дворец Отходящего Огня не поскупился — сразу четырёх ключевых учеников отправил. Такое нечасто увидишь.
Гун Буши усмехнулся:
— На этот раз Дворец, вообще говоря, не собирался посылать столько. Но эти ребята как раз захотели на испытание, вот Дворец их и отпустил.
— Так это и есть брат Чжао Лин? Ха-ха-ха, наслышан о тебе. Двуклинковый Ушуан — не думал, что брат, едва выйдя в цзянху, стяжает такую славу. Завидую.
Чжао Хай усмехнулся:
— Брат Гун слишком любезен. Это всё слухи, не стоит верить.
Гун Буши махнул рукой:
— Стоит, стоит, как не стоит? Я, когда пришёл, слышал, ты дал пощёчину Огненному господину с острова Моли. Ха-ха-ха, славно дал!
— Эти типы с заморских островов Восточного моря все такие спесивые, никого не ставят ни в грош, будто мы, люди Мира Истинного Духа, ниже их. Не знают ни неба, ни земли.
— Но я не так знаменит, как вы, потому ко мне они не лезли. А полезли бы — я бы тоже дал им как следует.
Чжао Хай усмехнулся:
— Да. Что до славы — я и сам не знаю, как она разнеслась. Мы с братом Чжоу только день как в городе Ванхай, а уже два вызова получили. Потому и сбежали в море.
Тут из трюма вышел Шипин с готовой едой.
Чжао Хай махнул рукой:
— Поставь на стол, принеси ещё стульев и побольше вина. Кстати, вели остановить корабль, добудем морепродуктов, выпьем хорошенько.
Шипин откликнулся и ушёл распорядиться.
Чжао Хай обернулся к Гун Буши:
— Брат Гун, мы впервые видимся. Но раз есть брат Чжоу, значит, и мы братья. Встретиться здесь — тоже судьба. Оставайтесь выпить.
Гун Буши не был человеком жеманным и кивнул:
— Хорошо. Только в море без морепродуктов — никакого удовольствия.
Чжао Хай расхохотался:
— Это не беда. Как раз угощу брата Гуна чем-нибудь хорошим.
Он взмахнул рукой — поток энергии сорвался с ладони и ударил в море.
Затем грянул взрыв, и из воды вылетела огромная чёрная тень, рухнувшая на палубу так, что та задрожала.
Гун Буши и остальные опешили и лишь тогда разглядели: на палубе лежала огромная рыба.
Но рыба уже была мертва. Чёрная спина, белое брюхо, острая голова, округлое тело длиной около трёх метров и толщиной в полметра, вся в чешуе — выглядела грозно.
Чжао Хай махнул рукой. Подошли двое нежити и унесли рыбу.
Тут принесли стулья. Чжоу Фэн пригласил всех сесть. Шипин уже подал вино. Хоть на столе было немного, никто не придал этому значения, и всем налили по чаше.
Когда вино было налито, Чжоу Фэн поднял чашу:
— Борода, мы давно не пили. Давай выпьем хорошенько. И вы, братья, не стесняйтесь.
Он поднял чашу и тем трём ученикам Дворца Отходящего Огня.
Те тоже подняли чаши, говоря «не смеем». Они знали о союзе Дворца Отходящего Огня и секты Буюнь. Эти две силы — самые верные союзники, потому не могли не уважить Чжоу Фэна.
Они выпили по чаше. Чжао Хай налил ещё и, улыбнувшись, сказал:
— Братья, с вином спешить некуда, время есть. Давайте попробуем, как этот служащий готовит.
Все кивнули и попробовали. Надо сказать, вкусно.
Гун Буши откушал и произнёс:
— И впрямь вкусно. Слушай, брат Чжао, судя по вам с толстяком, вы идёте к Парящему острову?
Чжао Хай кивнул:
— Да, дел всё равно нет, сперва сходим посмотреть. Заодно подальше от тех типов, иначе они нас доконают.
Гун Буши кивнул, затем взглянул на управлявших кораблём культиваторов и произнёс низким голосом:
— Толстяк, откуда у вас корабль? Арендовали?
Чжоу Фэн покачал головой:
— Нет, купили. Аренда тоже недешёвая, Сяо Лин потом его выкупил за тысячу нефритовых эссенций.
— Но мы уже решили: как закончим с Парящим островом, оставим корабль им. Нам он всё равно не нужен.
Гун Буши кивнул и расхохотался:
— Значит, корабль ваш? Отлично. Мы на нём и поселимся, вместе пойдём к Парящему острову. Там войдём вместе, будем друг друга прикрывать. Толстяк, как думаешь?
Чжоу Фэн опешил, затем расхохотался:
— А я-то думал, что такое. Пустяки, корабль наш, живи сколько хочешь. Ладно, пьём.
Гун Буши тоже расхохотался, поднял чашу и осушил. Остальные не отставали.
Тут из трюма снова вышел Шипин.
В руках он держал блюдо с тонкими, как крыло цикады, красными ломтиками мяса — целое большое блюдо. Рядом стояла маленькая пиала с коричневой жидкостью, выглядевшей необычно.
Шипин поставил блюдо на стол и поклонился:
— Господа, это морское лакомство — сашими. Только что пойманная рыба — знаменитая морская рыба баюй. Из неё сашими получается лучше всего. Я приготовил немного, попробуйте. Если понравится, приготовлю ещё. Если нет — использую рыбу иначе.
Чжао Хай опешил.
Он не думал, что Шипин сделает сашими. Насколько он знал, в Мире Истинного Духа такого, кажется, не было. Но прежде он сашими ел.
Чжао Хай кивнул и обернулся к Чжоу Фэну и остальным:
— Брат Чжоу, брат Гун, ну как? Попробуем?
Чжоу Фэн и Гун Буши растерянно смотрели на сашими.
Честно говоря, они такого не ели. Не то что не ели — не слышали. Потому сырое пробовать не хотели.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся.
Он первым взял палочки, подцепил ломтик, макнул в пиалу и отправил в рот.
Едва ломтик оказался во рту, Чжао Хай ощутил кисло-острый вкус, ударивший в нос. Затем — свежий аромат с лёгким запахом сырости.
Чжао Хай прожевал. И тут — вкус ударил по рецепторам. Ему показалось, будто он положил в рот целое море. Ощущение — не передать.
Чжоу Фэн и остальные смотрели на него.
Увидев, что Чжао Хай сперва нахмурился, а затем замер в блаженстве, все опешили.
Чжоу Фэн спросил:
— Сяо Лин, эти ломтики и впрямь так вкусны? Сырое можно есть?
Чжао Хай открыл глаза, взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Вкусно, очень вкусно. Отличный вкус.
— Сперва, из-за приправы, кисло и остро. Но стоит прожевать — и вкус раскрывается. Хорошо, очень хорошо.
Чжоу Фэн заинтересовался:
— И впрямь так вкусно?
Он взял палочки, положил ломтик в рот, осторожно прожевал.
Лицо Чжоу Фэна разгладилось, затем появилось блаженство. Помолчав, он отпил вина, вздохнул и обернулся к Шипину:
— Иди, приготовь побольше таких сашими.
Шипин откликнулся и ушёл.
Чжоу Фэн обернулся к Гун Буши:
— Борода, за столько лет я впервые узнал, что сырое мясо может быть таким вкусным. Попробуйте, не попробуете — пожалеете. Вкус — не передать. Недаром рыба называется баюй — вкус поистине властный.
Гун Буши заинтересовался. Взял палочки:
— Тогда стоит попробовать. Ты известный гурман, а то, что ты хвалишь, — редкость.
Он взял ломтик, макнул и положил в рот.
Затем у него появилось то же выражение, что у Чжоу Фэна. Отпив вина, он произнёс:
— И впрямь хорошая вещь, отличный вкус. Не думал, что сегодня попробую такое. Спасибо тебе, Сяо Лин, — не поймай ты ту рыбу, не видать нам этого.
Чжао Хай усмехнулся:
— Брат Гун, что за церемонии? Честно говоря, я и сам не думал, что вкус окажется таким. А ломтик с глотком вина — и вовсе хорошо.
Остальные из Дворца Отходящего Огня тоже попробовали и не могли нахвалиться.
Благодаря сашими застолье быстро оживилось.
Вскоре Шипин принёс суп из рыбьей головы и ещё кое-что. Стало ещё веселее.
Сколько длился этот пир, Чжао Хай и сам не знал. Даже когда стемнело и взошла луна, они всё ещё пили.
Луна над морем была особенно яркой. Они пили и любовались ею — особое очарование.
В конце концов они уничтожили половину вина, купленного Чжоу Фэном, и разошлись по комнатам.
Лишь когда рассвело, они вышли.
Чжао Хай, увидев Гун Буши, сложил руки:
— Брат Гун, хорошо спалось? Ха-ха-ха, не думал, что спать на корабле — особое удовольствие.
Гун Буши расхохотался:
— Верно, особое. Но вчерашняя попойка — вот что славно. За столько лет впервые столько выпил. Вино хорошо, а еда ещё лучше.
Тут вышли Чжоу Фэн и остальные.
Чжоу Фэн, услышав это, усмехнулся:
— Борода, ещё сашими не наелся? Честно говоря, вам это блюдо — только переводить.
Гун Буши выпучил глаза:
— Чушь! Тебе сашими жалко? Толстяк, когда ты успел стать таким скрягой?
Чжоу Фэн махнул рукой:
— Скрягой? Спроси Сяо Лина, почему я так сказал.
Гун Буши с недоумением взглянул на Чжао Хая.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Ничего особенного. Съев эти сашими, можно пополнить силу крови, и немало. Брат Гун знает, мы с братом Чжоу телесные культиваторы. Сила крови для нас крайне важна.
Гун Буши кивнул:
— А, вот оно что. Ха-ха-ха, не думал, что сашими так полезны. Хорошая вещь, буду есть.
Чжоу Фэн покачал головой:
— Борода, не пеняй, что не предупредил: хорошее тоже нельзя есть помногу, особенно эти сашими.
— Ты не телесный культиватор. Мы можем обратить силу крови из сашими в свою, а вы нет. Будете есть часто — чужеродная сила крови не переварится, это плохо. Может повредить культивации.
— Я не шучу.
Гун Буши опешил, затем посерьёзнел:
— Хорошо, толстяк, понял. Спасибо за предупреждение.
— Хм, кто-то идёт. Немало. К нам?
(Конец главы)