Чжоу Фэн и Чжао Хай уже ощутили: не меньше пятидесяти-шестидесяти культиваторов ступени Мгновенного перемещения направлялись прямо к ним, охватывая полукольцом.
Поверить, что они явились не за ними, было невозможно.
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Здесь Восточное море. В Восточном море мы нажили немало врагов. Остров Луньдао и остров Моли — отсюда, потому они вполне могли обнаружить наш след. Вполне возможно, что они решили перехватить и убить нас по дороге.
Чжоу Фэн произнёс низким голосом:
— Такое возможно. Похоже, мы недостаточно их проучили, и они ещё не поняли, с кем связались.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Как бы там ни было, а шанс у них неплохой. Хе-хе, тем лучше. В прошлый раз в городе Ванхай это были земли секты Восточной Нити, и нам волей-неволей пришлось щадить её самолюбие — убивать было нельзя. А теперь они сами пришли, значит, можно и убивать.
Чжоу Фэн прищурился и вдруг усмехнулся:
— Верно. На этот раз они сами явились, так что убивать и впрямь можно. Ну что, Сяо Хай, когда начнём?
— Идём, выйдем навстречу. Не дадим им разбить корабль, он нам ещё нужен.
С этими словами Чжао Хай двинулся и взмыл с корабля, устремляясь вперёд. Чжоу Фэн и Гун Буши поспешили за ним.
Вскоре впереди показался ряд чёрных фигур, летевших прямо к ним.
Все остановились.
Чжао Хай спокойно смотрел вперёд, лицо Чжоу Фэна тоже оставалось бесстрастным. А вот на лице Гун Буши промелькнула тень напряжения. Но, взглянув на Чжао Хая и Чжоу Фэна, он стиснул зубы, и лицо его стало решительным.
Едва они остановились, как их окружили.
Затем вперёд вылетели двое культиваторов.
На вид им было немало — лет по сорок-пятьдесят. Главное же — оба были культиваторами ступени Алмазного тела.
Один был в одеянии острова Луньдао, другой — острова Моли. Оба холодно смотрели на Чжао Хая и остальных.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Не думал, что, побив младших, мы дождёмся старших. Что, вы настолько не умеете проигрывать? А ведь вы считаетесь известными силами Восточного моря. Разочаровываете.
Культиватор с острова Луньдао взглянул на Чжао Хая и холодно усмехнулся:
— Острый на язык. В таком положении ты ещё смеешь так говорить. Не знаю, назвать ли тебя идиотом или признать, что духом ты крепок.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Называй как хочешь. В твоих глазах мы всё равно уже почти мертвецы. Но мне очень любопытно: сколько людей я успею утащить с собой?
Культиватор с острова Луньдао холодно усмехнулся:
— Ручаюсь, ни одного. Просто не думал, что у вас найдутся помощники. Это несколько неожиданно.
Чжао Хай взглянул на него и слегка улыбнулся:
— Честно говоря, я и так достаточно щадил остров Луньдао и остров Моли. Я одолел ваших учеников, но не отнял у них жизнь. Почему же вы непременно хотите нас убить?
Культиватор с острова Моли холодно бросил:
— Что? Теперь просишь пощады? Поздно. Парень, сегодня ты умрёшь. Осмелиться опозорить остров Моли — в Восточном море ещё не находилось такого смельчака.
Чжао Хай взглянул на него, покачал головой:
— Не думал, что у таких почтенных сил, как остров Моли и остров Луньдао, окажется настолько мелкое сердце. С таким подходом вам вовек не подняться. Ладно, вам этого всё равно не понять.
— Мне лишь непонятно: вы не боитесь мести секты Буюнь и Дворца Отходящего Огня? Кажется, островам Моли и Луньдао не устоять против их мести.
Культиватор с острова Моли холодно усмехнулся:
— Если мы убьём вас здесь, кто узнает, чьих рук дело? Вы сами вышли в море на корабле. Может, вы погибли на Парящем острове — какое нам дело?
Чжао Хай, услышав это, слегка улыбнулся:
— Хорошо придумано. Но, честно говоря, я вовсе не считаю, что умру здесь.
Он повёл руками — и в них появились два кровавых клинка.
Чжоу Фэн тоже извлёк пару железных палиц, Гун Буши и остальные достали оружие. Хоть лица у них были невесёлые, они не отступили.
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Брат Чжоу, вы с братом Гуном встаньте в формацию пяти стихий и только защищайтесь. Этих я возьму на себя.
Чжоу Фэн опешил, затем с недоумением взглянул на него:
— Их слишком много. Ты уверен?
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Не волнуйся, ничего не случится. Сегодня я сделаю так, чтобы они пришли — и не ушли.
Он двинулся и ринулся вперёд.
А Чжоу Фэн тотчас подошёл к Гун Буши и произнёс низким голосом:
— Брат Гун, великая формация пяти стихий.
Гун Буши опешил, затем обернулся к Чжоу Фэну:
— А как же Сяо Лин? Оставить его одного снаружи?
Чжоу Фэн произнёс низким голосом:
— Об этом не тревожься. Парень силён так, что даже те двое алмазных с ним не справятся. Быстрее стройте формацию.
Он говорил так потому, что люди с островов Моли и Луньдао уже обступали их.
Гун Буши понимал: сейчас у них явный перевес в силах. Не построить формацию — и они погибнут.
А Чжао Хай не обращал ни на что внимания.
Он двинул клинками, развернул технику передвижения и ворвался прямо в строй противника.
Хоть его окружало множество культиваторов, никто не мог с ним ничего сделать. Его техника передвижения была слишком загадочной. Враги пытались окружить его, но он ускользал, словно вьюн, и его не удавалось поймать.
Эта техника передвижения была не чем иным, как «Восходящим на небо», к которому он добавил собственную звёздную технику передвижения десяти тысяч превращений. Лишь соединив их, он достиг такой загадочности, что культиваторы островов Моли и Луньдао ничего не могли с ним поделать.
На этот раз Чжао Хай использовал восемь десятых своей боевой мощи.
Хоть и восемь десятых, среди культиваторов ступени Мгновенного перемещения с островов Моли и Луньдао уже не было ему равных. Он одного за другим ранил нескольких. Не будь врагов так много, уже были бы убитые.
Двое предводителей с островов Моли и Луньдао, увидев, сколь свиреп Чжао Хай, с рёвом ринулись к нему, желая сначала прикончить его.
Но вскоре обнаружили — они не могут его догнать.
Чжао Хай, словно змея, скользил в толпе. Они не могли его настичь, а он ранил всё новых людей.
Оба в ярости кричали, веля тем, кто окружал Чжао Хая, расступиться. Но быстро поняли: не они решают, расступится Чжао Хай или нет.
Те хотели уклониться, но Чжао Хай не давал им такой возможности. Он врывался в самую гущу. Уклониться не удавалось.
Тем временем Чжоу Фэн и остальные построили великую формацию пяти стихий.
Хоть врагов было много, они не могли быстро с ними справиться. К тому же Чжао Хай отвлекал внимание на себя, и они пока были в безопасности.
Увидев, что с ними всё в порядке, Чжао Хай успокоился.
Кровавые клинки в его руках продолжали разить. Они поглощали чужую силу крови, и те, кого они ранили, теряли её.
А Чжао Хай с каждым ударом словно набирался сил.
После часа с лишним боя на нём почти не было ран. У Чжоу Фэна и остальных появились кое-какие раны, но неопасные.
Главное — Чжао Хай дрался столь яростно, что оттянул на себя большую часть атак, и люди с островов Моли и Луньдао не могли обрушиться на остальных всей мощью. Так те и держались.
Но за этот час с лишним Чжао Хай уже разобрался в силах обеих групп.
Он готовился начать убивать.
Двое алмазных культиваторов с островов Моли и Луньдао хоть и схватывались с Чжао Хаем несколько раз, не могли его удержать и ничего с ним не сделали.
К этому времени те культиваторы тоже поняли: это дело не так просто уладить.
Похоже, Чжао Хай и впрямь мог утащить с собой немало людей.
И вот, пока они так думали, появился первый.
Один культиватор с острова Моли не успел уклониться, и Чжао Хай отсёк ему голову одним ударом.
Это был первый убитый с начала боя.
У людей с острова Моли глаза налились кровью, и они, обезумев, ринулись на Чжао Хая.
А культиваторы острова Луньдао тоже словно взбесились, потому что одного из их людей Чжао Хай тут же разрубил.
Обе стороны сражались отчаянно.
На теле Чжао Хая постепенно появлялись раны. Но каждая новая рана означала смерть культиватора с острова Луньдао или Моли.
Эта свирепая манера боя заставляла и без того потерявших разум врагов окончательно обезуметь. Они непрерывно атаковали Чжао Хая.
Чжоу Фэн и остальные заметили, что нападающих на них становится всё меньше.
Через два часа они обнаружили, что рядом с ними не осталось ни одного врага.
Все культиваторы с островов Моли и Луньдао бросились окружать Чжао Хая.
А Чжао Хай был весь в крови, глаза горели алым, клинки взлетали и падали. Каждый удар ранил или убивал. И каждая рана на нём становилась новой.
От этого боя на смерть Гун Буши пробирал холод.
Он обернулся к Чжоу Фэну:
— Толстяк, может, помочь Сяо Лину? Если так пойдёт дальше, он может погибнуть.
Чжоу Фэн покачал головой:
— Разве ты не видишь? Сяо Лин каждым движением уходит от тех двух алмазных. Он выглядит обезумевшим, но раны у него мелкие. Значит, он сохраняет холодный рассудок.
— Если мы сейчас вмешаемся, то привлечём внимание тех двух алмазных. Честно говоря, если они обернутся против нас, мы не выстоим.
— Если нас схватят или убьют, Сяо Хай отвлечётся. Потому нам сейчас лучше подождать и посмотреть, как там Сяо Хай.
— Если он совсем не выдержит, мы тотчас ударим.
Гун Буши взглянул на залитого кровью Чжао Хая и лишь беспомощно кивнул.
(Конец главы)