Лэй Шэнь с недоумением смотрел на Гун Буши и Чжоу Фэна.
Эти двое, казалось, слишком уж верили в Чжао Хая.
Словно каких бы успехов он ни добился, их это не удивило бы.
Это заставило Лэй Шэня отнестись к Чжао Хаю серьёзнее.
Хоть он и знал о Чжао Хае немного, но Гун Буши и Чжоу Фэна он знал хорошо.
Он прекрасно понимал: ни Гун Буши, ни Чжоу Фэн не станут бросать слов на ветер.
Раз они так говорят, значит, у них есть абсолютная вера в Чжао Хая.
Иными словами, сила Чжао Хая наверняка велика.
Это заставило Лэй Шэня отнестись к Чжао Хаю серьёзнее.
А Чжао Хай не обращал на это внимания.
Он лишь слегка улыбнулся:
— Что до веры — она и у меня есть.
— Моя мечта — однажды увидеть куда более широкий мир.
— Потому, пока не исполню эту мечту, буду беречь свою жизнь.
— А всех, кто покусится на мою жизнь, щадить не стану.
Чжоу Фэн усмехнулся:
— Ты, парень, обычно с улыбкой на лице, а как до дела дойдёт — никого не пощадишь.
— Признаю, ты меня покорил.
— Кстати, Борода, сколько братьев, что выходили с нами в прошлый раз, приехало на этот раз?
Услышав это, у Гун Буши загорелись глаза:
— Не сказал бы ты — я бы и не вспомнил.
— Братьев, что выходили с нами в прошлый раз, на этот раз приехало немало.
— Они со мной связывались, все расспрашивали о вас, хотели узнать, пошлёт ли Буюнь на этот раз именно вас.
— Теперь, когда они узнают, что Буюнь послала вас, они будут очень рады.
Чжао Хай усмехнулся:
— Я как раз хотел с ними выпить. Отлично, найдём время собраться.
Гун Буши кивнул:
— Хорошо. Узнав, что ты приехал, они сами к тебе придут.
— Ты там подготовься.
— Кстати, в этом городке есть таверна. Можем собраться там, места хватит.
Чжао Хай усмехнулся:
— Отлично. Пусть все встретятся заранее, переговорят.
— И пусть не бьются насмерть. Совсем не выйдет — сдавайтесь.
— С нашим положением можно не бояться наказания секты.
— Может, секта и не хочет, чтобы мы слишком себя выкладывали.
Гун Буши кивнул:
— Верно, точно подмечено. Патриарх именно так и думает.
— Возможность попасть в Пустотный мир — куда менее важна, чем наши жизни.
Чжао Хай кивнул и вдруг усмехнулся:
— Ну и не терпится же им. Только о них заговорили — а они уже здесь.
Едва он договорил, как за воротами двора Гун Буши раздался стук.
Гун Буши расхохотался:
— Не церемоньтесь, входите все.
С его словами ворота распахнулись, и во двор вошла толпа.
Едва войдя, все тотчас поклонились Чжао Хаю:
— Приветствуем, брат.
Чжао Хай ответил на приветствие:
— Не думал, что едва заговорил о вас с братом Гуном, как вы явились.
— Ладно, я ведь всё ещё должен вам выпивку.
— Этот двор маловат, но у меня с собой немало всякого. Идёмте наружу, выпьем как следует.
Услышав это, все расхохотались.
Цю Ушуан сложил руки:
— Давно ждём этой выпивки, брат.
— Мы тоже подготовились. Сегодня непременно напоим тебя до упаду.
Чжао Хай расхохотался:
— Напоить меня? Для этого придётся превратить всю воду Бескрайнего моря в вино.
— Идёмте пить.
Он первым вылетел со двора.
Остальные с хохотом последовали за ним.
Чжоу Фэн и Гун Буши тоже пошли.
То и дело кто-то окликал Чжоу Фэна.
А Лэй Шэнь остолбенел.
Он никак не ожидал такого поворота.
Отношения этих людей с Чжао Хаем оказались настолько хороши.
И по их виду было ясно: они во всём слушаются Чжао Хая.
И, судя по всему, глубоко его уважают.
Этого Лэй Шэнь никак не ожидал.
А ведь те люди были не только из Союза демонического пути.
Взять хотя бы Цю Ушуана.
Ключевой ученик секты Поклонения Мечу, чистокровный выходец из Союза праведного пути.
Такой человек обычно не удостоил бы их и добрым взглядом.
А сейчас Цю Ушуан смотрел на Чжао Хая с обожанием.
И в этом обожании было даже что-то исступлённое.
Этого Лэй Шэнь никак не ожидал.
Он был уверен: большинство этих людей не смотрят так даже на патриархов своих сект.
А на Чжао Хая смотрят именно так.
Это поражало его ещё больше.
Он не знал, как Чжао Хаю это удалось.
О том, что эти люди вместе вошли на Парящий остров и вместе вышли, он знал.
И от Гун Буши слышал, что выжить на Парящем острове они смогли только благодаря Чжао Хаю.
Но он всегда считал, что Гун Буши преувеличивает.
И не придавал этому значения.
Но теперь, глядя на этих людей, Лэй Шэнь вдруг поверил словам Гун Буши.
Лэй Шэнь не стал раздумывать и тотчас полетел вместе со всеми за пределы городка.
А когда они пролетали над городком, к ним то и дело присоединялись новые культиваторы.
Едва присоединившись, они тотчас кланялись Чжао Хаю и почтительно называли его братом.
А Чжао Хай не церемонился и с каждым перекидывался парой слов.
Он ясно называл каждого по имени.
И ясно знал, насколько продвинулся в силе тот или иной.
И даже знал, какие раны тот получал прежде.
Он заботливо расспрашивал каждого обо всём этом.
И у людей оставалось ощущение, будто их овеяло весенним ветром.
Глядя на улыбающегося Чжао Хая, Лэй Шэнь вдруг ощутил холодок по спине.
Ему вдруг показалось, что Чжао Хай страшен.
Он словно прозрачный пруд.
Кажется, что видишь его до самого дна.
Но на деле ты видишь лишь поверхность.
Ты видишь то, что он хочет показать.
А то, чего он не хочет показывать, ты не увидишь вовсе.
Такой человек страшен.
Его страшность в том, что ты никогда не разгадаешь его.
Человек, которого ты не понимаешь и не можешь разгадать, — самый страшный.
Потому что не знаешь, искренен он с тобой или лишь притворяется.
Вскоре все добрались до окраины городка.
Они остановились у пустынной горы.
Все принялись расчищать место.
Затем достали припасённое.
У всех было вино и какие-то особые закуски.
Разумеется, горячими они быть не могли.
Но еды было немало.
Чжао Хай, глядя на них, расхохотался:
— Ну и ну, вы притащили немало.
— Но нас много, и это хлопотно.
— Давайте так: в прошлый раз на Парящем острове мы тушили мясо в кувшине, и всем понравилось.
— Сегодня устроим общее варево.
— Всё, что можно тушить, бросим в котёл.
— И будем есть вокруг котла. Как вам?
Услышав это, все опешили.
Затем с горящими глазами взглянули на Чжао Хая и энергично кивнули.
Но тут Гун Буши нахмурился:
— Однако, Сяо Хай, где мы возьмём такой большой котёл?
— И под ним нужен огонь.
— Сидеть здесь, а под тобой жар — разве не блаженство?
Чжао Хай расхохотался:
— Дайте мне пару минут.
Он взмахнул рукой — и в ней появился большой кусок жёлтой меди.
Это была не обычная медь.
Это был первоклассный материал для кузнечного дела — жёлтая нефритовая медь.
Медь отлично проводит духовную энергию.
Сделанный из неё инструмент куда мощнее бьёт.
Но этот материал не был чем-то выдающимся.
Хоть эффект и хорош, объём производства тоже велик.
Потому его никогда особо не ценили.
Чжао Хай оглядел всех:
— В прошлый раз на Парящем острове, из-за нехватки материалов, мы изрядно натерпелись.
— Потому на этот раз я поумнел.
— Куда бы ни шёл, беру с собой материалы для кузнечного дела.
— Ха-ха, этот кусок жёлтой нефритовой меди немаленький? Как раз хватит на котёл.
Чжоу Фэн и остальные с недоумением смотрели на Чжао Хая.
Чжао Хай посылал в кусок меди одну за другой магические печати.
Кусок меди непрерывно менял форму.
Через время он начал медленно преображаться.
Наконец он превратился в большой медный самовар — такой, какие используют на севере Китая на Земле.
В середине — место для углей, вокруг — котёл, в котором можно варить баранину.
Только этот котёл был больше любого земного самовара.
Даже если двести человек обступят его, тесно не будет.
Но Чжоу Фэн и остальные видели такое впервые.
Они с недоумением смотрели на этот большой самовар.
И не сразу поняли, для чего он.
Чжао Хай достал кусок нефритовой эссенции и бросил его в отделение для углей.
Там уже была установлена огненная формация.
Стоило положить нефритовую эссенцию, как котёл начинал непрерывно получать тепло.
И никакого пепла.
Затем Чжао Хай достал хорошее вино и вылил его в котёл.
Потом добавил огонь.
Затем бросил туда мясные закуски, что принесли все.
Вскоре вода закипела.
Густой аромат ударил в нос.
Все невольно потянули носом.
Чжао Хай, глядя на них, расхохотался:
— Давайте, не стесняйтесь.
— Большая часть того, что вы принесли, готова — достаточно прокипятить.
— Каждому по кувшину вина. Что хотите — черпайте из котла.
Все тотчас поняли.
Раздался дружный возглас.
Затем все взмахнули руками — и в руках у них появилось по предмету.
Некоторые повалили рядом большое дерево и вырезали из него две длинные палки — вроде удлинённых палочек для еды.
Другие разбили камень и сделали огромную каменную ложку.
И принялись за еду из котла.
Чжао Хай, увидев, что все готовы, поднял кувшин и произнёс низким голосом:
— Братья, на Парящем острове я обещал угостить вас вином.
— Увы, тогда всё было слишком срочно, да ещё случились перемены, и обещание не исполнилось.
— Теперь мы снова вместе.
— Хоть некоторых братьев и нет, но то, что мы собрались, — уже немало.
— Выпьем за нашу встречу!
Все подняли кувшины и громко произнесли:
— Выпьем!
И припали к кувшинам, осушая их одним духом.
Та безудержная удаль заставила даже такого книжника, как Лэй Шэнь, последовать их примеру и жадно глотать вино.
В мгновение ока кувшин опустел.
Все отшвырнули кувшины и расхохотались.
(Конец главы)