Положение Чжао Хая отличалось от положения тех людей.
По сравнению с ними силу крови Чжао Хая и впрямь можно было назвать неисчерпаемой. Пока существует пространство, он не будет испытывать недостатка в силе крови.
Именно поэтому Чжао Хай и выбрал Гору Гравитации в качестве своей горной обители.
Пока Чжао Хай усердно тренировался, Лю Чжэньтянь и остальные тоже не сидели сложа руки.
Они обратили духовную энергию в своих телах в энергию телесного культиватора. В некотором смысле сила их даже несколько упала.
Потому что значительная часть той духовной энергии вошла в их тела. Хоть она и питала тело, но, нельзя отрицать, духовной энергии в них стало куда меньше.
Однако Лю Чжэньтянь и остальные не спешили.
Все они были странствующими культиваторами и хорошо разбирались в телесных культиваторах. Прежде они не выбирали технику телесного культиватора именно потому, что на ранних ступенях она даёт слишком медленный прогресс.
А они не были учениками великих сект, у которых есть спокойные условия для культивации. Они были странствующими культиваторами, и каждый шаг вперёд давался им с боем.
Начни они с самого начала учить технику телесного культиватора — и огромная часть духовной энергии ушла бы на питание тела. Тогда сила их оказалась бы слабее, чем у обычных культиваторов. Случись что — и их ждала бы только смерть.
Но теперь всё иначе.
Теперь они хоть и не полноправные ученики секты Буюнь, а лишь ученики Чжао Хая, но не стоит забывать: Чжао Хай — ключевой ученик секты Буюнь.
А место, где они находятся, — горная обитель Чжао Хая, да ещё в задних горах секты Буюнь.
В таком месте они в полной безопасности. Даже если у кого-то из ключевых учеников секты Буюнь вражда с Чжао Хаем, открыто нападать на его горную обитель никто не станет. Это запрещено уставом секты.
Спокойные условия для культивации, первоклассная техника, пилюли для тренировок. Можно сказать, это уже предел мечтаний любого культиватора.
Потому Лю Чжэньтянь и остальные, разумеется, старались изо всех сил.
Сейчас главным для них было приспособиться свободно жить в условиях повышенной гравитации.
В первые дни они могли лишь ходить или отрабатывать кулачные упражнения в условиях гравитации — работать они не могли.
Лишь через несколько дней, полностью привыкнув к здешней гравитации, они начали добывать камень и строить дома.
Через месяц после того, как Лю Чжэньтянь и остальные вошли вместе с Чжао Хаем на Гору Гравитации, Чжао Хай вышел из неё.
Перемен в нём заметно не было.
Едва появившись на окраине Горы Гравитации, он заметил людей, хлопотавших на горе.
Теперь Лю Чжэньтянь и остальные сильно отличались от того, какими были месяц назад.
Все они выглядели крепкими и бодрыми, полными сил, и от каждого исходила удалая отвага.
Лю Чжэньтянь и остальные и сами были странствующими культиваторами, все убивали людей. От них и прежде исходила убийственная аура.
Но из-за того, что прежде они практиковали другие техники, аура эта хоть и была, но не было удали.
Удаль и убийственная аура — разные вещи.
Убийственная аура появляется, стоит тебе убить человека. Палач может быть не так уж силён, но раз он убивал — от него непременно исходит убийственная аура.
А удаль — иное.
Удаль — это качество, сплавленное из духа, энергии и силы. Оно отличается от убийственной ауры, но тоже способно оказывать огромное давление.
Человек с убийственной аурой не обязательно станет хорошим солдатом — при сильном враге он может дрогнуть.
А человек с удалью — может.
Воспитать удаль непросто, но и не так уж трудно. Стоит человеку пройти суровую тренировку, хлебнуть достаточно лишений, закалить дух для больших нагрузок — и удаль появится сама.
Прежде Лю Чжэньтянь и остальные были всего лишь странствующими культиваторами. Они убивали, но удали у них не было.
Потому что техники они практиковали не телесные. Лишения, может, и терпели, но не слишком большие. Оттого и удаль не воспитывалась.
Но теперь всё иначе.
Чжао Хай дал им такие условия. Всё, что от них требовалось, — сосредоточенно тренироваться.
В такой ситуации они тем более дорожили возможностью. А Гора Гравитации была природным местом истязания.
Потому за этот месяц они хлебнули немало лишений. Но вместе с лишениями закалили волю и воспитали в себе эту удаль.
Лю Чжэньтянь и остальные тоже увидели Чжао Хая.
Все сбежались к нему.
Глядя на то, как они легко и быстро двигаются при двойной гравитации, Чжао Хай понял: они приспособились хорошо.
Он взглянул на Лю Чжэньтяня и слегка улыбнулся:
— Брат Лю, видно, несладко вам пришлось эти дни. Братьям досталось.
Лю Чжэньтянь расхохотался:
— Подумаешь, тяжело! Главное — можно спокойно тренироваться.
— Глава, дома мы ещё не достроили. Но к твоему следующему выходу из затворничества непременно построим.
Услышав, что Лю Чжэньтянь и остальные называют его «глава», Чжао Хай опешил.
Но возражать не стал.
С его нынешним положением, продолжай он держаться с ними столь церемонно, это выглядело бы слишком лицемерно.
Потому на этот раз он не стал церемониться и произнёс низким голосом:
— Хорошо, раз есть уверенность — это главное.
— На этот раз я вышел, чтобы подготовить вам еду, немного вина и пилюли.
— Еду можете есть в любое время. Но вино особенное — оно пополняет силу крови и лечит скрытые травмы. Много пить нельзя, не больше двух лян за вечер.
— Пилюли — одну раз в пять дней, больше нельзя.
Лю Чжэньтянь откликнулся.
Чжао Хай бросил ему нефритовую табличку и произнёс низким голосом:
— Это Кулак архата. Строя дома, можете его осваивать.
— Кулак архата?
Лю Чжэньтянь изумлённо взглянул на табличку в руке.
Они и подумать не могли, что Чжао Хай с ходу даст им фирменный кулак секты Буюнь.
Чжао Хай кивнул:
— Кулак архата. И не только он. Здесь ещё техника совместного удара — формация восемнадцати архатов и великая формация ста восьми архатов.
— Эти две формации из одного корня. Можете сперва учить малую, потом большую. Сначала освойте формации.
— Через некоторое время я посмотрю, как у вас идут успехи в Кулаке архата. Если хорошо — научу вас владеть оружием.
— С оружием и формацией восемнадцати архатов сила ваша значительно возрастёт.
Лю Чжэньтянь держал табличку, и лицо его светилось волнением.
Стоявшие позади культиваторы волновались не меньше.
Чжао Хай не понижал голоса, потому все слышали.
Чжао Хай взглянул на Лю Чжэньтяня и слегка улыбнулся:
— Не надо так волноваться. Мы все из банды Кровавого Клинка. Я поднялся — и в меру сил помогу вам.
— Я проложу вам дорогу. До какого шага дойдёте — зависит от вас.
— Но запомните: всё, что у вас сегодня есть, дал я. Осмелитесь предать меня — я сам отберу всё, что сегодня дал.
Слова эти хоть и были сказаны спокойно, но у Лю Чжэньтяня и остальных ёкнуло сердце.
Они поняли: Чжао Хай их предупреждает.
По правде говоря, от этого им стало даже спокойнее. Это доказывало, что Чжао Хай и впрямь считает их своими учениками и не бросит.
Лю Чжэньтянь и остальные разом поклонились:
— Слушаемся, глава.
Чжао Хай махнул рукой:
— Ладно, подождите здесь. У меня есть дело, отлучусь. А вы спокойно тренируйтесь.
Те откликнулись.
Чжао Хай двинулся — и исчез.
В следующий миг он уже стоял в Павильоне техник секты Буюнь.
Но на этот раз он появился в малом Павильоне техник в сердце секты Буюнь. Именно здесь хранилось главное достояние секты.
И пришёл он сюда вовсе не за техникой для Лю Чжэньтяня и остальных.
Он пришёл ради себя.
Цель у Чжао Хая была одна — изучить Лотосовое тело злого Будды!
Лотосовое тело злого Будды — сокровище секты Буюнь.
Но теперь он ключевой ученик. Все ключевые ученики секты Буюнь обязаны изучать Лотосовое тело злого Будды. Потому Чжао Хай и пришёл.
На деле с его силой учить Лотосовое тело злого Будды уже не было необходимости.
Но ему всё же хотелось взглянуть.
Потому что Лотосовое тело злого Будды — техника телесного культиватора, тесно связанная с буддийской практикой. А Чжао Хай освоил Метод восемнадцати архатов, потому Лотосовое тело злого Будды его особенно интересовало.
Ни одна техника Мира Истинного Духа не проста.
А раз секта Буюнь смогла с помощью одной техники телесного культиватора — Лотосового тела злого Будды — стать великой сектой демонического пути, значит, у неё есть свои достоинства.
Именно эту технику Чжао Хаю и хотелось получить.
Ему хотелось посмотреть, насколько сильна эта «первая техника телесного культиватора демонического пути».
В малом Павильоне техник постоянно сидел один из верховных старейшин секты Буюнь.
Сила этого старейшины достигла ступени Алмазного тела. Вкупе с техникой телесного культиватора сила его была непостижима.
Чжао Хай подошёл к Павильону и шагнул внутрь.
Едва войдя, он увидел стол рядом с павильоном.
За столом сидел старик.
Старик сидел, словно в глубокой медитации, держа в руке буддийские чётки и перебирая их бусину за бусиной.
Чжао Хай взглянул на него, не придал значения и встал у стола, не издавая ни звука.
В конце концов он просто закрыл глаза.
Через час старик открыл глаза.
Он взглянул на Чжао Хая:
— Пришёл в Павильон техник. Зачем?
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Ключевой ученик Чжао Лин пришёл взглянуть на нефритовую табличку Лотосового тела злого Будды.
Услышав это, старик взглянул на чёрно-золотую цепь на его руке.
Затем кивнул:
— Хорошо, иди на третий этаж.
— Запомни: только смотреть. Табличку выносить нельзя, переписывать на другие таблички нельзя, передавать Лотосовое тело злого Будды другим нельзя. Понял?
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Да, понял.
Он сложил руки в приветствии и пошёл наверх.
Старик смотрел ему вслед и кивнул, пробормотав:
— И впрямь материал, из которого можно лепить.
Затем он медленно закрыл глаза и больше ничего не сказал.
(Конец главы)