Чжао Хай, разумеется, не был безрассудным.
Сегодня на площади он открыто заговорил о невидимом железе, и даже Бай Хувэй счёл это безрассудством, что уж говорить о самом Чжао Хае.
Он заговорил об этом именно сегодня, потому что осуществлял план — выманить змею из норы.
Он хотел использовать это как пробный камень: посмотреть, сколько людей в Союзе Четырёх Праведников заодно с ними, а сколько готовы их предать.
Все эти практики были странствующими культиваторами Пустотного мира, и крупные силы не стали бы легко принимать их. Но это зависело от обстоятельств. Прийти с пустыми руками — разумеется, трудно; а если прийти не с пустыми руками, а с залогом верности?
Залог верности вовсе не обязательно означает убийство.
Так называемый залог верности на самом деле выражает искренность. В своё время Чао Гай, поднимаясь на Ляншань, разве не хотел преподнести в качестве залога верности те самые дары ко дню рождения? Видно, залог верности не обязательно требует убийства — он лишь выражает решимость.
А сейчас в Союзе Четырёх Праведников было столько руды невидимого железа. Если те люди захотят вступить в какую-нибудь крупную силу, они вполне могут преподнести эту руду невидимого железа как залог верности. И тогда их, разумеется, примут. Как бы там ни было, нынешние условия в Союзе Четырёх Праведников всё ещё не идут ни в какое сравнение с крупными силами.
Чжао Хай, разумеется, это понимал.
Потому он нарочно и заговорил на площади о невидимом железе. Он хотел, чтобы те, кто затаил измену, зашевелились. Тогда он сможет разом со всеми ними разделаться.
Сейчас весь Союз Четырёх Праведников был накрыт барьерной формацией Чжао Хая.
Хотя снаружи ничего не было заметно, и даже при отправке сообщений не было бы никаких отклонений, Чжао Хай мог поручиться: ни одно сообщение не выйдет за пределы Пика Цуйвэй.
Лаура вошла снаружи, взглянула на Чжао Хая и произнесла низким голосом:
— Как дела, брат Хай? Есть что-нибудь?
Чжао Хай покачал головой:
— Ничего. Эти типы ведут себя тихо. Ладно, вы сегодня устали, идите отдыхать.
Лаура покачала головой и села рядом:
— Не устали. Разве такая работа нас утомит? Брат Хай, ты думал о том, что будет с Союзом Четырёх Праведников дальше? Так и развиваться, как сейчас?
Чжао Хай произнёс низким голосом:
— Не спеши. Сейчас союз не может шагать слишком широко. Иначе не только другие, но даже Тянь Цзянь и его люди нас не потерпят. Потому торопиться нельзя.
Лаура кивнула и произнесла низким голосом:
— Сейчас те практики ступени Мгновенного перемещения хоть и местные из Пустотного мира, но практики ступени Отторжения Пыли и ниже — в основном из нашего пространства. С ними проще. А вот практики ступени Мгновенного перемещения — и вправду беда.
Чжао Хай кивнул, но всё же произнёс низким голосом:
— Как бы там ни было, но и в Союзе Четырёх Праведников нельзя использовать только людей из пространства. Иначе это могут заметить, и будет ещё хуже. Ладно, пойдём и мы отдыхать. Если что-то случится, пространство нас предупредит.
Лаура и остальные не стали возражать. Все скрылись в пространстве.
Получить столько невидимого железа было для Чжао Хая поистине удачей. Теперь он мог использовать Люинь, не опасаясь подозрений.
Едва Чжао Хай и остальные отдохнули чуть больше часа, как вдруг раздался сигнал тревоги.
Чжао Хай тотчас проснулся. Он вошёл в гостиную пространственной виллы и взглянул на экран. На нём какой-то практик возился с небольшой телепортационной формацией. Формация была того же размера, что и та, которой Чжао Хай пользовался для передачи сообщений, — сразу видно, для связи.
Лицо Чжао Хая изменилось. Он произнёс низким голосом:
— Следите за его формацией. Вытащите в пространство вторую координату его формации. Хочу посмотреть, что он пишет.
Затем тот человек закончил писать, вложил нефритовую табличку в формацию. Сверкнул белый свет, и табличка появилась в пространстве.
Чжао Хай взял табличку и направил в неё психическую силу. Прочитав, он помрачнел ещё больше.
И тут картина переменилась.
На экране появился другой человек. Этот использовал некое заклинание. Судя по виду, тоже для передачи сообщений.
Чжао Хай взглянул на обоих и холодно фыркнул:
— Ну вот, вся эта нечисть повылезала. Хорошо, разом со всеми и разделаемся.
И это было только начало.
Затем ещё четыре-пять практиков отправили сообщения наружу. Разумеется, все они были перехвачены Чжао Хаем. Все без исключения — послания наружу.
На следующий день Чжао Хай и виду не подал, занимаясь своими делами.
Дела, порученные им, шли неплохо. В соседнем городе купили большой участок пустоши. Город стоял на равнине, земель вокруг было много, и многие местные жители жили выращиванием зерна.
Но в мире культивации зерно стоило недорого. Потому для тамошних людей земледелие хоть и было основным занятием, но им приходилось ещё чем-то заниматься. Иначе на одно зерно прожить можно, а вот совершенствоваться — трудно.
Впрочем, Чжао Хай давно дал указания Сяо Юэфэну и остальным. Они могли заключить с теми людьми сделку, чтобы те спокойно сеяли зерно. А когда урожай созреет, они скупят его по высокой цене.
Такая модель предварительного заказа в Пустотном мире была в новинку. Многие земледельцы не поверили Сяо Юэфэну и его людям. Впрочем, Сяо Юэфэн не полагался только на них. Они уже купили большой участок земли и собирались сеять сами.
А Гу Синьшэн тем временем подготовил множество чудодейственных трав.
Все эти травы были самыми обычными. Но даже обычные, они были свойственны только планете Куба. Помимо трав, были и другие местные растения. Все они годились для виноделия.
Чжао Хай отправил отобранное Гу Синьшэном в пространство на анализ, оставил те растения, что лучше всего подходили для виноделия и давали вино с хорошим вкусом. Затем составил рецепт и передал Гу Синьшэну.
Гу Синьшэн хоть и был алхимиком, в виноделии тоже разбирался. Главным образом потому, что в мире культивации есть духовное вино. А духовное вино — вещь ценная. Некоторые сорта за золото не купишь. Потому Гу Синьшэн в виноделии не был новичком.
Однако, получив от Чжао Хая рецепты, он всё же изумился.
Потому что рецепты были расписаны слишком подробно. Каждый шаг для каждого вина — всё чётко. Оставалось только следовать написанному.
Но не это поразило Гу Синьшэна больше всего.
Больше всего его поразило то, как Чжао Хай за такое короткое время сумел сочетать те травы с местными растениями планеты Куба. Хотя он ещё не знал, каково будет вино, но по подробным шагам в рецепте понял: Чжао Хай не шутит.
Теперь Союз Четырёх Праведников купил большой участок земли. Земля не могла пустовать.
Потому Чжао Хай тотчас выделил из союза несколько практиков ступени Отторжения Пыли, а также нанял на месте практиков низкого уровня, чтобы те сообща засеяли пустошь.
Поскольку Чжао Хай платил немало — для практиков низкого уровня цена была не просто немаленькой, а очень высокой, — с наймом проблем не возникло.
Союз купил более ста тысяч му земли. Но для практиков засеять её — дело нехитрое. Чжао Хай собирался сеять зерно, а не чудодейственные травы. Потому можно было использовать заклинания для вспашки.
За несколько дней более ста тысяч му были засеяны. Чжао Хай отпустил большую часть нанятых, оставив лишь часть вместе с людьми союза присматривать за полями. Раз зерно посеяно, дальше проще — столько людей не нужно.
Чжао Хай нанял тех людей, чтобы местные увидели: Союз Четырёх Праведников не шутит. Им и вправду нужно много зерна.
Зерно сеяли на месте, а на горе Цуйвэй, в местах, не подходящих для чудодейственных трав, можно было выращивать другие материалы для виноделия.
Эти растения были обычными, нетребовательными к среде, потому годились обычные горные склоны. Разумеется, Чжао Хай не слишком разрушал растительность горы Цуйвэй — сажал только в неподходящих местах.
Помимо посадок, Чжао Хай велел Бай Хувэю и остальным отправить задания в крупные города.
Задания были постоянными — на сбор материалов для виноделия. Цены невысокие, зато найти легко. На планете Куба этого добра полно, многие обычные практики могли собрать и обменять на деньги.
Так союз получил большое количество сырья для виноделия и дал обычным практикам способ заработать.
Десять дней подряд Чжао Хай занимался этими делами.
Словно он вовсе не знал, что кто-то передаёт сообщения наружу. Союз Четырёх Праведников выглядел спокойно. Никто не знал, что скоро над ним разразится буря.
Все эти десять дней Чжао Хай следил за теми людьми. Он хотел знать, будут ли они и дальше передавать сообщения и какие именно.
И что же — действительно передавали.
Правда, часть передавала обычные вести: звали знакомых друзей вступить в союз, говорили, что у него большое будущее. Но о невидимом железе не упоминали.
А другие — нет.
Их сообщения тоже касались невидимого железа. Они тоже хотели использовать его как залог верности, чтобы угодить какой-нибудь крупной силе.
Чжао Хай подсчитал: теперь во всём Союзе Четырёх Праведников около двадцати человек выдавали тайну невидимого железа. Почти одна двадцатая.
Это немало.
И это показало Чжао Хаю, что практики ступени Мгновенного перемещения не слишком надёжны. Он к ним так хорошо относился, а они думали лишь о том, как продать союз.
С такими Чжао Хай, разумеется, не станет церемониться.
(Конец главы)