Ли Чэн стоял перед рядом домов, где помещался Зал внешних дел Города Восьми Иллюзий, и глубоко вздохнул.
Затем толкнул дверь и вошёл.
Всё та же комната, всё те же культиваторы. Благодаря скидочным нефритовым жетонам и разным мелким одолжениям эти люди уже были с ним в хороших отношениях.
Едва Ли Чэн вошёл, как сидевшие в комнате заметили его. Один из них расхохотался:
— Каким ветром занесло господина Ли? Пришли к нам, братьям, значит, есть дело?
Ли Чэн тоже расхохотался:
— Раз все на месте, тем лучше. Сегодня вечером хочу пригласить вас выпить в нашем заведении. Не найдётся ли у вас времени?
Один из культиваторов усмехнулся:
— Послушай, господин Ли, не церемонься. Если бы ты хотел только угостить нас вином, то не пришёл бы сам. Раз пришёл — значит, есть дело? Какие между нами счёты, говори прямо.
Ли Чэн услышал это и снова расхохотался:
— Раз вы так ко мне расположены, не буду церемониться. Скажу прямо: сегодня в нашем заведении случилась беда — одну женщину-культиватора похитили. Нам пришлось изрядно потрудиться, чтобы её вернуть. Пришёл спросить: занимается ли такими делами Город Восьми Иллюзий?
Услышав это, культиваторы в комнате опешили.
Один нахмурился:
— Рассказывай, что случилось.
Ли Чэн кивнул и вздохнул:
— Не стану скрывать, брат Чжан: дела «Шведского стола» в последнее время идут хорошо, вот нас и приметили. Одну нашу работницу похитили, когда она возвращалась домой. Мы хватились только после того, как она не вышла на работу. В её комнате нашли записку: требуют десять тысяч нефритовых эссенций за освобождение.
— Мы приготовили эссенции, а ещё попросили одного моего друга помочь — он проследил за тем, кто пришёл за деньгами, и мы вызволили девушку. Потом выяснили: это дело рук Банды Чёрной Змеи.
Все в комнате опешили и переглянулись.
Некоторое время никто не говорил.
Увидев это, Ли Чэн сразу понял: у тех тоже есть корни, иначе они не повели бы себя так.
Он тотчас понизил голос:
— Господа, если это дело ставит вас в затруднение, можете не вмешиваться. Мы справимся сами.
Тот самый брат Чжан, что говорил с Ли Чэном раньше, посмотрел на него и лишь спустя время вздохнул:
— Господин Ли, не то чтобы мы не хотели помочь. Просто у Банды Чёрной Змеи тоже есть связи. Её глава в дружбе с одним из внутренних учеников нашего Города Восьми Иллюзий, а мы всего лишь внешние ученики. Нам и впрямь неудобно выступать против Банды Чёрной Змеи.
Ли Чэн опешил, затем кивнул:
— Понятно. Тогда не буду вас затруднять. Но сегодня вечером непременно приходите выпить. Я хочу познакомить вас с одним моим другом. Человек он незаурядный: и силой не обделён, и положение у него непростое. Говорят, чем больше друзей, тем больше дорог. Вот я и подумал, что вам стоит с ним познакомиться. Как вы на это смотрите?
Все снова опешили.
Брат Чжан посмотрел на Ли Чэна:
— О? Немногие удостаиваются такой похвалы от господина Ли. У твоего друга и впрямь незаурядное положение? Откуда он?
Ли Чэн чуть улыбнулся:
— Он не с Ванъюэ. В этот раз лишь проезжал мимо, услышал об этом деле и помог. Окажете честь?
Все в комнате задумались, переглянулись.
Наконец брат Чжан сказал:
— Хорошо, сегодня вечером мы к тебе заглянем.
Ли Чэн улыбнулся:
— Какое там беспокойство? Обычно я вас и не дозовусь. Господа, тогда я пойду. Вернусь и всё приготовлю, вечером хорошенько выпьем.
Все расхохотались.
Ли Чэн сложил руки в приветствии и вышел.
Ли Чэн был рад, что брат Чжан оказал ему такое уважение.
Он кое-что знал об этом брате Чжане. Тот хоть и был внешним учеником, но занимал в Городе Восьми Иллюзий немалое положение: он принадлежал к роду Чжан. А род Чжан в Городе Восьми Иллюзий был не из последних. В Городе Восьми Иллюзий было три старейшины, один ключевой ученик и несколько внутренних учеников. Этого брата Чжана звали Чжан Шунь. Из-за слабых способностей к культивации он оказался здесь внешним распорядителем. Но это была лишь ступенька: вероятно, уже скоро он станет внешним старейшиной.
А поскольку способности к культивации у брата Чжана были неважные, он с детства не слишком усердствовал в совершенствовании. Зато приложил старания в другом. Во всём роду Чжан он лучше всех умел ладить с людьми. Даже с обычным странствующим культиватором он держался так, что ты чувствовал себя как под весенним ветром.
Именно поэтому Чжан Шунь, хоть и не мог совершенствоваться, пользовался в роду Чжан большим уважением. Род Чжан ясно понимал: чтобы большой род добился успеха, одной силы мало. В Городе Восьми Иллюзий род Чжан кое-что значил, но за его пределами кто станет с ними считаться? А сам Город Восьми Иллюзий — всего лишь одна из сил Ванъюэчэна. Окажись род Чжан в Ванъюэчэне, он не значил бы почти ничего. Потому такому большому роду непременно нужен человек вроде Чжан Шуня, умеющий вести дела.
Чтобы воспитать Чжан Шуня, род отправил его в Зал внешних дел набираться опыта. Если он проявит себя, то со временем с полным правом станет старейшиной Зала внешних дел Города Восьми Иллюзий.
Именно из-за такого нрава Чжан Шунь так хорошо сошёлся с Ли Чэном. А Ли Чэн, познакомившись со многими учениками Города Восьми Иллюзий, со временем узнал и о положении Чжан Шуня. И именно потому, что узнал, стал нарочно с ним сближаться.
А сегодняшнее приглашение Чжан Шуня и его людей на вино было задумано Чжао Хаем.
Чжао Хай прекрасно понимал: чтобы Ли Чэн и его люди спокойно развивались в Ванъюэчэне, им необходима поддержка. Город Восьми Иллюзий мог стать неплохой опорой. А род Чжан занимал в нём немалое положение. Подружиться с родом Чжан — значит найти для Ли Чэна и его людей покровителя в Городе Восьми Иллюзий. Потому Чжао Хай и хотел сам увидеть Чжан Шуня.
Небо постепенно темнело.
Люди из Зала внешних дел Города Восьми Иллюзий разошлись отдыхать. А Чжан Шунь с несколькими соседями по комнате отправился в «Шведский стол».
В ресторане ещё ужинало много народу. Едва Чжан Шунь и его спутники вошли, Ли Чэн вышел навстречу.
Он сложил руки в приветствии:
— Брат Чжан, наконец-то вы пришли. Идёмте за мной.
Чжан Шунь расхохотался:
— Господин Ли, у нас уже червячок вина просит. Вино готово?
Ли Чэн расхохотался:
— Давно готово. Прошу.
С этими словами он повёл их вглубь.
Хотя они не поняли, куда он их ведёт, всё же последовали за Ли Чэном через ресторан во внутренний двор.
По пути к задним комнатам Ли Чэн сказал Чжан Шуню:
— Сегодня я не стану приглашать вас наверх. Мы устроили небольшой пир во внутренних покоях. Прошу за мной.
И провёл их в одну из комнат.
Войдя, они увидели нескольких человек, сидевших и беседовавших. С У Юнем и остальными Чжан Шунь был знаком; не знал он лишь Чжао Хая.
Увидев гостей, Чжао Хай тотчас поднялся.
Ли Чэн поспешил представить:
— Брат Чжан, это тот друг, о котором я говорил, Чжао Хай, брат Чжао. Брат Чжао, это Чжан Шунь, брат Чжан, о котором я рассказывал…
Затем представил Чжао Хаю остальных. Они обменялись приветствиями.
Во время приветствия Чжан Шунь не переставал разглядывать Чжао Хая.
Хотя это было лишь короткое приветствие, Чжан Шунь успел ощутить незаурядность Чжао Хая.
Когда Чжао Хай приветствовал Чжан Шуня и остальных, он держался очень естественно и непринуждённо. Но в нём не чувствовалось высокомерия, и в то же время он никого не обходил вниманием. Напротив, от него исходило дружелюбие, от которого казалось, будто он давний знакомый, с которым не нужно церемониться.
Чжан Шунь считал себя большим мастером в обхождении с людьми. Но рядом с Чжао Хаем он почувствовал, что ему ещё далеко до него.
После приветствий Ли Чэн проводил всех в одну из задних комнат.
В комнате стоял огромный стол, за которым могли разместиться больше двадцати человек. Стол был двухъярусный, верхний ярус вращался. На вращающемся ярусе стояло множество блюд. Ли Чэн пригласил всех сесть.
Когда все уселись, Ли Чэн поднял чарку:
— Сегодня я очень рад собраться здесь с вами. Давайте выпьем за нашу встречу.
Все подняли чарки и выпили.
Затем Ли Чэн обернулся к Чжан Шуню и остальным:
— Брат Чжан, сегодня я позвал вас, чтобы кое-что обсудить. Я человек не слишком красноречивый. Потому поручу это дело брату Чжао, пусть он вам всё расскажет.
Чжан Шунь опешил.
Затем с некоторым удивлением взглянул на Чжао Хая и кивнул:
— Хорошо. Говорите прямо, господин Чжао.
Чжао Хай чуть улыбнулся Чжан Шуню:
— На самом деле это дело связано с недавним похищением. Думаю, Ли Чэн вам уже рассказал, так что повторяться не буду. Скажу лишь: Ли Чэн и его люди не собираются оставлять Банду Чёрной Змеи безнаказанной.
Тут Чжао Хай сделал паузу и посмотрел на реакцию Чжан Шуня и остальных.
Чжан Шунь опешил, затем нахмурился и произнёс с расстановкой:
— Не знаю, рассказал ли господин Ли вам о связях Банды Чёрной Змеи?
Чжао Хай кивнул:
— Рассказал. Я знаю, что за Бандой Чёрной Змеи стоит один из внутренних учеников Города Восьми Иллюзий. Потому мы с Ли Чэном посовещались и придумали один способ.
— На самом деле всё началось с того, зачем Банде Чёрной Змеи понадобилось нападать на Ли Чэна и его людей. Они увидели, что Ли Чэн хорошо зарабатывает, и тоже захотели открыть «Шведский стол». Но побоялись, что в борьбе за посетителей им не обойти Ли Чэна, потому и придумали такой способ. Цель — отбить у них клиентов.
— Мы хотим сделать так: мы сами выступим против Банды Чёрной Змеи. А когда заберём у них ту неоткрытую харчевню, передадим её Ли Чэну. Доход же Ли Чэн и его люди не возьмут себе ни монеты.
(Конец главы)