Чжао Хай взглянул на того культиватора и, чуть улыбнувшись, сложил руки в приветствии:
— Благодарю за предупреждение, достопочтенный. Это вино моего собственного приготовления, примите его в дар и простите мне мою оплошность.
С этими словами он повёл рукой, и в его ладони появился кувшин с вином. Легко взмахнув, он отправил кувшин культиватору.
Тот, услышав это, опешил. Но всё же тотчас поймал кувшин, не стал церемониться, тут же сорвал глиняную печать, понюхал вино и сделал большой глоток.
Затем он опустил кувшин и расхохотался:
— Хорошее вино! Ха-ха-ха, не думал, что у тебя такое славное вино. Ладно, беру. Если ещё встретимся, угощу тебя в ответ.
Чжао Хай сложил руки в приветствии:
— Хорошо. Я Чжао Хай из Союза Четырёх Праведников. Если у вас будет время заглянуть на Кубу, заходите в Союз Четырёх Праведников, выпьем вместе.
Тот культиватор расхохотался:
— Хорошо. Я Ню Сяочжуан с Бычьей горы. Если будет время заглянуть на Бычью гору, я тоже угощу тебя вином.
С этими словами он громко рассмеялся. А огромный бык развернулся и пошёл в другую сторону, вскоре исчезнув из виду.
Чжао Хай посмотрел ему вслед и обернулся к Лауре:
— Кажется, он говорил, что быка зовут Дачжуан? А его самого — Сяочжуан? Забавно, право. Кстати, что это за Бычья гора?
Лаура подумала и ответила:
— О Бычьей горе я слышала. Это сила неподалёку от Свободных звёздных владений. Они владеют поясом метеоритов на одной планете, и этот пояс называется Бычьей горой.
— Они не род, а скорее организация вроде банды. И люди с Бычьей горы в основном знаются с разбойниками из Свободных звёздных владений, редко с силами Пустотного мира. Потому они и не участвовали в делах против Помоста жизни и смерти. Поэтому ты их и не помнишь.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, что нет пересечений. Идём, доберёмся до Цзюйсинчэна, там разберёмся.
«Владыка Преисподней» летел быстро. Через три часа они уже были над большим городом.
Этот город был куда больше Кубы. То и дело из него в небо взмывали большие магические инструменты. «Владыка Преисподней» здесь ничуть не выделялся.
Но больше всего Чжао Хая удивило то, что над Цзюйсинчэном висело множество больших магических инструментов. Они стояли на расстоянии не менее тысячи метров друг от друга. Это тоже немало. Инструменты просто висели неподвижно, и время от времени на них можно было заметить людей.
Чжао Хай, увидев это, сразу всё понял.
Некоторые люди с положением, прибыв в Цзюйсинчэн, не любят спускаться вниз и жить там, потому селятся прямо в своих больших магических инструментах. А город, похоже, не возражает. Так даже удобнее.
Чжао Хай тоже не хотел спускаться — решил жить в большом магическом инструменте.
«Владыка Преисподней» остановился в случайном месте. Чжао Хай оглядел другие инструменты, чуть улыбнулся и обернулся к Лауре:
— Поживём на «Владыке Преисподней». Захотим — спустимся, прогуляемся. Как вам?
Лаура кивнула:
— Хорошо, поживём на корабле. Но, брат Хай, я хочу спуститься посмотреть. Прямо сейчас.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, идём.
Он взмахнул рукой, и на палубе появился восьмиконный нефритовый экипаж. Чжао Хай и Лаура сели в него, и экипаж сорвался с корабля, полетев прямо в Цзюйсинчэн.
Вскоре экипаж опустился на малолюдной улице Цзюйсинчэна.
Хотя на улице были люди, и они видели, как опустился экипаж, никто не придал этому значения. Лишь взглянули и вернулись к своим делам, будто ничего не заметили.
Чжао Хай тоже не обратил внимания. Экипаж направился к главным улицам Цзюйсинчэна.
Цзюйсинчэн — большой город. Главных улиц несколько. Чжао Хай и остальные оказались на одной из них — улице Юньцюэ.
Эта улица была самой известной в Цзюйсинчэне улицей еды. Здесь множество ресторанов, у каждого своё фирменное блюдо, и ни один культиватор, прибывший в Цзюйсинчэн, не пропускал это место.
Экипаж ехал по улице. Народу было как в ткацком челноке, всевозможных магических инструментов тоже много. Улица шириной около тридцати метров, по обе стороны — всевозможные рестораны, большие и малые. Большие занимали несколько этажей, малые прятались в переулках, выставив лишь высокую вывеску.
Чжао Хай и Лаура сидели в экипаже и смотрели на улицу через проекцию. Они не высовывались в окно. Народу слишком много, окон на всех не хватит.
Чжао Хай оглядел лавки по обе стороны и, обернувшись к Лауре и остальным, улыбнулся:
— Здесь кругом еда. Давайте сегодня поедим здесь, попробуем, что тут вкусного.
Лаура улыбнулась:
— Хорошо, посмотрим. Мы давно не ели вне дома, можно и сходить.
Чжао Хай оглядел улицу и указал на один ресторан:
— Этот вроде неплох. Пойдём туда.
Лаура и остальные посмотрели. Здание в китайском стиле, три этажа. Видно, что дела идут хорошо. Первый этаж полон, на втором открыто много окон и видно людей, лишь на третьем окон открыто мало.
Лаура и остальные кивнули.
На самом деле для них, выбравшись наружу, неважно, что есть. Важно, с кем. С Чжао Хаем они готовы есть даже яд.
Выбрав ресторан, Чжао Хай направил экипаж туда. Вскоре они были у входа.
Едва экипаж остановился, Чжао Хай открыл дверцу и вышел.
Тут же подбежал служащий, согнулся перед Чжао Хаем:
— Приветствую, господин. Вы пришли поесть?
Чжао Хай кивнул. Тут из экипажа вышли Лаура и остальные. Служащий, увидев, сколько людей поместилось в экипаже, переменился в лице. Он прекрасно понимал: такой экипаж — не обычный магический инструмент. Он согнулся ещё ниже.
Чжао Хай взглянул на ресторан. Над входом висела вывеска с надписью «Вэньсянлоу». Чжао Хай опешил, затем чуть улыбнулся:
— «Вэньсянлоу»? «Остановись, вдохнув аромат»? Название неплохое. Есть хорошие места?
Служащий тотчас ответил:
— Есть. Господин предпочитает место пооживлённее или с хорошим видом?
Чжао Хай произнёс с расстановкой:
— Найди место поспокойнее и с хорошим видом.
Служащий тотчас сказал:
— Тогда прошу на третий этаж. Там отдельные кабинеты, в каждом — формация звукоизоляции, полная тишина. Откроете окно — увидите пейзаж. Прошу за мной.
Чжао Хай кивнул, обернулся к Лауре и остальным:
— Как вам?
Лаура улыбнулась:
— Хорошо, идём на третий этаж. И найди нам место с хорошим видом, чтобы не было видно толпы. Есть такое?
Служащий тотчас улыбнулся:
— Кабинеты на обратной стороне третьего этажа как раз подходят. За зданием — лотосовый пруд с золотыми карпами. Там можно увидеть прекрасные лотосы и карпов, играющих среди лотосов.
Лаура кивнула:
— Хорошо, туда. Идём.
Служащий откликнулся и повёл их в здание.
Едва они вошли, как шум на первом этаже стих.
Чжао Хай взглянул на сидевших там. Некоторые выглядели как странствующие культиваторы, некоторые — как люди с положением. Все они смотрели на Чжао Хая и его спутниц, особенно на Лауру и остальных, и у всех загорались глаза.
Чжао Хай не обратил на них внимания. Служащий, не задерживаясь, повёл их наверх.
Едва они поднялись, как на первом этаже снова поднялся шум:
— Какие красивые женщины-культиваторы, редко такое увидишь!
— Вот счастливчик! Одному столько красавиц досталось. Будь я на его месте, согласился бы и жизнь укоротить!
— Цветы в навозе! С виду тот тип — ни рыба ни мясо, сразу видно, что бездарь. Что с женщинами стало? Вот я — талант, а никто не смотрит!
Чжао Хай не обращал на эти слова ни малейшего внимания.
Все трое поднялись на третий этаж. Служащий проводил Чжао Хая в кабинет «Лотос».
Кабинет был большой, несколько десятков квадратных метров. Внутри стоял стол, вокруг — кресла, разделённые чайными столиками. В углу — несколько растений в горшках. Выглядело очень неплохо.
Чжао Хай подошёл к окну, открыл его и выглянул. Снаружи и вправду был большой лотосовый пруд. Пруд занимал несколько му, лотосы цвели, и над ними распускались прекрасные цветы.
Чжао Хай кивнул:
— Неплохо, вид хороший. И лотосы, и золотые карпы — не обычные. У вас тут есть вкус. Зачем вы развели этот лотосовый пруд?
Служащий тотчас ответил:
— Не скрою, господин: этот пруд разведён для кухни. В нашем заведении лотос идёт в блюда целиком. Даже золотые карпы из пруда — тоже. Блюдо называется «Пир у лотосового пруда», это наша главная особенность. Не желаете ли попробовать?
Чжао Хай, услышав это, заинтересовался:
— Хорошо, давай «Пир у лотосового пруда». Посмотрю, чем он особенный.
Служащий откликнулся и вышел.
Лаура и остальные тоже подошли к Чжао Хаю и смотрели на пруд.
Лаура произнесла с расстановкой:
— Брат Хай, мне кажется, здесь атмосфера какая-то не такая. Ты заметил? На первом этаже почти все не из простых. Даже те, кто выглядит как странствующий культиватор, все сильны. В чём дело?
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Все пришли на аукцион. Только неизвестно, сколько из них за звёздной картой. Если все — то нам придётся потратиться.
Лаура услышала это и чуть улыбнулась:
— Для нас что нефритовые эссенции? Главное — звёздная карта.
Остальные кивнули, явно соглашаясь.
Лаура была права. Для них нефритовые эссенции и вправду ничего не значили. В пространстве их столько, что Лаура давно перестала считать. И у Союза Четырёх Праведников их немало. Они не испытывали недостатка в эссенциях.
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Эссенций у нас хватает. Но получить карту — ещё не всё. Боюсь, после аукциона начнётся кровавая буря.
Лаура и остальные кивнули.
Они согласились с Чжао Хаем. Получить карту — не значит решить всё. Культиваторы больше всего любят убивать и грабить. Кто бы ни получил карту, его будут преследовать. Слишком уж она притягательна.
Тут Чжао Хай заметил, что в лотосовом пруду появилась лодка. На ней стоял культиватор. Он собирал лотосовый чай, листья, корневища, семена и ловил рыбу.
Чжао Хай опешил:
— Неужели всё, что мы будем есть, сейчас соберут из пруда? Если так, то эта трапеза стоит того.
Едва он это сказал, как за дверью раздался стук.
Чжао Хай произнёс с расстановкой:
— Входи.
Дверь отворилась, и вошёл тот самый служащий. В руках он держал поднос с чайником и чашками.
Поставив чайник на стол, он сказал:
— Прошу, господин, отведайте чаю. «Пир у лотосового пруда» готовится, прошу немного подождать. Вы, должно быть, видите, как наши люди готовят всё прямо в пруду. Будьте уверены, всё самое свежее.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо, вижу. Забавно. Иди, как будет готово — неси.
Служащий откликнулся и вышел, притворив за собой дверь.
Чжао Хай обернулся к Лауре и остальным и с улыбкой сказал:
— Заведение и вправду занятное. Еду готовят у нас на глазах. Аппетит разгорается. Интересно, как они это придумали. Похоже, обед будет недешёвым. Хочу послушать, что говорят внизу.
Он напряг слух и прислушался.
И правда, снизу донеслось:
— О, в «Вэньсянлоу» кто-то опять заказал «Пир у лотосового пруда»? Кажется, давно никто не заказывал. Когда последний раз?
— Месяц назад, пожалуй. Говорят, вкус отменный, но и цена — миллион нефритовых эссенций за трапезу. Обычный человек не потянет. Интересно, кто на этот раз?
— Наверняка те, что только что поднялись. Мужчина с женщинами. Такие мужчины любят пускать пыль в глаза. Наверняка даже не спросил цену. А если не сможет заплатить — что тогда? Оставит женщин в залог?
— Вот будет потеха, ха-ха-ха!
(Конец главы)