Шесть миров погрузились в смуту. Полную смуту.
Все крупные миры непрерывно наступали на оставшиеся пять великих сект, а те отчаянно сопротивлялись. Только сопротивление это выглядело на удивление хилым.
Дело было не в том, что боевая мощь шести миров сильно ослабла. На самом деле, хоть шесть миров и лишились секты Тяньцзи и секты Цзяин-цзун, сила их людей оставалась грозной. Если бы великие секты сумели собрать силы остальных сект, они вполне могли бы отбросить вторгшихся в шесть миров. Те миры хоть и вошли в шесть миров, но не могли, подобно Шанчжу, бросить на борьбу с шестью великими сектами все свои войска. Им приходилось оставлять большую часть людей для защиты собственных миров. Потому силы, введённые ими в шесть миров, были не так уж велики.
Проблема была в том, что шесть миров теперь не могли объединить все секты внутри себя. Раньше это удавалось: секты не смели ослушаться. Теперь же они осмелели. На приказы пяти великих сект они отвечали лишь видимостью послушания. Это было крайне опасное положение. Оно означало, что власть шести великих сект над их собственными мирами пошатнулась. Если так пойдёт дальше, шесть великих сект вовсе утратят влияние на другие секты. А это для них было крайне опасно.
Но из шести великих сект осталось лишь пять. И под ударами других миров они не могли жестоко расправляться с сектами своих миров. В такой момент обидеть те секты означало окончательно погибнуть.
Это был порочный круг. Пять великих сект не могли сурово наказывать прежние секты. А чем мягче они себя вели, тем меньше те секты их боялись и тем меньше считались с их приказами. В конце концов пять великих сект могли лишь смотреть, как секты мало-помалу выходят из-под их контроля.
И к этому положению была напрямую причастна секта Баван-цзун.
После того как Чжао Хай пробил главный зал секты Цзяин-цзун, её влияние сильно пошатнулось. Ли Цзинь тут же понял: это шанс.
Ли Цзинь давно ждал такого случая. Они давно хотели связаться с другими сектами Цзяина и вместе выступить против секты Цзяин-цзун. Но случая всё не было. Положение секты Цзяин-цзун они знали: во всём Цзяине не было секты, способной ей противостоять. Если бы они действовали необдуманно, погибла бы именно секта Баван-цзун.
Но когда они увидели, что Чжао Хай уничтожил главный зал секты Цзяин-цзун и заодно разбил остатки секты Тяньцзи, Ли Цзинь сразу понял: их шанс пришёл.
Ли Цзинь и его люди начали связываться с другими сектами. Как раз в это время другие секты тоже думали о том, как выйти из-под контроля секты Цзяин-цзун. Стороны быстро нашли общий язык и вскоре тайно создали небольшой союз. У этого союза была лишь одна цель — дать всем выйти из-под контроля секты Цзяин-цзун.
Именно под влиянием этого союза секты Цзяина и начали относиться к приказам секты Цзяин-цзун спустя рукава. Постепенно они начали выходить из-под её контроля.
Но после того как секты вышли из-под контроля секты Цзяин-цзун, появилась новая проблема.
Теперь их атаковали люди из других миров. Без руководства секты Цзяин-цзун как им противостоять тем мирам? А это был вопрос жизни и смерти.
Потому люди Цзяина сейчас разрывались. Они не знали, как быть.
Продолжать действовать против секты Цзяин-цзун — и они смогут выйти из-под её контроля. Но тогда им придётся столкнуться с атаками нескольких миров. А под таким натиском они, пожалуй, не устоят. Значит, им тоже конец.
Не выступать против секты Цзяин-цзун — значит слушаться её. Это хоть и придало бы им уверенности перед другими мирами, но означало бы, что они по-прежнему под контролем секты Цзяин-цзун.
Это был выбор из двух зол.
Ли Цзинь сидел в своей комнате, хмурясь. Пока он не разберётся с этим делом, ему было не до остального. Хоть сейчас у секты Баван-цзун всё выглядело хорошо, Ли Цзинь понимал: их, пожалуй, уже взяла на заметку секта Цзяин-цзун. Хоть Чжао Хай и разбил её жестоко, её люди остались. Пока они есть, они могут возродиться. Потому Ли Цзинь отличался от других сект: другие ещё могли выбрать подчинение секте Цзяин-цзун и даже позволить ей себя контролировать, потому что не слишком её обидели. А секта Баван-цзун — нет. Если секта Цзяин-цзун снова возьмёт Цзяин под контроль, она первым делом расправится с сектой Баван-цзун. Ведь если бы не она, секта Цзяин-цзун не оказалась бы в таком положении.
Любая секта могла отступить — только не секта Баван-цзун. У неё не осталось пути назад. А раз пути назад нет, остаётся лишь один выбор — идти вперёд, идти до конца.
Но чтобы идти вперёд, нужно найти силу, способную заменить секту Цзяин-цзун. Найти эту силу, повести всех за собой и разбить вторгшиеся в Цзяин миры. И очевидно, у секты Баван-цзун такой силы не было. Она не могла заменить секту Цзяин-цзун.
Пока Ли Цзинь ломал голову над этим, раздался стук в дверь.
Ли Цзинь тут же произнёс:
— Входи.
В комнату вошёл человек. Увидев его, Ли Цзинь опешил. Это был Жуань Лунсин.
В последнее время Жуань Лунсин держался очень тихо. Посторонние знали, что он мёртв. Потому, даже вернувшись в секту Баван-цзун, он старался не показываться людям. Он и вправду считал себя мертвецом.
Но Ли Цзинь знал: Жуань Лунсин поступает правильно. Если бы другие секты узнали, что Жуань Лунсин жив, это оказало бы на них большое влияние.
Поскольку Жуань Лунсин держался тихо, после возвращения он больше не приходил к Ли Цзиню. И теперь, увидев его, Ли Цзинь удивился. Но всё же тут же поднялся и произнёс:
— Прародитель, почему вы пришли? Что-то случилось?
Жуань Лунсин слегка улыбнулся:
— Глава секты всё ещё тревожится из-за секты Цзяин-цзун? Я сегодня пришёл как раз из-за этого.
Услышав это, Ли Цзинь опешил, затем невольно вздохнул:
— Прародитель всё видит насквозь. Я и вправду мучаюсь из-за этого. Положение в Цзяине вам известно: не слушаться секты Цзяин-цзун — и мы можем погибнуть от рук тех миров; слушаться — и нашей секте Баван-цзун конец. Но беда в том, что, если не слушаться, нам нечем противостоять тем мирам. Вот что мучает меня больше всего — у нас нет секты, способной заменить секту Цзяин-цзун.
Жуань Лунсин взглянул на Ли Цзиня и слегка улыбнулся:
— Глава секты, вы забыли одного человека. Ведь именно он дал вам смелость задуматься о противостоянии секте Цзяин-цзун. Как же вы теперь о нём забыли?
Услышав это, Ли Цзинь опешил, затем у него загорелись глаза:
— Прародитель имеет в виду господина Чжао Хая?
Жуань Лунсин кивнул:
— Именно, господина Чжао Хая. Глава секты, господин Чжао Хай — человек из Пустотного мира. Там у него своя звёздная область. Он не может долго управлять шестью мирами отсюда. Значит, ему нужен представитель в шести мирах. И очевидно, мы прекрасно подходим на эту роль. Ведь мы — первые в шести мирах, кто с ним связался. А нынешняя сила господина Чжао Хая достаточна, чтобы определять судьбу целого мира. Секта Цзяин-цзун разбита господином Чжао Хаем. Если господин Чжао Хай сейчас выступит в нашу поддержку, Цзяин станет спокойным. Если господин уничтожит секту Цзяин-цзун и снимет угрозу для Цзяина, то впредь ни одна секта Цзяина не посмеет ослушаться его. И тогда секте Баван-цзун достаточно будет одного слова господина, чтобы стать его представителем.
Ли Цзинь выслушал Жуань Лунсина и наконец кивнул:
— Прародитель прав. Если господин вмешается, это дело, пожалуй, решится легко. К тому же сейчас в шести мирах полная смута, и оставшиеся пять великих сект не смогут объединиться против господина. Если они понесут от него ещё большие потери, люди из других миров их уничтожат. А если господин сейчас снимет угрозу для Цзяина и разобьёт секту Цзяин-цзун, он сможет двинуть войска на мир Тяньцзи. В мире Тяньцзи сейчас нет ведущей силы. Думаю, стоит господину явиться туда и подать голос, как люди мира Тяньцзи соберутся вокруг него. Так сила господина ещё возрастёт. С двумя нашими мирами в качестве опоры он сможет спокойно справиться, даже если другие миры объединятся против него. Я немедленно пошлю человека связаться с господином и просить его как можно скорее вмешаться.
Услышав это, Жуань Лунсин опешил. Он и вправду не подумал об этом. Но раз Ли Цзинь так говорит, возражать он, разумеется, не стал. Он с улыбкой произнёс:
— Это дело огромной важности. Думаю, лучше послать Мяна. Другим доверять нельзя.
Ли Цзинь кивнул:
— Я тоже так думаю. Пошлём Мяна. Но прежде я хочу снестись с господином. В последнее время секта Цзяин-цзун взяла нас на заметку. Боюсь, Мяна может подстерегать опасность.
Жуань Лунсин серьёзно произнёс:
— Так и должно быть. Если люди секты Цзяин-цзун узнают, что Мян идёт к господину, они непременно попытаются его перехватить. Предлагаю так: я пойду следом. Мян — на виду, я — в тени, чтобы его прикрыть.
Услышав это, Ли Цзинь опешил, затем кивнул:
— Тогда придётся потрудиться, Прародитель.
Жуань Лунсин слегка улыбнулся, ничего не сказал и вышел.
Ли Цзинь ничуть не счёл это невежливым. Он прекрасно понимал: таким мастерам ступени Разрыва пустоты, как Жуань Лунсин, он давно не указ. Такие великие секты, как секта Тяньцзи, и такие главы, как Тяньлин-цзы, могли командовать мастерами ступени Разрыва пустоты лишь потому, что за ними стояли другие, ещё более сильные мастера. Без их поддержки осмелиться командовать мастером ступени Разрыва пустоты означало верную смерть. Эти мастера не из тех, с кем можно шутить.
(Конец главы)