Глядя на опустевший Хайфэй, Чжао Хай невольно вздохнул.
Он хотел разобраться с шестью великими сектами, хотел властвовать над шестью мирами, но никогда не думал превращать шесть миров в то, что они представляют сейчас. Если бы он и вправду хотел уничтожить шесть миров, ему не пришлось бы столько возиться — просто ударил бы, и всё. Потому, видя Хайфэй в таком состоянии, Чжао Хай чувствовал себя неуютно.
Можно сказать, если бы секта Хайфэй не выпустила тех оборотней, Хайфэй не стал бы таким. По крайней мере, в его руках, Чжао Хая, Хайфэй не выглядел бы так.
Почтенный Тан стоял рядом с Чжао Хаем и, повернувшись к нему, спросил:
— Что такое, Сяо Хай? Настроение будто неважное?
Чжао Хай серьёзно произнёс:
— Как ты думаешь, чего добивалась секта Хайфэй? Сдаться мне — разве это не лучше, чем сдаться тем оборотням? По крайней мере, я бы так с ними не обращался. Посмотри на нынешний Хайфэй — он в худшем состоянии, чем когда мы только пришли.
Почтенный Тан холодно фыркнул:
— Сами виноваты. Секту Тяньцзи мы уничтожили, но они и не думали выпускать оборотней. С сектой Цзяин-цзун мы обошлись жёстче, чем с Хайфэем, но и Цзя Даои не помышлял выпускать оборотней. Один лишь Ма Чжун захотел их выпустить. Теперь вот что получилось — кого винить? Только себя.
Чжао Хай вздохнул и больше ничего не сказал.
Лишь спустя долгое время он полностью успокоился и заговорил:
— Почтенный Тан, на сей раз бой будет тяжёлым. Цзя Даои говорил, что среди тех оборотней тоже есть те, кто постиг силу законов. Немногие, но справиться с ними будет непросто.
Почтенный Тан опешил.
Об этом он и вправду не знал. До сих пор сила законов была их сильнейшим оружием. Услышав, что кто-то ещё ею владеет, он изрядно удивился.
Почтенный Тан повернулся к Чжао Хаю:
— Сяо Хай, ты серьёзно? У тех оборотней и вправду есть владеющие силой законов? Какая это сила законов?
Чжао Хай покачал головой:
— Пока неизвестно. На самом деле, хоть они и могут видеть состояние тех оборотней, есть ограничения. То, что они видят, не слишком подробно и довольно смутно, потому конкретных деталей они не знают.
Лицо почтенного Тана стало тяжёлым, и он серьёзно произнёс:
— Кто способен постичь силу законов — все незаурядны. Тела оборотней крепки, возможно, они выдержат откат силы законов. Если так, наши беды ещё больше.
Чжао Хай кивнул:
— И ещё. В числе больших магических инструментов у нас нет преимущества, возможно, даже недостаток. Ты знаешь, некоторые из тех зверей огромны, куда больше больших магических инструментов. Они сами могут служить большими магическими инструментами и даже проворнее их. Потому я и говорю: бой будет тяжёлым.
Лицо почтенного Тана тоже помрачнело, и он серьёзно произнёс:
— Значит, на сей раз потери будут велики?
Чжао Хай глубоко выдохнул:
— Будут велики. Похоже, на сей раз нельзя больше сдерживаться. Чем скорее разделаемся с оборотнями, тем скорее вернёмся.
Почтенный Тан с недоумением посмотрел на Чжао Хая:
— Вернёмся поскорее? Ты будто очень спешишь. Что, дома дела? Нет, если бы в Пустотном мире что-то случилось, Шангуань Юнь и остальные не были бы такими спокойными.
Чжао Хай слегка улыбнулся и покачал головой:
— Не гадай. Дома всё в порядке, это я хочу вернуться. Как только здесь всё уладится, вернёмся, подготовимся, и я отправлюсь в Мир Бога Боевых Искусств.
Услышав это, почтенный Тан горько усмехнулся:
— А ты, парень, и вправду одержим войной. Разве в Мир Бога Боевых Искусств так просто попасть? Там давление ещё сильнее, чем в шести мирах. Силу тамошних культиваторов ты знаешь. Чтобы идти в Мир Бога Боевых Искусств, нужно подготовиться как следует.
Чжао Хай кивнул:
— Не беспокойся, всё будет хорошо. На самом деле я обнаружил в Мире Бога Боевых Искусств некоторые сведения о народе Хуан. Ты знаешь, я ведь наполовину из народа Хуан, и мне непременно нужно туда попасть, посмотреть, как живут те Хуан. К тому же я слышал, что Мир Бога Боевых Искусств все эти годы борется с народом Хуан. От этого мой интерес к Хуан только усилился. Когда-то всего несколько десятков тысяч Хуан бежали в то безымянное пространство, а теперь они столько лет противостоят Миру Бога Боевых Искусств — уже это говорит об их силе. Хочу увидеть, за счёт чего Хуан держатся против Мира Бога Боевых Искусств.
Почтенный Тан горько усмехнулся и покачал головой:
— Воля твоя. Но я с тобой не пойду. Сейчас я хоть и достиг ступени Разрыва пустоты, и в духовной энергии разбираюсь неплохо, и силу свою могу использовать, но в силе законов, чувствую, ещё слабоват. Если бы мы с тобой применили силу законов друг против друга, боюсь, я давно был бы мёртв. Потому по возвращении мы несколько человек хотим уйти в затворничество и как следует разобраться со своей силой законов.
Чжао Хай опешил, затем слегка улыбнулся:
— Что ж, затворничество — хорошо. Чтобы сила законов стала сильнее, нужно оттачивать её шаг за шагом. Вам будет полезно разобраться.
Почтенный Тан с улыбкой произнёс:
— Если честно, я тебе завидую. Я не видел, чтобы ты особо тренировался, а сила твоя всё растёт. Эх, ничего не поделаешь.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Техника, которую я практикую, довольно особенная.
На этом Чжао Хай умолк. Его положение и вправду было особенным, ведь ни у кого другого в теле не было пространства.
Так, разговаривая, Чжао Хай и его люди летели вперёд. Вскоре они добрались до главного зала бывшей секты Хайфэй.
Секта Хайфэй была сильнейшей в Хайфэе, и её главный зал выглядел внушительно. Он занимал немалую площадь — почти тысячу больших и малых горных пиков. Но сейчас на этих пиках почти никого не было. Зато над главным залом секты Хайфэй зияла огромная пространственная дыра. А возле неё собралось множество людей.
Чжао Хай давно заметил, что в секте Хайфэй почти не осталось людей, потому не стал задерживаться и повёл своих прямо к пространственной дыре.
Вскоре они подлетели к дыре.
Строго говоря, это нельзя было назвать пространственной дырой. Ведь внутри было лишь субпространство, а не другое пространство, потому это не пространственная дыра.
Но сейчас перед этой дырой стояло много людей. Все они стояли на больших магических инструментах бывшего Хайфэя, явно поджидая Чжао Хая.
Обе стороны остановились примерно в десяти тысячах метров друг от друга. Чжао Хай смотрел на людей, стоявших на большом магическом инструменте напротив.
Одежды тех людей были весьма необычны. На одних были кожаные одеяния, на других — из перьев, на третьих — пёстрые, словно узоры на звериной шкуре. А рядом с ними стоял культиватор. Это был не кто иной, как Ма Чжун.
Чжао Хай взглянул на них и, слегка улыбнувшись, сложил руки в поклоне:
— Чжао Хай приветствует. Глава Ма, не представишь ли мне этих людей?
Ма Чжун смотрел на Чжао Хая. В его взгляде было странное сочетание — обида, сожаление, но больше всего — апатия. Он лишь взглянул на Чжао Хая, но не заговорил, а перевёл взгляд на нескольких человек рядом.
Чжао Хай тоже смотрел на тех людей.
Среди них во главе был культиватор в белом одеянии. Он был очень красив, в белом длинном халате, с полуприкрытыми глазами, что придавало ему вид ленивый, но не лишённый проницательности. Самое же странное — Чжао Хай ощущал в этом человеке нечто, что можно было назвать одним словом — «сексуальность».
Взрослый мужчина, одетый вполне прилично, даже укутанный с головы до ног, но ты чувствуешь в нём «сексуальность». Это было поистине необычно. Если Чжао Хай, будучи мужчиной, испытывал такое, что же чувствовали женщины, глядя на него?
Раса лис!
Едва увидев этого мужчину в белом, Чжао Хай сразу понял — это лис.
Чжао Хай был знаком с расой лис, ведь Ху Мэнъинь тоже была лисой. Но аура Ху Мэнъинь по сравнению с этим мужчиной была куда слабее. И сила их различалась сильно.
Чжао Хай смотрел на лиса, а тот смотрел на Чжао Хая. Спустя долгое время лис сложил руки в поклоне:
— Приветствую господина Чжао Хая. Цзюцзюнь приветствует вас.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Приветствую господина Цзюцзюня. То, что вы всё ещё стоите здесь и ждёте меня, поистине удивляет. Неужели у вас есть ко мне разговор?
Цзюцзюнь взглянул на Чжао Хая, и на его лице появилась обаятельная улыбка:
— Говорят, господин Чжао Хай необычайно силён и умён, потому я и пришёл сюда встретиться с вами.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Вот как, это честь для меня. Впрочем, во мне нет ничего особенного, боюсь, я вас разочарую.
Цзюцзюнь взглянул на Чжао Хая и слегка улыбнулся:
— Господин, разве мы не можем жить в мире? Вы знаете, мы, оборотни, слишком долго пробыли в том пространстве и бесконечно тоскуем по внешнему миру. Именно потому мы изо всех сил рвались наружу. Мы хотим лишь уголок, где можно обосноваться. Неужели вы непременно хотите нас истребить?
Чжао Хай взглянул на Цзюцзюня и слегка улыбнулся:
— Конечно, можем жить в мире. Господин Цзюцзюнь, давайте договоримся: вы сдаётесь мне, и я, Чжао Хай, буду обращаться с вами так же, как с человеческой расой, без всяких различий. Более того, после того как вы сдадитесь, я смогу увести вас отсюда и показать куда более широкий мир. Как вам?
Слова Чжао Хая были наполовину правдой.
Правдой было то, что он и вправду хотел подчинить Цзюцзюня и его людей. Их боевая мощь говорила сама за себя. Если бы он их подчинил, это принесло бы Чжао Хаю немалую пользу. Ложью было то, что он знал: Цзюцзюнь и его люди не сдадутся. Потому подчинить их можно было, лишь превратив в нежить.
Услышав это, Цзюцзюнь сверкнул гневом, но улыбка не сошла с его лица. Он серьёзно произнёс:
— Благодарю за доброту, господин. Но если вы хотите, чтобы мы сдались, вам придётся доказать, что у вас есть для этого сила.
Едва он договорил, как рядом раздался громкий рёв. Затем фигура метнулась с большого магического инструмента прямо к Чжао Хаю.
Чжао Хай взглянул на приближающегося. Тот был очень высок, в жёлто-чёрной одежде, с круглой головой и прямым взглядом, грозный без гнева. При первом взгляде возникало ощущение — это тигр.
Раса тигров.
Чжао Хай сразу понял, кто это. Тигр смотрел на Чжао Хая с яростью, словно готов был проглотить его одним куском.
Чжао Хай слегка улыбнулся и тоже метнулся навстречу. Они сошлись в пустоте, обменялись ударами, десятки схваток — и никто не одержал верх. Наконец они обменялись прямыми ударами и отлетели каждый на свой большой магический инструмент.
Чжао Хай стоял на «Владыке Преисподней», не меняясь в лице, и, глядя на Цзюцзюня, слегка улыбнулся:
— Господин Цзюцзюнь, я сейчас разговариваю с вами. Своих людей вам лучше держать в узде. На сей раз я, считая, что он провинился впервые, оказал вам услугу и не покалечил его. Если он снова посмеет вмешаться, пока мы говорим, не пеняйте на меня.
Цзюцзюнь взглянул на Чжао Хая, улыбка исчезла с его лица, и он серьёзно произнёс:
— Вэйу — не мой подчинённый. Мы, оборотни, отличаемся от человеческой расы. У нас нет деления на подчинённых и господ.
Чжао Хай взглянул на Цзюцзюня и слегка улыбнулся:
— О? Значит, если он снова нападёт на меня, вы не станете вмешиваться?
Цзюцзюнь промолчал.
И тут тот тигр снова с рёвом бросился на Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на тигра, затем слегка улыбнулся, поднял руку и легонько щёлкнул пальцами.
Бах!
Раздался негромкий звук, который услышали лишь несколько человек рядом с Чжао Хаем. Но в тот же миг из шеи тигра брызнула кровь. Кровь хлынула, словно фонтан. Свет в глазах тигра по имени Вэйу разом погас, но тело по инерции всё ещё летело к Чжао Хаю.
Чжао Хай не стал возиться, взмахнул рукой и убрал тигра по имени Вэйу в пространство.
Всё произошло слишком быстро. Никто не ожидал такого.
Убрав Вэйу, Чжао Хай повернулся к Цзюцзюню:
— Раз вы не можете с ним сладить, я сделаю это за вас. Но у меня рука тяжёлая, так что не обессудьте.
С лица Цзюцзюня исчезло даже спокойствие. Он холодно смотрел на Чжао Хая и серьёзно произнёс:
— Господин поистине искусен. Цзюцзюнь хотел бы попробовать.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— К вашим услугам, когда у господина Цзюцзюня будет время. Может, так и сделаем: я сейчас свободен, давайте не будем ждать другого времени, а прямо сейчас. Как вам?
Цзюцзюнь взглянул на Чжао Хая и вдруг рассмеялся:
— Господин в прекрасном настроении. Раз вы желаете, я, конечно, составлю компанию.
Чжао Хай громко рассмеялся:
— Хорошо, тогда позвольте мне увидеть, на что вы способны.
С этими словами Чжао Хай двинулся и встал в пустоте. Цзюцзюнь тоже вышел с магического инструмента и встал в сотне метров напротив Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на Цзюцзюня и слегка улыбнулся:
— Говорят, среди вас, господин Цзюцзюнь, немало владеющих силой законов. Интересно, владеете ли вы? Хотел бы увидеть.
(Конец главы)