Чжао Хай отвёл флот обратно под барьер и тут же серьёзно сказал Лауре:
— Пусть доложат о потерях.
Лаура откликнулась и тут же велела всем отрядам доложить. Чжао Хай давно разделил две тысячи больших магических инструментов на десять малых отрядов по двести кораблей, потому достаточно было, чтобы доложили командиры отрядов.
Вскоре потери были доложены. Лаура взглянула на Чжао Хая:
— Брат Хай, всего потеряно триста пятьдесят три больших магических инструмента, погибших — миллион. Из них Пустотный мир потерял более трёхсот тысяч, Шанчжу — более шестисот тысяч, наша Обитель Мрака — около пятидесяти тысяч, Железная армия — меньше пяти тысяч.
Чжао Хай кивнул:
— Хорошо. Такие потери я и предполагал. Продержимся здесь ещё день, и Союз шести миров уверится, что мы не сбежим. Тогда мы сможем уйти. Передай приказ: флоту отойти вглубь Врат Ада на отдых. Пусть Союз шести миров не видит наших следов.
Лаура откликнулась и тут же передала приказ. Во главе с «Владыкой Преисподней» союзный флот отошёл в вулканическую область Врат Ада. Снаружи большие магические инструменты больше не было видно.
А в это время Тяньлин-цзы тоже выслушивал доклад. Когда докладчик закончил, Тяньлин-цзы глубоко вздохнул:
— Потери оказались так велики. Не ожидал, что Чжао Хай настолько силён. Мы разом потеряли более миллиона человек и почти семьсот больших магических инструментов. Похоже, Чжао Хай и вправду незаурядный талант. Будь у него чуть больше людей, нам, пожалуй, и вправду не поздоровилось бы.
Цзя Даои холодно произнёс:
— Чем сильнее он становится, тем нужнее его уничтожить. Если позволить ему так развиваться дальше, нашим шести великим сектам и вправду придёт конец.
Тяньлин-цзы кивнул и, глядя на исчезнувшую армию Пустотного мира, холодно произнёс:
— Похоже, этот малый убрался в горы зализывать раны. Не обращайте на него внимания, он никуда не денется. Стоит нам пробить барьер, и ему конец.
Цзя Даои серьёзно произнёс:
— Вокруг расставить наблюдателей, чтобы он не сбежал другим путём. Если он начнёт бесчинствовать по всему Цзяину, для нас это будет большая неприятность.
Тяньлин-цзы слегка улыбнулся:
— Не беспокойся, они не сбегут. Они думают, что все наши силы собрались здесь и бьют по барьеру, а я давно выделил две тысячи больших магических инструментов и расставил их в засаде вокруг. Если они попытаются уйти, те корабли тут же выйдут и свяжут их боем. А тогда мы подоспеем, отрежем им путь назад к Вратам Ада и разом покончим с ними.
Цзя Даои кивнул, затем вздохнул:
— Даже если мы разделаемся с Чжао Хаем, мой Цзяин разрушен до основания. Хм, при первой же возможности я уничтожу Пустотный мир. Пока не отомщу, мне не будет покоя.
— Хм!
Раздалось холодное фырканье, затем голос произнёс:
— Твой Цзяин — лишь вторая жертва. Не забывай, мой Хайфэй — первая. И разрушения у нас куда серьёзнее, чем в Цзяине.
Говорил высокий худой мужчина лет сорока, с длинным лицом и холодным выражением. Звали его Ма Чжун, и был он главой секты Хайфэй. На сей раз Чжао Хай начал наступление на Союз шести миров именно с Хайфэя, потому Ма Чжун и его люди понесли самые большие потери. Впрочем, Ма Чжун всегда был молчалив и говорил редко.
Услышав это, остальные тоже умолкли. Ма Чжун сказал правду. Чжао Хай нанёс Хайфэю страшный урон: почти половина мира была охвачена войной, погибших и раненых не счесть. Чжао Хай появился внезапно, Хайфэй не был готов и не сумел вовремя среагировать, потому и пострадал. Приказ Чжао Хая «не убирать клинки» обернулся для Хайфэя страшной резнёй.
Тяньлин-цзы серьёзно произнёс:
— Стоит убить Чжао Хая, и впредь при распределении дани Хайфэй и Цзяин будут получать на одну долю больше — в возмещение ваших потерь. Возражений нет?
Тяньлин-цзы всё же пользовался среди них авторитетом. К тому же Хайфэй и Цзяин и вправду пострадали сильнее всех, потому против дополнительной доли никто не возражал. Впрочем, Тяньлин-цзы и остальные предпочли не замечать другие секты. То, что они делили, предназначалось лишь секте Хайфэй и секте Цзяин-цзун. А прочим сектам на сей раз, пожалуй, и крох не достанется.
День пролетел быстро. Атака Союза шести миров и не думала прекращаться. Большие магические инструменты непрерывно сменяли друг друга, но удары по барьеру шли с неизменной частотой. Даже с наступлением темноты атака не прекратилась.
Чжао Хай не обращал на это внимания. С наступлением темноты он отправился спать. С его силой можно было и не спать. Но Чжао Хай прекрасно понимал: человеческое тело — как механизм, а механизм не может вращаться вечно. Умеренный отдых и расслабление идут человеку на пользу.
На следующее утро, позавтракав, Чжао Хай созвал на «Владыку Преисподней» всех командиров больших магических инструментов. Хоть они и были разделены на отряды, эти командиры были влиятельными людьми из разных семей и сил, людьми с реальной властью. Говорить с ними напрямую было куда лучше, чем через посредников.
Когда все собрались, Чжао Хай обвёл их взглядом и серьёзно произнёс:
— Вчерашний бой стоил нам немало. Знаю, некоторые винят меня: почему я не выпустил нежить раньше, зачем сам пошёл в атаку. Если бы мы отсиделись здесь, столько людей не погибло бы; если бы я раньше выпустил нежить, столько людей не было бы убито. Верно?
Услышав это, все опешили. На лицах Шангуань Юня и остальных мелькнуло негодование. Они и не думали ничего подобного. Вчера, не будь Чжао Хая, они, пожалуй, все погибли бы снаружи, — как они могли его винить? А некоторые другие культиваторы, услышав слова Чжао Хая, слегка устыдились. Честно говоря, прежде они и вправду так думали. Но теперь, после слов Чжао Хая, им стало неловко.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и серьёзно произнёс:
— Я понимаю ваши мысли. Это естественно. Любой на вашем месте подумал бы так. Но я должен вам сказать: «Владыке Преисподней» нужно накопить энергию, чтобы выдать такую мощь. Во-вторых, командовать нежитью и расой крови мне тоже не даётся даром. Чем больше я ими командую, тем короче время их появления. Потому я могу задействовать эти две силы лишь в самый решающий момент. В обычное время их использовать нельзя. Теперь вам ясно?
Услышав это, все кивнули. Слова Чжао Хая звучали разумно. Если бы он и вправду мог без всякой платы командовать такой массой нежити, это было бы странно. Получив разумное объяснение, все устыдились ещё больше.
Гуйу поднялся и поклонился Чжао Хаю:
— Господин, это наша вина. Нам не следовало роптать на вас. Прошу господина простить нас. Я, Гуйу, могу здесь поручиться: впредь такого не повторится.
Чжао Хай кивнул, махнул рукой, веля Гуйу сесть, и продолжил:
— Не думайте об этом слишком много. Я говорю вам это лишь потому, что мы теперь в одной лодке. У нас общий враг. Не хочу, чтобы из-за этого между нами возникло недоразумение. Если не высказать всё, недоразумение так и останется недоразумением. Теперь, когда всё сказано, недоразумения нет.
Все кивнули. Они поняли, что имеет в виду Чжао Хай, и прониклись уважением к его широте.
Чжао Хай обвёл их взглядом и продолжил:
— Знаю, вам хочется понять, зачем я сам повёл вас в бой. У меня было две цели. Первая: хоть барьер нашей базы и крепок, вы видели, как атакуют шесть великих сект. Честно говоря, при таком натиске наш барьер не продержится и двух дней — от силы полтора, и он будет пробит. Тогда мы лишимся последней опоры. Потому мы должны были ударить первыми. Так мы отвлекаем часть внимания шести великих сект и выигрываем время. Вторая: сражаясь здесь с шестью великими сектами, мы создаём у них ложное впечатление. Они решат, что мы можем только биться в открытую и уйти не можем. Тогда они ослабят бдительность. А это выгодно для наших дальнейших действий.
Все прозрели. Теперь они поняли замысел Чжао Хая и прониклись к нему ещё большим уважением. Чжао Хай уловил их настроения. Именно этого он и добивался. Это очень поможет ему впредь командовать ими.
Чжао Хай обвёл всех взглядом и серьёзно произнёс:
— А теперь у меня для вас хорошая новость. Ещё один день — и наши телепортационные формации будут готовы, и мы сможем уйти. Но этот день будет нелёгким. Вчера ночью шесть великих сект яростно атаковали всю ночь. Наш барьер окажется в большой опасности. Потому сегодня нам придётся ещё раз сразиться с ними. Стоит продержаться этот день — и мы уйдём.
Услышав это, все разразились радостными криками. Наконец-то забрезжила надежда. Уйти отсюда — уже было для них хорошей новостью.
Чжао Хай махнул рукой, и все умолкли, устремив на него взгляды в ожидании дальнейших указаний.
Чжао Хай серьёзно произнёс:
— Вчерашний бой, кстати, кое-чему меня научил. Нам вовсе не обязательно биться с шестью великими сектами в открытую. Достаточно протянуть этот день — и мы победили. А у нас перед шестью великими сектами есть большое преимущество: мы можем свободно входить и выходить из барьера. Прежде я это упускал. Теперь мы можем этим воспользоваться.
Все с недоумением смотрели на Чжао Хая, не понимая, что он имеет в виду. Барьер построили они, естественно, они могли входить и выходить свободно. Разве это преимущество?
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Шесть великих сект бьют по барьеру непрерывно, не давая ему ни мгновения передышки. Нам нужно сбить их ритм, прервать непрерывность их атак. Тогда барьер сам начнёт восполнять энергию. И мы спокойно продержимся день. А как сбить их ритм — тут нам и пригодится наше преимущество.
Все по-прежнему недоумевали. По их мнению, Чжао Хай сказал пустое.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Подумайте сами. Когда большие магические инструменты шести великих сект атакуют, барьер отбрасывает их назад. И тогда им приходится отступать. А если в тот момент, когда они отступают, наши корабли вдруг выйдут и ударят по ним как следует — что получится? Они отступают, а мы атакуем в полную силу. Думаю, это разом собьёт их ритм.
Все поняли замысел Чжао Хая. Они невольно подивились: план его был поистине дерзким. Атаку шести великих сект они видели. Корабли делились на несколько групп. Одна группа била по барьеру и, получив отпор, отходила; другая в это время наносила удар. Потом её отбрасывало, она отходила, и подоспевал удар следующей. Именно из-за такого ритма барьер постоянно находился под атакой и не мог восполнить энергию, чтобы достичь наилучшего состояния защиты.
А Чжао Хай предлагал: после того как одна группа кораблей шести великих сект нанесёт удар и начнёт отходить, внезапно атаковать. Скорость отхода не может быть слишком высокой, а скорость их атаки наверняка превзойдёт скорость отступления. В таком случае потери понесут корабли шести великих сект. К тому же такая атака собьёт их ритм и даст барьеру драгоценное время на восполнение энергии.
Но все быстро сообразили: если они пойдут в лобовую атаку на корабли противника, то покинут барьер. Не воспользуется ли этим противник, чтобы не дать им вернуться? Если так, им станет ещё хуже.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Знаю, о чём вы тревожитесь. Боитесь, что, стоит нам выйти, противник отрежет нас снаружи и не пустит обратно. Об этом можно не беспокоиться. Я придумал способ. Он называется «тактика двухголовой змеи». Нужно соединить два больших магических инструмента. Внимание: хвост к хвосту. Так у двух кораблей будет две головы. Одна идёт вперёд, другая — назад. Когда один корабль врезается в корабль противника, тот, что был в задней позиции, тут же переходит в наступление, а передний — в отступление. Так скорость нашего отхода резко возрастёт. И противник не сможет нас атаковать.
Все остолбенели. Их поразила эта дерзкая тактика. Даже если бы она не сработала, уже то, что Чжао Хай до такого додумался, вызывало восхищение.
(Конец главы)