Одним ударом Чжао Хай убил больше сотни человек из Мира Бога Войны.
Большинство из них были из армии осуждённых. Разумеется, были и Теневые, и воины Золотого латного корпуса, но таких оказалось немного.
Впрочем, из этой сотни по-настоящему привлекли внимание Чжао Хая лишь несколько человек. Потому что только они постигли силу законов. Лишь они и интересовали Чжао Хая.
Убив одним ударом больше сотни, Чжао Хай не остановился. Он продолжал сражаться с людьми из армии осуждённых. А те, в свою очередь, увидев в его ударе тень силы законов, стали ещё осторожнее.
По сравнению с полем битвы, где сражались миллиарды, их схватка была всего лишь незаметной точкой. Но именно эта точка притягивала бесчисленные взгляды. Особенно Императора Войны — его внимание было приковано к ней неотрывно.
Император Войны слишком жаждал смерти Чжао Хая. Ему хотелось, чтобы тот погиб немедленно.
Но, увидев, что Чжао Хай внезапно применил удар силы законов, он сперва изумился, а затем успокоился.
Не обладай Чжао Хай такой силой, он погиб бы ещё вчера. То, что сегодня он применил силу законов, для Императора Войны было даже к лучшему. Ведь он снова узнал, каков козырь Чжао Хая.
Великая битва не прекратилась из-за схватки Чжао Хая. Сражение продолжалось.
Но люди Мира Бога Войны постепенно начали замечать неладное. Культиваторы тех миров оказались на удивление свирепы — они бились насмерть и не отступали.
Армии, сражающиеся насмерть, Мир Бога Войны видывал. Но чтобы так бились культиваторы тех миров — это было для них поистине неожиданно.
Изначально люди Мира Бога Войны рассчитывали разбить войска тех миров и тем самым обрушить армию Чжао Хая. Но теперь, похоже, это стало невозможным. Они не могли одолеть войска тех миров.
Сражение длилось уже больше двух часов.
Два часа напряжённого боя — даже культиваторы устают. Но битва становилась лишь ожесточённее. Потому что никто не отступал.
А Император Войны уже хотел отдать приказ к отступлению.
Потому что он увидел: армия осуждённых до сих пор ничего не может сделать с Чжао Хаем. Тот по-прежнему полон сил. Напротив, армия осуждённых понесла от него немалые потери.
И другие корпуса пока не добились успеха. Это встревожило Императора Войны. Но он также понимал: пора отводить войска. Иначе потери будут ещё больше.
Сигнал к отступлению вскоре прозвучал.
Войска Мира Бога Войны начали медленно отходить. Союзное войско не преследовало. Лаура и остальные тоже отдали приказ к отступлению.
Лаура и её люди считали, что преследовать сейчас не следует. Войска разных миров хоть и сражались сегодня храбро, но понесли большие потери. Они были на грани истощения. Продержись люди Мира Бога Войны ещё немного — и дрогнули бы именно войска тех миров.
Ни заградительные войска, ни круговая порука не смогли бы удержать их в нынешнем состоянии.
К счастью, Мир Бога Войны отступил.
Сейчас преследовать не следовало. Это могло бы пробудить в Мире Бога Войны решимость биться насмерть. А если бы Мир Бога Войны вернулся, войска тех миров непременно обратились бы в бегство.
Напротив, отступление сейчас давало войскам тех миров передышку. Они обнаружат, что в открытом бою одолели Мир Бога Войны, который считали непобедимым.
И на сей раз это была не дутая победа, как в прошлый раз, а настоящая.
И действительно, после того как обе стороны отвели войска, корпуса, составленные из культиваторов разных миров, разразились громкими криками ликования.
Хотя их потери были выше, чем у Мира Бога Войны, победителями оказались они. Мир Бога Войны не потерпел полного поражения, но отступил именно он. Это привело людей тех миров в неописуемый восторг.
После отвода войск Чжао Хай снова собрал представителей других миров в зале для совещаний.
Те люди из разных миров пришли радостные. А Чжао Хай сидел с мрачным лицом.
Увидев его лицо, представители опешили. Затем все умолкли и настороженно уставились на Чжао Хая. Они не понимали, что с ним опять стряслось. Неужели даже такая великая победа не может его удовлетворить?
Чжао Хай взглянул на них и вдруг слегка улыбнулся. Затем громко расхохотался:
— Хорошо! Сегодняшний бой был отличным! Мы показали свою мощь, показали свой боевой дух! Ха-ха-ха, господа, сегодня вы можете с гордостью объявить — вы одолели Мир Бога Войны!
— Одолели тот надменный, заносчивый Мир Бога Войны! Одолели тот Мир Бога Войны, что притеснял вас, что сидел у вас на шее! Вы победили!
Услышав это, представители разных миров просияли и разразились радостными криками.
И вправду, прежде Мир Бога Войны давил на них, как гора. А теперь они обнаружили, что могут одолеть эту гору, могут сдвинуть её.
Спустя немалое время все успокоились.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Хотя наши потери сегодня немалы, Мир Бога Войны тоже потерял немало. Сегодня ваша стойкость одолела Мир Бога Войны.
— В войне решают не только численность, сила и оружие. Главное — воля людей, их стойкость. В схватке двух культиваторов побеждает тот, кто продержится дольше. Сегодня мы продержались до конца, а Мир Бога Войны отступил. Значит, мы победители.
Все снова рассмеялись.
Чжао Хай махнул рукой, и все постепенно умолкли. Затем он негромко произнёс:
— Но я должен сказать вам: расслабляться нельзя. Потому что мы имеем дело с Миром Бога Войны.
— Мир Бога Войны веками воевал, уничтожил бесчисленные миры. Сейчас мы потрепали его изрядно. Но нельзя давать ему слишком много возможностей. Если мы проявим беспечность и Мир Бога Войны опомнится, он нанесёт нам смертельный удар.
— Господа, я отличаюсь от вас. Если я проиграю, то в худшем случае уйду. Я могу вернуться в Пустотный мир. А Мир Бога Войны в короткий срок не сможет покорить Пустотный мир. Иначе они не ждали бы так долго.
— А вы — другое дело. Ваши миры подверглись нападению Мира Бога Войны. Если вы проиграете, вы подумали о последствиях? Вы можете активировать барьерную формацию. Но сможет ли она вечно сдерживать Мир Бога Войны? Нет.
— Если вы проиграете, Мир Бога Войны рано или поздно придёт с вами разбираться. И тогда нашего союза для борьбы с ним уже не будет. Вам придётся противостоять им в одиночку.
Услышав это, представители разных миров опешили. Затем все изменились в лице. Они знали, что Чжао Хай прав. Если они действительно проиграют, их участь будет куда горше, чем у Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на них и продолжил:
— Я говорил раньше, что Мир Бога Войны непременно будет с нами биться насмерть. В сегодняшних и вчерашних атаках они не выложились до конца. Или, вернее, они ещё не собирались биться с нами насмерть.
— Это легко понять. Ещё не пришло время. Но когда дело дойдёт до последней решительной битвы, они непременно будут биться насмерть. Потому что это Мир Бога Войны. Это их родина, их земля. Если они отступят или проиграют, Мир Бога Войны перестанет существовать. Мир Бога Войны не допустит этого.
Все кивнули.
После вчерашней слепой гордости сегодняшняя победа их отрезвила. Они прекрасно понимали: хотя сегодня они и победили, их соотношение потерь было куда выше, чем у Мира Бога Войны.
Если бы они не бились насмерть и не боялись заградительных войск Чжао Хая с круговой порукой, они, вероятно, давно бы дрогнули.
Чжао Хай не остановился:
— Мир Бога Войны бьётся за то, чтобы его линия преемственности Дао продолжилась. Мы — тоже. Мы бьёмся за себя. Потому что если мы не одолеем Мир Бога Войны, он с нами разберётся.
— На сей раз, когда Мир Бога Войны пришёл за нами, речь идёт, вероятно, уже не просто о покорении. Уничтожение целых миров — Мир Бога Войны, похоже, тоже не раз этим занимался.
Все умолкли.
Они знали, что Чжао Хай прав. Уничтожение миров — этим Мир Бога Войны и вправду занимался не раз. И если на сей раз они проиграют, Мир Бога Войны их не пощадит.
Они хотели уничтожить Мир Бога Войны. А Мир Бога Войны, оправившись, не захочет уничтожить их — это было бы странно.
Именно потому, что они это поняли, они и умолкли.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Господа, я, Чжао Хай, хочу уничтожить Мир Бога Войны. Вы — тоже. Наша цель едина.
— Я уничтожаю Мир Бога Войны не ради того, чтобы завладеть его землями. Честно говоря, пустыня меня не интересует. Но в этой пустыне живёт стая волков. И нам приходится этих волков убить. Иначе они будут кусать.
— У нас нет конфликта интересов, но есть общая цель. Потому я надеюсь, что вы будете мне доверять.
Услышав это, люди из разных миров опешили. Затем на их лицах появилось смущение. Ведь они и вправду никогда не доверяли Чжао Хаю. И теперь, когда он сказал об этом прямо, им стало неловко.
Чжао Хай продолжил:
— И не направляйте все свои взгляды лишь на армию Мира Бога Войны напротив. В войне много средств. Если мы будем смотреть только на армию Мира Бога Войны напротив, мы можем пострадать.
Представители разных миров опешили. Они всё ещё думали о доверии к Чжао Хаю, а он вдруг заговорил об этом. Это их озадачило.
Один представитель поднялся и обратился к Чжао Хаю:
— Прошу вас, господин, объясните. Сейчас мы сражаемся с армией Мира Бога Войны. Если не обращать на неё внимания, а смотреть в другую сторону — разве это поможет? Вы говорите, мы пострадаем? От чего мы пострадаем?
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Господа, сейчас в ваших мирах, вероятно, подняты барьерные формации? Но я не побоюсь сказать вам: ваши барьерные формации продержатся против Мира Бога Войны в лучшем случае несколько дней.
— Сейчас Мир Бога Войны накрыт барьерной формацией. Но не забывайте: Мир Бога Войны тоже чрезвычайно силён в исследовании формаций. Если они найдут способ пробить путь в ваши миры и внезапно нападут на них — последствия будут непредсказуемы.
Едва Чжао Хай это произнёс, как все в зале опешили. Затем поднялся гул.
Честно говоря, именно этого они и боялись больше всего. Если Мир Бога Войны и вправду отправится к ним домой устраивать беспорядки, у них будут большие неприятности. Потому, услышав слова Чжао Хая, они пришли в крайнее волнение.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся.
На самом деле он их пугал. Он хотел внушить им чувство неотложности. Только так они будут биться насмерть.
Разумеется, это нужно было направить в нужное русло. Иначе эти слова не только не заставят их биться насмерть, но и подорвут их боевой дух.
Спустя немалое время Чжао Хай заговорил:
— Господа, не стоит слишком тревожиться. Мою барьерную формацию не так-то легко разрушить. Потому не волнуйтесь чрезмерно.
Но после этих слов Чжао Хая разве те люди могли сохранять спокойствие?
Однако все они с надеждой смотрели на Чжао Хая. Теперь они видели в нём надежду. Ведь обо всём этом они никогда не думали, а Чжао Хай подумал. Потому они хотели узнать, есть ли у него решение.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Сейчас нам нужно делать одно — наступать, наступать и ещё раз наступать!
— С завтрашнего дня мы переходим в наступление. Мы ускорим темп. Мы не дадим Миру Бога Войны времени думать о всяких кознях. Мы заставим их почувствовать, что они вот-вот потеряют собственную родину — где уж тут думать о чужих землях?
— Господа, запомните: наступление — лучшая оборона!
Услышав это, у тех людей загорелись глаза. Все они в душе кивнули. Они сочли, что Чжао Хай прав.
Наступление — лучшая оборона.
Если их наступление заставит Мир Бога Войны бояться, разве нужно им будет беспокоиться о его нападении? Разумеется, нет.
Чжао Хай успешно обвёл этих людей вокруг пальца.
Стоило им поверить, что непрерывное наступление обеспечит безопасность их миров, — и они будут биться насмерть. Чжао Хаю даже не придётся их подгонять. А это как раз то, что ему нужно.
Каким бы ни был конечный результат этих людей, если они будут яростно наступать, они нанесут Миру Бога Войны огромный урон. И даже если потом они устанут, выдохнутся и не смогут наступать — ничего страшного. Чжао Хай и сам легко разберётся с Миром Бога Войны.
В глазах Чжао Хая в войне не было добра и зла.
Он и те миры сейчас были союзниками, но союзниками, лишь только что заключившими союз. Те миры вряд ли и вправду считали его союзником. И он не считал те миры союзниками навеки.
Потому сейчас ему нужно было делать лишь одно — использовать те миры, использовать их по максимуму, заставить их нанести Миру Бога Войны как можно больше урона, чтобы потом, когда он сам займётся Миром Бога Войны, ему было легче.
Чжао Хай втянул те миры в эту войну ещё и для того, чтобы истощить их боевую мощь.
Иначе он один разделался бы с Миром Бога Войны, а выгоду получили бы больше всех те люди. Разве его душа смирилась бы с этим? К тому же это не пошло бы на пользу его будущему контролю над теми мирами.
(Конец главы)