Тяньлин-цзы с тревогой всматривался вглубь Врат Ада.
Он не понимал, что затевают Чжао Хай и его люди. До сих пор они не появились — а это было совсем не в духе Чжао Хая. Не только сам Чжао Хай не показывался, но и больших магических инструментов не было видно. Если бы не донесения наблюдателей, что из Врат Ада никто не выходил, он почти решил бы, что Чжао Хай уже сбежал.
Цзя Даои подошёл к Тяньлин-цзы и заговорил:
— Уже ночь прошла, а Чжао Хай так и не появился? Неужели он умеет так выжидать? На него не похоже.
Тяньлин-цзы серьёзно произнёс:
— Я тоже тревожусь. Это не его стиль. Столь долгое молчание может означать лишь одно: они готовят ещё более яростный контрудар. Пусть все будут настороже.
Цзя Даои кивнул и уже собирался что-то сказать, как вдруг у него загорелись глаза:
— Идут! Наконец-то появились. Главное, что появились. Хочу посмотреть, что они задумали.
Тяньлин-цзы тоже с облегчением выдохнул:
— Что бы они ни задумали, они не смогут нам угрожать. Разница в силах слишком велика.
Цзя Даои кивнул, но, взглянув на приближающийся флот Чжао Хая, вдруг замер:
— Хм? Что это? Их построение очень странное.
Тяньлин-цзы тоже посмотрел на флот Чжао Хая и опешил.
Флот Чжао Хая выглядел необычно: две боевые ладьи — передняя и задняя — выстроились в одну линию. Для тех, кто масштабно использует большие магические инструменты, это была грубейшая ошибка.
Каков сильнейший способ атаки больших магических инструментов? Разумеется, безрассудный таран. Но если два корабля стоят на одной линии, это крайне опасно. При таране передний корабль сталкивается с противником, скорость его падает, он может даже остановиться; а задний корабль, идущий по той же линии, не успевает свернуть и вполне может врезаться в корму переднего. Свои бьют своих, калечат собственные корабли.
Ни один командующий крупными силами больших магических инструментов не совершил бы такой ошибки. Выстраивая корабли, они обязательно располагают их со смещением, чтобы избежать любого трения между ними. А у Чжао Хая сейчас два корабля стояли на одной линии, и не где-то в одном месте, а все корабли построены именно так. Это вызывало недоумение.
И тут они заметили, что корабли Чжао Хая остановились. Люди на них словно что-то делали, но никто не атаковал. Корабли просто стояли на месте, и это ещё больше озадачило и встревожило Тяньлин-цзы.
Время шло. Примерно через час Чжао Хай, который уже полностью рассчитал закономерность атак противника и уловил их ритм, внезапно произнёс:
— Внимание всем! Всем большим магическим инструментам начать накапливать энергию. Считаю до десяти, после десяти — атака. Десять, девять, восемь, семь… три, два, один — атака!
По приказу Чжао Хая все передние корабли союзного флота рванулись вперёд.
Поскольку большие магические инструменты устроены по-разному, одни из них быстрее, другие медленнее; одни обладают большей ударной силой, другие — лучшей защитой. Чжао Хай поставил впереди те, что имели схожую скорость и мощный таран. Остальные корабли могли стать лишь второй головой двухголовой змеи — их задачей было вытягивать обратно те, что ушли в атаку.
А Тяньлин-цзы и остальные в этот момент остолбенели.
Они увидели, что корабли противника внезапно ринулись к ним. Это было совершенно непонятно. Такое поведение выглядело как полёт мотылька на огонь, как верная смерть.
Не успели они опомниться, как корабли Чжао Хая уже вырвались наружу. Взгляды Тяньлин-цзы и остальных были прикованы к ним. Едва увидев направление удара, лицо Тяньлин-цзы переменилось, и он громко крикнул:
— Плохо!
Он ясно увидел: туда, куда устремились Чжао Хай и его люди, как раз отходила группа кораблей, только что атаковавшая барьер. А Чжао Хай нанёс удар именно по ним. Один отступает, другой наступает — потери, разумеется, у отступающего.
Едва Тяньлин-цзы выкрикнул это, как корабли Чжао Хая уже вырвались из-за барьера и на глазах у всех врезались в отходящие корабли Союза шести миров.
Бум!
Почти одновременно раздался грохот: корабли обеих сторон столкнулись. Одни отступали, другие неслись на полной скорости. От такого удара наступательный порыв Чжао Хая разом угас, а противника отбросило далеко назад. Носовая часть их кораблей была почти полностью разрушена.
Тяньлин-цзы тут же опомнился и громко произнёс:
— Остановите их! Не дайте им вернуться!
Тотчас нашлись культиваторы, которые передали его приказ. Но приказы у Тяньлин-цзы и остальных передавались только сигнальными флагами или гонцами. Скорость такой связи была куда ниже.
А в это время Тяньлин-цзы и остальные увидели, что корабли Чжао Хая стремительно отступают. Скорость отступления ничуть не уступала скорости наступления.
Тяньлин-цзы ошеломлённо смотрел на Чжао Хая и его людей, уже скрывшихся за барьером, и лицо его стало пепельно-серым.
Теперь он понял, зачем Чжао Хай выстроил корабли в такой странный порядок и почему они так быстро отступили.
Цзя Даои ещё не совсем сообразил и пробормотал:
— Что происходит? Почему они так быстро отступили? Это неправильно.
Тяньлин-цзы холодно фыркнул:
— Не отступают они быстро — это они наступают быстро. Они поставили два корабля на одну линию и соединили их. Как только передний ударил и замедлился, задний тут же начал тянуть его назад. Потому они и смогли так быстро вернуться за барьер. Хорошо рассчитано, поистине хорошо.
А в это время ритм атак Союза шести миров из-за удара Чжао Хая уже сбился. Последовательность нарушилась, атака смешалась и на какое-то время даже вовсе прекратилась.
Увидев это, лицо Тяньлин-цзы потемнело.
Прежде он думал, что Чжао Хай просто хочет атаковать их корабли. Теперь же он понял: цель Чжао Хая — не корабли, а их ритм атаки. Теперь ритм сбит, и заставить эти тысячи кораблей снова войти в нужный темп будет не так-то просто.
Тяньлин-цзы холодно фыркнул и серьёзно произнёс:
— Передать приказ: всем большим магическим инструментам отойти и перестроиться, готовиться к новой атаке. Чжао Хай отреагировал так резко — значит, наши атаки были эффективны. Он боится, что мы так и будем бить, потому и изо всех сил старается сбить наш ритм. Забавно, очень забавно.
Цзя Даои и остальные теперь тоже поняли, в чём дело. Цзя Даои взглянул на скрывшегося на базе Чжао Хая и злобно произнёс:
— Опять он ушёл. У меня предчувствие: если мы продолжим атаковать, барьер, пожалуй, скоро будет пробит. Потому Чжао Хай и придумал эту уловку.
Тяньлин-цзы холодно фыркнул:
— Верно, я думаю так же. Но сейчас главное — найти способ справиться с ними, пробить этот барьер. Вот что важнее всего.
Внезапно заговорил Чёрный Призрак:
— А что, если попробовать яд?
Услышав это, Тяньлин-цзы и остальные опешили, а затем с недоумением посмотрели на него.
Чёрный Призрак взглянул на Тяньлин-цзы и серьёзно произнёс:
— Тяньлин-цзы, я знаю, что в вашей секте Тяньцзи есть иглы духовного уса. Эти иглы очень тонки, но обладают мощной пробивной силой и хорошо прилипают — против барьеров культиваторов они весьма полезны. А у нашей секты Вэйань есть сильнейший яд под названием порошок призрака. Он обладает сильной коррозией и разъедает всё сущее. На барьерах и подобных преградах коррозия действует особенно хорошо. Думаю, пришло время использовать эти две вещи вместе. Возьмите свои иглы духовного уса, смажьте их моим порошком призрака — и посмотрим, удастся ли разъесть их барьер.
Тяньлин-цзы кивнул:
— Одними иглами духовного уса барьер не пробить; одним порошком призрака можно лишь нанести его на поверхность и медленно разъедать изнутри — слишком медленно. Чжао Хай может заметить и придумать контрмеры. Потому для прорыва нужно сочетать иглы духовного уса и порошок призрака. Хорошо, решено. Но на подготовку игл духовного уса нужно время, примерно день.
Чёрный Призрак серьёзно произнёс:
— Порошка призрака тоже немного, на подготовку нужен день. Через день начнём.
Тяньлин-цзы серьёзно произнёс:
— Хорошо, через день начинаем. А этот день пусть все отдохнут. Непрерывные атаки всех утомили. Кстати, господа, подумайте, нет ли в ваших сектах способа пробить этот барьер. Сейчас не время скрывать козыри. Если у кого есть хорошая идея — выкладывайте. Сейчас главное — уничтожить Чжао Хая. Если не сделать этого быстро, наши потери будут ещё больше.
С этими словами он повернулся и велел стоявшему рядом культиватору передать приказ.
По его приказу армия Союза шести миров медленно отступила к своему лагерю и там остановилась.
Чжао Хай стоял на «Владыке Преисподней» и, глядя на отходящего к лагерю Тяньлин-цзы, пробормотал:
— Иглы духовного уса? Порошок призрака? Эти два идиота, что, не знают, что барьер состоит из силы земляного огня? Иглы духовного уса, даже если это сильные магические инструменты, разве они не боятся огня? Порошок призрака, судя по названию, яд иньской природы, а земляной огонь — гроза всего иньского. Пытаться таким ядом одолеть огненный барьер? Ну и глупцы. Впрочем, ладно. Через день им будет не до этих двух снадобий. Хе-хе-хе.
Едва Чжао Хай договорил, как услышал свист рассекаемого воздуха. Он обернулся и увидел командиров других больших магических инструментов. Все они с возбуждёнными лицами летели к «Владыке Преисподней».
(Конец главы)