Цзи Умин стоял на месте, глядя на Чжао Хая, сидевшего внутри великой формации, и лицо его похолодело.
Он не обманул Чжао Хая. Почтенный Тан и вправду не мог прийти на помощь — но не потому, что его кто-то задержал, а потому, что его схватили. Почтенного Тана взяли прежде, чем он успел опомниться.
Как и предполагал Чжао Хай, сейчас они не смели тронуть почтенного Тана. Иначе Помост жизни и смерти обрушил бы на них бешеную месть. Тогда и люди Обители Мрака нашли бы союзников. Если Обитель Мрака и Помост жизни и смерти объединятся, им не устоять.
А люди пяти великих родов и вправду не собирались вмешиваться.
У пяти великих родов с ними было соглашение: во внутренние дела Пустотного мира они не лезут. Цзи Умин как раз этим и воспользовался, лишив пять великих родов возможности вмешаться.
Изначально Цзи Умин всё продумал. В начале пира он отправил людей разобраться с Лаурой и остальными в покоях Чжао Хая. Но, к его удивлению, посланные явились на пустое место. Лауры там не было.
И едва они начали, как «Владыка Преисподней» тотчас отреагировал. Сейчас корабль уже вырвался из окружения. Их большие магические инструменты преследовали его. Но, судя по всему, удержать «Владыку Преисподней» будет трудно.
Раз удержать не удалось, значит, в Обители Мрака уже знают.
Если они не разделаются с Чжао Хаем до подхода войск Обители Мрака, их ждёт бешеная месть.
Теперь Цзи Умин вдруг почувствовал, что сел на тигра и не может с него слезть. Такого поворота он никак не ожидал.
Он хотел быстро покончить с Чжао Хаем с помощью формации. Даже если не выйдет быстро, уничтожить его людей. Тогда весть не дойдёт до Звёздной области Владыки Преисподней, и даже если с Чжао Хаем не справятся сразу, ничего страшного.
Но теперь «Владыка Преисподней» ушёл. А если с Чжао Хаем не разделаться в короткий срок, у них будут большие неприятности.
От этой мысли Цзи Умин стиснул зубы и негромко произнёс:
— Берите таблички формации, входите и убейте его!
Услышав это, Е Пэй и остальные, стоявшие рядом с Цзи Умином, опешили. Затем изменились в лице.
Цзи Умин взглянул на Е Пэя и холодно хмыкнул:
— Если не покончим с Чжао Хаем быстро, нам всем конец! Быстрее, берите таблички, входите и убивайте! Сейчас большая часть его сил уходит на противостояние формации. Мы войдём и прикончим его.
Е Пэй и остальные опешили, но затем в их глазах блеснул холод, и они решительно кивнули.
Достав несколько табличек формации, они раздали их стоявшим рядом. Даже Цзи Умин взял одну.
С табличками они двинулись и ворвались прямо в великую формацию. Войдя, они не оказали на формацию никакого влияния и вскоре приблизились к Чжао Хаю.
А знак «вань» всё ещё накрывал Чжао Хая.
Когда они почти подошли, Чжао Хай внезапно открыл глаза и громко произнёс:
— Дерзкие, как смеете!
Голос его был столь мощен, что все опешили.
Но вскоре Цзи Умин и остальные обнаружили, что Чжао Хай не поднялся, а по-прежнему сидит. Они тотчас успокоились.
Цзи Умин холодно хмыкнул:
— Пустая угроза.
С этими словами он ударил кулаком в лицо Чжао Хая. Остальные тоже применили свои приёмы, атакуя Чжао Хая.
И тут внезапно вокруг Чжао Хая появилось золотое сияние.
Сияние сложилось в огромного Будду. Будда сидел, скрестив ноги, руки складывали печать, вид его был свят и торжественен.
Едва Цзи Умин и остальные приблизились к Будде, как тот внезапно распахнул глаза.
Едва Будда открыл глаза, как всё его существо переменилось.
Если прежде в его торжественности сквозила доброта, то теперь это был Гневный взгляд ваджры.
Будда открыл глаза и произнёс:
— Ом — ма — ни — пад — ме — хум!
С этими словами вокруг Будды появился ещё больший знак «вань». Знак быстро вращался. Все атаки, достигшие знака, в тот же миг исчезли.
Затем знак ярко вспыхнул.
Цзи Умин и остальные почувствовали, как на них обрушилась огромная сила. Их отбросило назад, и они вылетели из великой формации.
Оказавшись снаружи, они ощутили, как кровь вскипает в жилах.
Пока они успокаивали кровь, Будда внутри формации медленно поднялся.
Будда был огромен. Поднявшись, он сорвал крышу с зала.
А вместе с его подъёмом формация Самопожертвования Кровавого Будды на земле ярко вспыхнула. Затем формация медленно завращалась и, казалось, приросла к ногам Будды, приподняв его.
Будда завис в воздухе и вдруг медленно произнёс:
— Цзи Умин, Е Пэй, вы хотите моей смерти? Ха-ха-ха, поистине наивно.
Он помолчал и добавил:
— Вы и вправду думали, что я сдерживаюсь формацией Самопожертвования Кровавого Будды? Должен сказать, вы слишком глупы. Нападать, не узнав силы врага. Я, Чжао Хай, и вправду призрачный культиватор, но вы не знали, что я ещё и буддийский культиватор! Ха-ха-ха, использовать буддийскую формацию против буддийского культиватора? Поистине нелепо.
С этими словами огромный Будда начал медленно уменьшаться. В конце концов он полностью исчез. Остался лишь Чжао Хай, стоявший в воздухе.
А формация Самопожертвования Кровавого Будды тоже уменьшилась, став похожей на огромное блюдо, и парила под ногами Чжао Хая.
Чжао Хай взглянул на Цзи Умина и холодно произнёс:
— Я хотел поглотить силу Будды из формации, а затем разобраться с вами. Но не думал, что вы окажетесь столь нетерпеливы и ворвётесь, чтобы атаковать меня, помешав мне поглотить больше силы Будды.
Он помолчал и холодно добавил:
— Цзи Умин, вы ведь хотели меня убить? Вот я стою здесь. Идите, убивайте.
Цзи Умин с посиневшим лицом смотрел на Чжао Хая.
Он не думал, что сила Чжао Хая окажется настолько велика. И уж тем более не думал, что Чжао Хай окажется буддийским культиватором!
Буддийский культиватор? Призрачный культиватор? Когда это буддийский и призрачный культиватор могли совершенствоваться одновременно? Это поистине невероятно.
Теперь Чжао Хай вырвался на свободу и, судя по всему, уже подчинил формацию Самопожертвования Кровавого Будды. Что им делать?
Чжао Хай взглянул на Цзи Умина и холодно усмехнулся:
— Что? Не нападаете? Если не вы, тогда я.
С этими словами он взмахнул рукой. Вокруг него появилось бесчисленное множество нежити, выстроившейся в боевые порядки.
Нежити было так много, что это превзошло воображение Цзи Умина и остальных.
Чжао Хай взглянул на них и негромко произнёс:
— Вы называли меня демоном? Так сегодня я покажу вам, на что способен этот демон. Убивайте!
По его приказу у нежити вспыхнули красным глаза, и она ринулась на тех людей.
Чжао Хай произнёс:
— Те, кто не участвовал в сегодняшнем деле, отойдите, чтобы не пострадать.
Едва он это сказал, как многие культиваторы тотчас отступили. Среди них были и те, кто не участвовал, и те, кто участвовал, но, видя, что дело плохо, решил сбежать в суматохе.
Чжао Хай не обращал на них внимания.
Он не мог убить всех. Из слов Цзи Умина и остальных он уже понял, кто был зачинщиком. Во главе стояли Цзи Умин и Е Пэй. Чжао Хай собирался уничтожить эти два рода, чтобы утвердить свою власть.
Цзи Умин, отбиваясь от нежити, крикнул Чжао Хаю:
— Чжао Хай, почтенный Тан у нас в руках! Ты что, не дорожишь его жизнью?
Чжао Хай взглянул на Цзи Умина и холодно усмехнулся:
— Угрожаешь мне почтенным Таном? Вы смеете тронуть почтенного Тана? Даже если и смеете, сможете ли? Смотрите, кто это.
С этими словами он поманил рукой. Издалека подъехал экипаж. Вскоре он остановился рядом с Чжао Хаем.
Это был восьмиконный нефритовый экипаж.
Дверь открылась, и из неё медленно вышел человек. Это был почтенный Тан.
Почтенный Тан с посиневшим лицом смотрел на Цзи Умина и холодно произнёс:
— Цзи Умин, не думал, что ты посмеешь поднять руку на меня. Хорошо, хорошо, хорошо. У тебя есть дерзость, и дерзость немалая. Этот счёт я с родом Цзи со временем сведу.
Чжао Хай расхохотался:
— Почтенный Тан, боюсь, у вас не будет такой возможности. Думаешь, разозлив меня, род Цзи уцелеет? Ты слишком низко меня ставишь.
Лицо Цзи Умина стало пепельным.
Он не думал, что его последний козырь не сработает. Но всё же громко произнёс:
— Брат Шангуань, брат Мужун, брат Сыма, брат Чжансунь, брат Дунфан, неужели вы будете смотреть, как этот злодей бесчинствует?
В этот момент Цзи Умину ничего не оставалось, как возложить надежды на пять великих родов. Если те вмешаются, Чжао Хай, опасаясь их силы, возможно, не станет истреблять всех. Иначе им конец.
Тут Шангуань Юнь и остальные взлетели. За ними следовали культиваторы пяти великих родов.
Шангуань Юнь с посиневшим лицом взглянул на Цзи Умина:
— Цзи Умин, что ты только что мне говорил? Это внутреннее дело Пустотного мира, не позволяй пяти великим родам вмешиваться. А теперь зовёшь вмешаться? За кого ты нас принимаешь? За своих телохранителей? Не слишком ли высоко ставишь род Цзи и низко — пять великих родов? Хм, уходим.
С этими словами Шангуань Юнь развернулся и повёл людей рода Шангуань к их большому магическому инструменту. Поднявшись на борт, они тотчас ушли, и вскоре исчезли из виду.
Остальные роды тоже холодно хмыкнули, увели своих людей и ушли.
Увидев это, Цзи Умин пришёл в отчаяние.
Затем он обернулся и с ненавистью взглянул на Чжао Хая:
— Чжао Хай, у тебя ничего не выйдет. Род Цзи развивался в Пустотном мире десятки тысяч лет, пустил глубокие корни. Тебе не уничтожить мой род.
Чжао Хай холодно произнёс:
— Не уничтожить? Род Ту тоже существовал в Пустотном мире десятки тысяч лет, и что? Его уничтожили. В этом деле против меня выступили род Цзи и род Е. Главные ветви обоих родов я уничтожу. Не трать слов. Но некоторые побочные ветви ваших родов я, пожалуй, оставлю.
Услышав это, Цзи Умин пришёл в полное отчаяние.
Он взглянул на Чжао Хая, глаза его едва не лопнули:
— Чжао Хай, я и после смерти не оставлю тебя! Ты умрёшь страшной смертью!
Чжао Хай взглянул на него и пробормотал:
— И после смерти не оставишь? Цзи Умин, ты забыл, чем я занимаюсь? Я призрачный культиватор. Понимаешь? Даже если станешь призраком, то таким же, как они. Думаешь, у тебя есть право снова бросить мне вызов?
С этими словами он указал на нежить, стоявшую вокруг.
Цзи Умин окончательно пал духом.
Глядя на скелетов, он ощутил ужас.
Помолчав, он вдруг стиснул зубы и негромко произнёс:
— Чжао Хай, ты теперь владеешь целой областью, тебе нужны таланты. Если пощадишь меня, я поклянусь внутренним демоном, отрекусь от рода Цзи и буду верно служить тебе без измены.
С этими словами он остановился и уставился на Чжао Хая.
Цзи Умин рисковал. Он ставил на то, что Чжао Хай примет его. Если примет, у него есть шанс выжить. Иначе сегодня он точно погибнет.
Чжао Хай взглянул на него и махнул рукой. Нежить, готовая прикончить Цзи Умина, остановилась.
Он взглянул на Цзи Умина и негромко произнёс:
— Принеси великую клятву внутреннего демона, что вечно будешь верен мне, и я оставлю тебе жизнь. Также я один раз пощажу род Цзи.
Цзи Умин опешил.
Он не думал, что Чжао Хай так легко пощадит род Цзи.
Он изменился в лице и взглянул на Чжао Хая:
— Ты говоришь правду?
Чжао Хай холодно хмыкнул:
— Кто я такой? Я, Чжао Хай, держу слово.
Цзи Умин смотрел на него, затем кивнул и негромко произнёс:
— Хорошо. Я, Цзи Умин, сегодня клянусь внутренним демоном: отрекаюсь от рода Цзи, следую за Чжао Хаем, буду верен ему без измены. Если изменю — пусть демонический огонь сожжёт меня.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Встань рядом со мной.
С этими словами он махнул рукой. Нежить, атаковавшая род Цзи, остановилась и ринулась на род Е и другие семьи.
Е Пэй всё время следил за разговором Чжао Хая и Цзи Умина.
Он не думал, что Цзи Умин вдруг сдастся Чжао Хаю. И, сдавшись, не только спасёт свою жизнь, но и сохранит весь род Цзи. Этого Е Пэй никак не ожидал.
Но поступок Цзи Умина дал подсказку и Е Пэю. Он тотчас громко произнёс:
— Чжао Хай, я тоже готов сдаться тебе, буду верен без измены. Прошу, пощади мою жизнь.
Чжао Хай взглянул на Е Пэя и холодно усмехнулся:
— Нет. Цзи Умина я пощажу, а тебя — нет. Род Е не раз выступал против меня. Думаешь, я, Чжао Хай, монах, что постится и молится? Главная ветвь рода Е должна умереть.
С этими словами он отвернулся от Е Пэя и взглянул на Цзи Умина, стоявшего рядом:
— Цзи Умин, твои способности я знаю. Честно говоря, ты годишься лишь на должность среднего управляющего. Большая власть тебе не по плечу. Пока я не буду тебя продвигать. Побудь пока при мне.
Цзи Умин опустил голову и негромко произнёс:
— Да, повинуюсь приказу владыки Обители.
Чжао Хай с невозмутимым лицом кивнул и негромко произнёс:
— Эти люди заслуживают смерти, но я дарую им жизнь. Большой магический инструмент рода Цзи я забираю.
С этими словами он, не взглянув больше сюда, поднялся на восьмиконный нефритовый экипаж.
(Конец главы)