Чжао Хай взглянул на Жуань Лунсина и слегка улыбнулся:
— Хорошо. Раз ты готов, этого достаточно. Выдержишь один мой удар — оставлю тебе жизнь.
Услышав это, Жуань Лунсин слегка разозлился. Но он решил, что Чжао Хай просто ищет предлог, чтобы его пощадить, потому лишь холодно фыркнул и промолчал.
Чжао Хай взглянул на него, и в его глазах вдруг вспыхнул яркий свет. Затем он заменил клинок рукой и резко нанёс удар. Перед Жуань Лунсином разом появилась ослепительно-белая кровяная энергия. Тот даже не успел среагировать, как увидел, что сабельная ци прошла сквозь него и исчезла в пустоте за его спиной.
Жуань Лунсин посмотрел на Чжао Хая и открыл рот:
— Ты…!
Он успел произнести лишь одно слово, как его тело развалилось надвое. Большая алебарда в его руке тоже переломилась и упала на землю. Он был мёртв, мертвее некуда.
В этот момент Чжао Хай взмахнул рукой, собираясь убрать тело Жуань Лунсина. И вдруг Цзя Даои громко произнёс:
— Действуем! Не дайте ему снова забрать тело старейшины Жуаня!
Стоявшие за ним культиваторы разом опомнились, все достали магические инструменты и ринулись к Чжао Хаю. А некоторые бросились отбивать тело старейшины Жуаня. Чжао Хаю, чтобы отразить удары инструментов, пришлось оставить тело и отступить.
Он взглянул на Цзя Даои:
— Что? Хочешь устроить свалку? Меня этим не испугаешь.
Цзя Даои взглянул на Чжао Хая и холодно усмехнулся:
— Свалку? Ты этого достоин? Чжао Хай, ты просто злой демон — собираешь тела культиваторов и выплавляешь из них призраков. Не боишься, что все культиваторы Поднебесной объединятся против тебя?
Чжао Хай громко рассмеялся:
— Разве в мире культивации мало призрачных культиваторов? Разве я когда-нибудь убивал без причины и выплавлял призраков? Все, кого я убил, — мои враги. Цзя Даои, если бы ты мог меня убить и выплавить из меня призрака, ты бы это сделал? Стал бы ты делать из меня призрака?
Цзя Даои замолчал. На этот вопрос он и вправду не мог ответить.
Чжао Хай взглянул на него и серьёзно произнёс:
— Три тысячи Великих Путей ведут к одному. В конце концов все мы стремимся лишь к Дао долголетия, просто идём разными дорогами. Разве мало людей погибло от твоей руки? То, что ты не превратил их в призраков, объясняется лишь тем, что не умеешь. Не надо этим попрекать — мне уже надоело слушать.
Цзя Даои холодно фыркнул и больше не поднимал эту тему. Он знал, что Чжао Хай прав. Культивация такова: нет чёткого деления на праведное и злое. Если ты практикуешь праведный путь, но используешь его для убийства, это не делает тебя праведным культиватором; если ты практикуешь демоническую технику, но не используешь её для убийств и злодеяний, тебя нельзя назвать злым демоном. В мире культивации это нормально — техники не бывают хорошими или плохими, хорошими или плохими бывают люди.
Цзя Даои серьёзно произнёс:
— Чжао Хай, я сегодня пришёл не слушать твои проповеди. Мы пришли бросить вызов. Слишком много пустых слов.
Хоть они и пришли с вызовом, на сей раз Цзя Даои никого не выставил. Ведь Жуань Лунсин был убит Чжао Хаем одним ударом, и это потрясло их до глубины души. Теперь, пожалуй, мало кто из мастеров ступени Разрыва пустоты осмелился бы выйти на бой.
Мастера ступени Разрыва пустоты обычно дорожат жизнью больше, чем низкоуровневые культиваторы. Ведь они всегда считали, что их жизнь дороже чужой.
Цзя Даои обвёл взглядом мастеров ступени Разрыва пустоты за своей спиной, и все они отвели глаза, избегая его взгляда. Цзя Даои холодно фыркнул, и в душе его благодарность к Жуань Лунсину стала ещё сильнее. Он понимал, что сейчас нельзя давить на этих мастеров. Они уже были напуганы Чжао Хаем до смерти, и сейчас от их десятикратной боевой мощи осталось хорошо если восемь. Заставь их сейчас выйти на бой — и погибни ещё двое, как бы эти мастера ступени Разрыва пустоты не разбежались. А если так, то и приведённая им армия, чего доброго, рассыплется.
От этой мысли Цзя Даои обернулся к Чжао Хаю и холодно произнёс:
— Чжао Хай, на сегодня вызов окончен. Не радуйся. Армия Союза шести миров скоро придёт. И тогда я непременно пробью твой барьер и вырежу вас всех до последнего.
Чжао Хай холодно фыркнул:
— Моя жизнь здесь. Есть силы — забирай.
С этими словами он, не обращая больше внимания на Цзя Даои, увёл мастеров ступени Разрыва пустоты обратно к Вратам Ада, словно вовсе не принимал Цзя Даои всерьёз. Цзя Даои, глядя на это, тоже холодно фыркнул и серьёзно произнёс:
— Уходим.
С этими словами он увёл мастеров ступени Разрыва пустоты.
Ли Цзинь и Ли Мин всё это время ждали известий. Им тоже хотелось узнать, каков результат вызова. Впрочем, оба не стали ждать снаружи, а сидели в большом магическом инструменте секты Баван-цзун.
Ли Мин взглянул на Ли Цзиня:
— Отец, Цзя Даои ушёл так давно, вызов, надо думать, уже начался. Как думаешь, каков будет итог?
Ли Цзинь покачал головой и горько усмехнулся:
— Итог? Боюсь, хорошего не будет. Силы господина Чжао Хая мы не испытали в бою, но не забывай: он заставил Шанчжу склониться перед ним, значит, сила его немала. Даже если сам он не так силён, рядом с ним наверняка есть мастера. Цзя Даои своим вызовом вряд ли добьётся чего-то хорошего.
В этот момент снаружи раздался топот. Затем голос произнёс:
— Глава секты, Цзя Даои прислал человека. Велено идти к нему — Прародитель Жуань попал в беду.
Ли Цзинь опешил, затем лицо его переменилось. Он обернулся к Ли Мину:
— Останься здесь.
С этими словами он стремительно вышел из комнаты. Снаружи стоял культиватор с перекошенным от паники лицом. Ли Цзинь тут же спросил:
— Что случилось?
Тот произнёс:
— Глава Цзя повёл мастеров ступени Разрыва пустоты из разных сект на вызов Чжао Хаю, но потерпел два поражения подряд. В третьем бою вышел старейшина Жуань, и Чжао Хай убил его одним ударом. Глава Цзя прислал за вами, чтобы вы забрали тело Прародителя Жуаня.
У Ли Цзиня в голове загудело, в глазах потемнело, он едва не упал. Но быстро взял себя в руки, встряхнул головой и посмотрел на культиватора:
— Сведения точные?
Тот с печалью произнёс:
— Точные. Люди из секты Цзяин-цзун сами сказали.
Ли Цзинь уже пришёл в себя. Он глубоко вздохнул и серьёзно произнёс:
— Бери людей, идём со мной.
Тот откликнулся, выбрал пятьдесят человек и вместе с Ли Цзинем полетел наружу. Вскоре они добрались до большого магического инструмента Цзя Даои.
Едва они прибыли, как навстречу вышел культиватор Цзяина. Взглянув на Ли Цзиня, он с ехидством произнёс:
— Глава Ли прибыл. Прошу внутрь.
Ли Цзинь уже не было дела до его насмешек. Он быстро пошёл внутрь. Вскоре он оказался внутри корабля. Большой магический инструмент Цзяина тоже был кораблём, и выглядел он внушительно: длиной около десяти тысяч метров, огромный, с десятью ярусами надстроек на палубе. Надстройки с загнутыми карнизами выглядели очень красиво. Ли Цзинь вошёл в первый ярус.
Первый ярус представлял собой огромный зал. Сейчас в зале стояла толпа — Ли Цзинь сразу узнал глав сект и верховных старейшин. Посреди зала лежало тело. Едва увидев его, Ли Цзинь пошатнулся и едва не потерял сознание.
— Глава Ли, это я перед тобой виноват.
Внезапно раздался голос. Ли Цзинь поднял голову и увидел Цзя Даои. Тот с виноватым видом смотрел на Ли Цзиня и серьёзно произнёс:
— На сей раз я необдуманно пошёл на вызов Чжао Хаю, не ожидая, что он подготовится. У него в подчинении оказалось несколько человек, владеющих силой законов, да и сам он постиг частицу силы законов, из-за чего первые два боя были проиграны. Когда я уже не знал, что делать, старейшина Жуань дал мне совет и сказал, что выйдет на бой сам. Если он погибнет, это докажет, что Чжао Хай действительно применил силу законов, и просил меня быть настороже. Затем старейшина Жуань вышел на бой, и Чжао Хай убил его одним ударом — он применил именно силу законов. Я изо всех сил отбил тело старейшины Жуаня, но одолеть Чжао Хая не смог. За смерть старейшины Жуаня виноват я.
Ли Цзинь смотрел на эту показную скорбь и чувствовал тошноту. Но он знал, что сейчас не время ссориться с Цзя Даои. Сейчас он хотел лишь убедиться, правду ли сказал Чжао Хай. Если правду — значит, старейшина Жуань ещё может ожить; если ложь — значит, Чжао Хай их обманул.
Цзя Даои, видя, что Ли Цзинь остолбенело смотрит на тело Жуань Лунсина, решил, что тот ещё не оправился от удара. Он невольно вздохнул:
— Глава Ли, заберите тело старейшины Жуаня и похороните как подобает. Это я перед ним виноват, я возмещу ущерб секте Баван-цзун.
Ли Цзинь наконец пришёл в себя. Он взглянул на Цзя Даои и сложил руки в поклоне:
— Благодарю, глава Цзя. Ли Цзинь откланивается.
Цзя Даои кивнул, махнул рукой, отпуская Ли Цзиня.
Ли Цзинь вызвал двоих, те подняли тело Жуань Лунсина и вынесли наружу. Люди смотрели вслед Ли Цзиню — кто с печалью, кто с сочувствием, кто со злорадством. У людей тысячи лиц, всех не перечесть.
Ли Цзинь с телом Жуань Лунсина вернулся на большой магический инструмент секты Баван-цзун и сразу велел внести тело в свою каюту. Оказавшись там, он отпустил всех. В комнате остались только он и Ли Мин.
Ли Мин взглянул на рассечённого пополам Жуань Лунсина, и у него тоже потемнело в глазах. Такое ранение невозможно исцелить. В словах Чжао Хая он невольно усомнился.
Ли Цзинь взглянул на Ли Мина:
— Мин, достань нефритовый жетон, что дал Чжао Хай. Стоит попробовать — и узнаем, обманул он нас или и вправду хочет сотрудничать.
Ли Мин опешил, затем кивнул. Он достал жетон, который дал ему Чжао Хай — неприметный, ничем не выделяющийся. Ли Мин никак не мог поверить, что такой жетон способен воскрешать мёртвых. Но теперь иного выхода не было.
Ли Мин медленно положил жетон на тело Жуань Лунсина и стал смотреть, что произойдёт.
Вдруг вспыхнул ослепительный белый свет, и глазам Ли Мина и Ли Цзиня стало так больно, будто их пронзили иглой. Оба невольно зажмурились и вскрикнули.
(Конец главы)