Белый свет рассеялся, и на горном пике появилось прекрасное высокое здание.
Маоэрцы всё ещё боялись, но невольно восхитились красотой и величием этого строения.
И тут они увидели, как из высокого здания один за другим выходят каменные люди. Едва взглянув на них, маоэрцы замерли, даже страх позабыли — все с изумлением уставились на них.
Маоэрцы никогда не видели каменных людей, даже не слышали о них. Они не были сильной боевой расой, не воевали за Мир Бога Войны, потому, разумеется, не знали о делах Мира Бога Войны и тем более не слышали о Мире Каменистых Гор. Потому при виде выходящих каменных людей они были поистине ошеломлены.
Тут один каменный человек, казалось, заметил их. И маоэрцы увидели, как отряд каменных людей вдруг взмыл с той горы и в мгновение ока приземлился в долине.
Только теперь маоэрцы опомнились. Они смотрели на каменных людей, напрягшись, и на всех лицах появилось выражение отчаяния.
И тут раздался голос:
— Приветствую вас. Позвольте спросить, вы из народа маоэр?
Маоэрцы обернулись на голос и увидели стоящего там культиватора человеческой расы. На нём была самая обычная чёрная одежда культиватора, лицо тоже обычное, но на нём играла мягкая улыбка, располагающая к себе.
Отец Сюфэя взглянул на Чжао Хая и серьёзно произнёс:
— Верно, мы из народа маоэр. Вы из Мира Бога Войны?
Чжао Хай взглянул на старого маоэрца и слегка улыбнулся:
— Нет, я не из Мира Бога Войны. Что? Судя по вашему виду, у вас вражда с Миром Бога Войны?
Отец Сюфэя взглянул на Чжао Хая и серьёзно произнёс:
— Ты прав, у нас вражда с Миром Бога Войны. А ты кто такой?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Какое совпадение. Я тоже враг Мира Бога Войны, и вражда у нас великая. Я пришёл сюда именно для того, чтобы отомстить людям Мира Бога Войны.
Услышав это, отец Сюфэя опешил. Затем взглянул на Чжао Хая:
— Господин шутит. Если бы у вас и вправду была вражда с Миром Бога Войны, вы бы не пришли сюда, а сразу отправились бы в Мир Бога Войны мстить.
Чжао Хай с улыбкой ответил:
— Я вовсе не шучу. Я прекрасно понимаю свою силу. Сейчас моих сил недостаточно, чтобы идти мстить Миру Бога Войны, потому я и пришёл сюда. Не верю, что в Маоэре нет людей из Мира Бога Войны.
Услышав это, отец Сюфэя опешил, но у Сюфэя и остальных загорелись глаза.
Сюфэй взглянул на каменных людей за спиной Чжао Хая. Он чувствовал исходящую от них чудовищную силу. По его мнению, если Чжао Хай и вправду пришёл разобраться с людьми Мира Бога Войны, то его сил вполне хватит, чтобы справиться с людьми Мира Бога Войны в Маоэре.
Сюфэй счёл это шансом.
Всё равно хуже уже не будет. Чем сидеть и ждать смерти, лучше рискнуть.
От этой мысли Сюфэй тут же шагнул вперёд и, сложив руки в поклоне, произнёс:
— Господин, правду ли вы говорите? Вы и вправду пришли разобраться с людьми Мира Бога Войны?
Отец Сюфэя, услышав, что сын вдруг заговорил, да ещё такое, переменился в лице и серьёзно произнёс:
— Сюфэй, не говори лишнего.
Сюфэй обернулся к отцу и серьёзно произнёс:
— Отец, если бы этот господин был из Мира Бога Войны, разве стал бы он с нами разговаривать? Он бы давно напал. Потому я думаю, он не может быть из Мира Бога Войны.
Отец Сюфэя опешил. Затем перестал говорить, потому что понял: Сюфэй прав. Если бы Чжао Хай был из Мира Бога Войны, он не стал бы тратить слова, а сразу напал бы. Убить их — и никто бы не осудил. Зачем ему лишние уловки?
Чжао Хай взглянул на обоих и слегка улыбнулся:
— Верно, я действительно пришёл разобраться с Миром Бога Войны. Что скажете?
Сюфэй взглянул на Чжао Хая и серьёзно произнёс:
— Позвольте узнать, господин собирается, убив людей Мира Бога Войны в Маоэре, уйти, или остаться здесь надолго?
Услышав этот вопрос, Чжао Хай улыбнулся ещё шире. Он понял, что среди маоэрцев всё же есть умные люди — задали вопрос по существу.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Остаться. Я собираюсь, начав с Маоэра, шаг за шагом освободить все миры, подвластные Миру Бога Войны, а затем разобраться с ним самим.
У Сюфэя загорелись глаза. Но затем он взглянул на Чжао Хая:
— Господин, правду ли вы говорите? Уверены ли вы, что справитесь с Миром Бога Войны?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Уверен или нет — стоит мне начать войну с Миром Бога Войны, и он уже не оставит меня в покое. Тогда мы будем биться насмерть. Так что, уверен я или нет, мы будем сражаться с Миром Бога Войны до конца.
Сюфэй понял, что имеет в виду Чжао Хай.
Он спросил, уверен ли Чжао Хай, чтобы проверить, есть ли у того решимость. И ответ Чжао Хая его вполне удовлетворил.
Сюфэй кивнул и серьёзно произнёс:
— Если господин согласен, то, думаю, мы сможем помочь. Мы все из народа маоэр и хорошо знаем Маоэр. Мы можем провести вас, а также успокоить других маоэрцев. Что скажете?
Чжао Хай взглянул на Сюфэя и слегка улыбнулся:
— Хорошо, тогда побеспокою вас. Если не возражаете, прошу подняться со мной на Башню Тяньцзи.
Сюфэй обернулся к своим соплеменникам, всё ещё объятым страхом, вздохнул и повернулся к Чжао Хаю:
— Тогда побеспокоим вас.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Никакого беспокойства. Вы слишком любезны.
С этими словами он махнул рукой. Башня Тяньцзи спустилась с горного пика и остановилась над Чжао Хаем. От неё спустилась лестница. Она вилась вверх, с перилами, выглядела очень красиво.
Чжао Хай взглянул на Сюфэя и остальных и слегка улыбнулся:
— Прошу.
Он сделал приглашающий жест.
Сюфэй обернулся к отцу. Тот глубоко взглянул на сына, затем ничего не сказал, поднялся и по винтовой лестнице направился к Башне Тяньцзи.
Маоэрцев в долине было всего несколько тысяч. Вскоре все они вошли в Башню Тяньцзи. Когда они поднялись, Чжао Хай с каменными людьми тоже вошёл в Башню. Затем Башня Тяньцзи полетела в горы и вскоре исчезла среди хребтов.
Вернувшись в Башню, Чжао Хай сразу сказал Сюфэю:
— Господин, вижу, вам живётся несладко. Прошу вас, отдохните, переоденьтесь, а потом поговорим.
Он распорядился проводить маоэрцев на отдых, выдал им новую одежду, еду и позволил как следует помыться.
Если бы не увидеть маоэрцев, никогда не подумаешь, что культиваторы могут быть в таком жалком состоянии. Они жили хуже нищих. Одежда изорвана, еды нет, оружия нет, даже помыться не могут.
Казалось бы, культиватору помыться легко — создать водяной шар из духовной энергии и вымыться. Но маоэрцы не смели. Они боялись, что использование духовной энергии привлечёт внимание людей Мира Бога Войны. Потому даже не мылись, живя в горах, словно дикари.
Теперь, попав в Башню Тяньцзи, Чжао Хай дал им отдохнуть и предоставил всё необходимое: принадлежности для мытья, еду, новую одежду.
Когда маоэрцы помылись, переоделись и поели, Чжао Хай пригласил Сюфэя и остальных в гостиную Башни Тяньцзи.
Войдя в гостиную, маоэрцы увидели, что Чжао Хай сидит и пьёт чай. По обе стороны от него стояли два культиватора в железных доспехах. Вид у них был почтительный, но аура исходила столь мощная, что невольно внушала трепет.
Увидев это, Сюфэй внутренне содрогнулся.
Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— Пришли? Прошу, садитесь.
Все поклонились Чжао Хаю, поблагодарили и сели.
На сей раз в гостиную пришло тринадцать маоэрцев. Кроме Сюфэя, его отца и дяди, остальных Чжао Хай не знал и имён их не слышал. Но, очевидно, и властью они не обладали. Среди этих маоэрцев наибольшей властью пользовались отец Сюфэя и его дядя. Сюфэй уступал им.
Впрочем, Чжао Хая это не касалось.
Когда все сели, Чжао Хай заговорил:
— Вы, должно быть, из армии сопротивления Маоэра? Я слышал о вас. Хе-хе, честно говоря, не ожидал, что в Маоэре есть армия сопротивления. Это поистине удивительно.
Отец Сюфэя и дядя промолчали, а Сюфэй взглянул на Чжао Хая и сказал:
— Господин, похоже, хорошо осведомлён о делах Мира Бога Войны, иначе не пришёл бы в Маоэр. Позвольте узнать, из какого вы мира?
Чжао Хай взглянул на Сюфэя и слегка улыбнулся:
— Спрашивать бесполезно, всё равно не узнаете. Я культиватор из Пустотного мира. Маоэр — второй мир под властью Мира Бога Войны, куда я прибыл. Первый — Мир Каменистых Гор. Каменные люди оттуда согласны вместе с нами сражаться против Мира Бога Войны. О, каменные люди — это те самые каменные воины.
Услышав это, Сюфэй опешил. Он и вправду не слышал о Пустотном мире. Не слышал он и о Мире Каменистых Гор.
Но, видя, что Чжао Хай не лжёт, он поверил. Впрочем, не верить было нельзя. У них не было выбора. Они прекрасно понимали: с их силами Чжао Хай уничтожил бы их в мгновение ока. Потому он и не применял к ним никаких уловок. Захотел бы убить — убил бы в любой момент.
(Конец главы)