Цянь Ван взглянул на У Ле и не ожидал, что тот так твёрдо встанет на сторону Чжао Хая. Впрочем, возражать он не стал и лишь серьёзно произнёс:
— Изложи свои доводы.
У Ле взглянул на Цянь Вана и серьёзно произнёс:
— Из-за силы господина Чжао Хая.
Он сделал паузу и обвёл всех взглядом:
— Все говорят о бое господина Чжао Хая с Чжоу Янином. Но об одном вы забыли: Чжоу Янин на Горе Небесного столпа поднял защитный барьер, чтобы сдержать атаку Башни Тяньцзи и выиграть время. По его расчётам, барьер должен был продержаться хотя бы до прихода подкрепления рода Чжоу. То есть не меньше часа с лишним.
Тут У Ле умолк.
— Чжоу Янин был тесно связан с Миром Бога Войны и видел его большие магические инструменты. Ставя защитную формацию, он наверняка рассчитывал её против больших магических инструментов Мира Бога Войны. Его формация должна была выдержать атаку большого магического инструмента Мира Бога Войны как минимум час. А сколько она продержалась против господина Чжао Хая?
Голос У Ле стал тяжёлым:
— Один удар. Башня Тяньцзи одним ударом пробила ту защитную формацию. Нужно ли мне ещё что-то говорить о такой силе?
Услышав это, все опешили, затем по залу прошёл гул.
Как и сказал У Ле, прежде они и вправду не обратили на это внимания. Защитная формация Чжоу Янина пала слишком быстро, так быстро, что они не придали ей значения. Теперь же, после слов У Ле, они осознали весь вес этого.
У Ле снова обвёл всех взглядом и серьёзно произнёс:
— И ещё одно, возможно, вы упустили — полководческий талант господина Чжао Хая. О вторжении Мира Бога Войны в Пустотный мир мы тоже знаем. Прежде у них всё шло гладко, но на сей раз они вернулись с тяжёлым уроном. И командовал всем этим господин Чжао Хай. Уже по этому видно, насколько силён его полководческий дар.
Все кивнули.
Хоть Мир Ста побед и не ладил с Миром Бога Войны, но поскольку их люди служили в его армии, они знали о тамошних событиях. О том, что Мир Бога Войны потерпел тяжёлое поражение в Пустотном мире, они слышали, и именно от тех людей узнали имя Чжао Хая. Потому они знали, что У Ле говорит правду.
У Ле продолжил:
— И ещё — маоэрцы, юйгунцы и каменные люди. Эти три расы — не Мир Бога Войны. У них не было армии. О каменных людях и говорить нечего — они действовали почти по инстинкту. Маоэрцы и юйгунцы всегда были слабы. Но прежде, на Горе Небесного столпа, заметили ли вы, что все три расы вели себя совсем не так, как о них говорят? Они строились в ряды, сражались, как настоящие армии. Разве это не странно? Не Мир Бога Войны их обучал. Мир Бога Войны не стал бы проявлять такую доброту и не дал бы им такого шанса. Значит, все эти перемены — дело рук одного человека: господина Чжао Хая.
У Ле умолк.
— Наш Мир Ста побед по силе отдельных воинов, в общем-то, не уступает Миру Бога Войны. Мы проигрываем ему в двух вещах. Первое — оружие и доспехи. У Мира Бога Войны есть большие магические инструменты, оружие лучше, есть доспехи. Разумеется, тела жителей Мира Ста побед крепки, и без доспехов мы не боимся. Но так или иначе, здесь мы уступаем. Второе — военная подготовка. В бою их боевые построения усиливают их мощь. Особенно в крупных сражениях эти построения наносят нам большой урон. Если господин Чжао Хай смог превратить маоэрцев и юйгунцев в армии, разве не сможет он обучить и нас? Если у нас будет оружие от господина Чжао Хая и мы освоим боевые построения, разве у нас не станет больше надежды отомстить Миру Бога Войны? Раз так, почему бы нам не слушаться господина Чжао Хая?
Этот вопрос У Ле заставил всех замолчать.
Они и вправду не могли ответить. По словам У Ле, слушаться Чжао Хая — никаких проблем. Но было одно «но»: они хотели сохранить независимость. Они не хотели становиться подчинёнными Чжао Хая. Точнее, они не хотели становиться подчинёнными кого бы то ни было. В этом была стойкость всех жителей Мира Ста побед. Не будь этой стойкости, зачем бы они сотню лет сражались с Миром Бога Войны и заключали соглашение о подчинении без полной сдачи?
У Ле, глядя на их лица, понял, о чём они думают. В душе он холодно усмехнулся, но вслух произнёс:
— Я знаю, что вас тревожит. Вы не хотите, чтобы господин Чжао Хай стал вторым Миром Бога Войны. Верно?
Все промолчали. На лицах некоторых появилось смущение. Это и вправду были их мысли. Но, когда У Ле сказал это прямо, им стало неловко.
У Ле повернулся к Цянь Вану и главам семи родов:
— Господа, сейчас вы вполне можете представлять Мир Ста побед. Господин Чжао Хай помог нам раскрыть род Чжоу, спас нам жизни, дал способ ковки. Для Мира Ста побед это великая милость. Я не говорю, что мы должны вечно слушаться господина Чжао Хая. Вы можете представлять Мир Ста побед и договориться с ним: во время этой кампании мы признаём его вождём и слушаемся его приказов. Но после мы хотим независимости. Думаю, господин согласится.
Цянь Ван кивнул. Он взглянул на остальных:
— Что скажете?
Все кивнули. По их мнению, это был лучший выход: сохранить независимость после и выложиться в войне с Миром Бога Войны.
Цянь Ван, видя согласие, кивнул:
— Хорошо, решено. Об этом с господином Чжао Хаем поговорим мы, семь родов. Кстати, У Ле, пойдёшь с нами. Ты первым связался с господином Чжао Хаем, возможно, твоё слово будет весомым.
У Ле серьёзно произнёс:
— Нет проблем. Я тоже житель Мира Ста побед и должен внести свой вклад. Вождь Цянь, думаю, нам лучше поскорее увидеться с господином Чжао Хаем. Если придём слишком поздно, могут возникнуть недоразумения. Вы и сами говорили, что господин Чжао Хай не обязательно нуждается в нас.
Цянь Ван опешил, затем кивнул:
— Да, надо увидеться поскорее. Господин столько для нас сделал, и если он что-то заподозрит, будет плохо.
А Чжао Хай в это время сидел в комнате Башни Тяньцзи.
Перед ним была проекция, на которой как раз шло собрание Цянь Вана и остальных. Увидев, что они договорились, Чжао Хай слегка улыбнулся и пробормотал:
— Хотят независимости? Хе-хе, какие проблемы. Лишь бы потом не лезли ко мне.
Чжао Хай повидал слишком много неблагодарности, потому и остерегался жителей Мира Ста побед. Теперь, убедившись, что они не питают к нему зла, а лишь хотят независимости, он окончательно успокоился.
Вскоре Цянь Ван и остальные прибыли на Башню Тяньцзи.
Чжао Хай пригласил их в комнату, усадил. Кто-то подал чай. Чжао Хай взглянул на них и слегка улыбнулся:
— О деле рода Чжоу я уже знаю. Теперь вы можете связаться с внешним миром. Но предупреждаю: я позволил вам связаться, однако если кто-то попытается выдать тайну Мира Ста побед, и я об этом узнаю, не ждите пощады.
Цянь Ван и остальные опешили, но тут же кивнули. Цянь Ван произнёс:
— Если кто-то сейчас выдаст тайну, он предатель. С предателями церемониться нечего.
Чжао Хай кивнул и с улыбкой посмотрел на них:
— Вы пришли, чтобы договориться о совместном походе против Мира Бога Войны?
Цянь Ван и остальные смутились, не зная, как начать.
У Ле, видя их замешательство, мысленно фыркнул и сложил руки в поклоне:
— Господин, позвольте мне сказать. В этой кампании против Мира Бога Войны мы выступаем вместе с вами. Во время действий мы признаем вас вождём и будем слушаться ваших приказов. Но после разгрома Мира Бога Войны мы, Мир Ста побед, хотим сохранить независимость. Мы можем преподнести вам дары, но не так, как Миру Бога Войны — без ежегодной дани и принудительной службы. Просим вас согласиться.
Чжао Хай сделал вид, что опешил, и взглянул на Цянь Вана:
— Какие тут проблемы? Я хочу уничтожить Мир Бога Войны, а не унаследовать всё его. Вы, конечно, будете независимы. Не только вы — маоэрцы и юйгунцы тоже сохраняют независимость. Я не принуждаю их ни к чему. Даже в этой войне мы действуем совместно. Все трофеи делятся: сколько вложил — столько и получил. Я не забираю всё себе. Хе-хе, думаю, вы меня неправильно поняли.
Цянь Ван и остальные опешили.
Цянь Ван с недоумением посмотрел на Чжао Хая:
— Господин, ваши слова ставят меня в тупик. Если вы не хотите получить от нас выгоду, то зачем помогаете нам?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Я вам ничем и не помог. С Чжоу Янином я разобрался, чтобы вы помогли мне с Миром Бога Войны. А способ ковки — не такой уж секрет. Если Мир Бога Войны падёт, вы свяжетесь с другими мирами и легко его достанете. Это несложно.
(Конец главы)