Башня Тяньцзи продолжала погружаться в глубины земли.
Огненный канал вокруг становился всё шире, отблески пламени ложились на лица людей, то вспыхивая, то угасая, и даже в глубине зрачков трепетал яростный свет. Чжао Хай и остальные смотрели на бушующее в канале пламя, и в их глазах читался не страх, а почти жадное восхищение.
Чжао Хай пробормотал:
— Как вы думаете, если я выпущу немного Люиня и с помощью этого огня откую большой магический инструмент, насколько мощным он получится?
Лаура посмотрела на него с осторожностью:
— Брат Хай, если так сделать, металла уйдёт, боюсь, огромное количество. К тому же неизвестно ещё, сможет ли этот заново откованный металл так же идеально соединиться с красным кристаллом.
Чжао Хай кивнул и серьёзно произнёс:
— Ты права. Управляющий, этот новый металл сможет соединиться с красным кристаллом?
Управляющий тут же ответил:
— Вполне, молодой хозяин, не извольте беспокоиться. Этот металл сохранил все свойства прежнего металла и отлично соединяется с красным кристаллом. Более того, после соединения с красным кристаллом мощь станет ещё больше, ведь прочность металла возросла. К тому же, если молодой хозяин пожелает очистить этим огнём обычный металл, это тоже возможно. Например, очистив золото, можно получить чистое золото. Чистое золото безусловно превосходит большинство металлов, а мощь его огромна.
Чжао Хай на миг опешил, а затем кивнул:
— В таком случае, этот огонь можно теперь использовать.
Но Управляющий возразил:
— Советую молодому хозяину сперва укротить этот огонь, а уж потом использовать. Сейчас он неуправляем: он не только выжигает примеси из металла, но и уничтожает некоторые его особые свойства. Те металлы, что были там только что, если бы не защита красного кристалла, вероятно, все испарились бы. Даже если не испарились бы, то пришли бы в негодность — были бы переплавлены в отходы.
Только теперь Чжао Хай вспомнил — при очистке металла вовсе не чем сильнее огонь, тем лучше. Иначе металл тоже можно испортить.
Он кивнул:
— Понятно. Выходит, прежде всего нужно взять под контроль тот магический инструмент. Только контролируя его, мы сможем использовать его для кузнечного дела.
Лаура кивнула, и глаза её загорелись:
— Брат Хай, металлической руды у нас хватает. Если и вправду удастся очищать металл этим огнём, последствия будут совсем иными. Мехи, созданные таким образом, станут мощнее. Их боевая сила возрастёт. А маленькие роботы смогут делать ещё больше.
Чжао Хай кивнул:
— Верно. Но прежде всего нам нужно найти тот инструмент и обуздать огонь.
Лаура и остальные кивнули.
Башня Тяньцзи продолжала погружаться.
Чжао Хай подсчитал: они опустились уже почти на десять тысяч метров, а магического инструмента всё не было. Но это лишь яснее показывало, насколько он могуществен — находясь на такой глубине, он выпускал наружу жар, который через огненный канал передавался на огромное расстояние и в конце концов формировал столбы земляного огня в подземном мире. Насколько же велика мощь этого инструмента?
Недаром в своё время люди Мира Истинного Духа с его помощью отбросили внешних демонов. Если действительно извлечь этот большой магический инструмент наружу, то не только внешние демоны — боюсь, все плоскости этого уровня мира сгорят в этом огне.
Башня Тяньцзи опустилась ещё почти на две тысячи метров. Чжао Хай вдруг почувствовал, что жар, идущий снизу, стал ещё яростнее. Он тут же обернулся к Лауре и остальным:
— Возвращайтесь в пространство. Моё тело прошло через изменения, со мной ничего не случится. А вам нельзя. Идите.
Лаура и остальные кивнули и мгновенно скрылись в пространстве. Чжао Хай остался один, управляя Башней Тяньцзи, и медленно продолжил спуск.
Погружаясь, Чжао Хай вдруг ощутил, что скорость Башни Тяньцзи сильно замедлилась. Дело было не в том, что внизу стало слишком жарко, — ему показалось, что изменился сам характер окружающей породы.
Озадаченный, Чжао Хай повёл рукой и забрал кусок породы в пространство. Едва та оказалась внутри, как послышался голос Управляющего:
— Молодой хозяин, это пространственная почва с огненной природой. К тому же она подверглась чудовищному давлению, отчего стала чрезвычайно твёрдой, а затем ещё и очищалась высокоуровневым огнём бесчисленные годы. Эта почва мутировала и превратилась в превосходный материал для кузнечного дела. Кроме того, если разбавить её, в ней можно выращивать растения с огненной природой — эффект будет ещё лучше.
Только теперь Чжао Хай понял, в чём дело. Он кивнул, и Башня Тяньцзи продолжила спуск. Но скорость падала всё сильнее. Спустя какое-то время Чжао Хай почувствовал, что под Башней Тяньцзи образовалась пустота. А затем снизу вверх в Башню ударило невероятно мощное пламя.
Тело Чжао Хая уже превратилось в жёлтый кристалл, так что ему ничего не грозило. Сама Башня Тяньцзи тоже стала краснокристаллической — весь металл был убран в пространство.
Вслед за этим Чжао Хай очутился в огромном мире, состоящем из пламени.
Здесь всё было объято огнём. Защитный барьер Башни Тяньцзи не приносил никакой пользы. Впрочем, внутри башни всё же было безопасно. Стоило закрыть окна и двери, как пламя не могло проникнуть внутрь. Хотя внутри всё равно стояла жара, огонь не касался людей напрямую.
Чжао Хай в полной мере осознал мощь этого пламени. Оно было поистине ужасающим. Он был уверен: если бы красный кристалл не поддерживался собственными законами пространства, он давно был бы переплавлен этим огнём.
Чжао Хай вёл Башню Тяньцзи и неустанно осматривался в этом пламени. Спустя какое-то время он обнаружил, что в самом центре огня всё же нужно двигаться вниз. Не медля больше, он продолжил спуск.
Вскоре Чжао Хай почувствовал, что пламя вокруг становится всё яростнее. А затем он вдруг заметил, что посреди этого огня парит нечто, похожее на сгусток пламени.
Чжао Хай внимательно всмотрелся в этот огненный сгусток. Тот, казалось, тоже ощутил присутствие Чжао Хая, и волны пламени одна за другой устремились к нему. Даже изменённое тело Чжао Хая ощутило нестерпимый, иссушающий жар.
Ещё на изрядном расстоянии от огня Чжао Хай был вынужден остановиться. Жар становился всё сильнее. И в этом пламени была не только высокая температура — в нём таилась сила, не уступающая силе законов. Это было поистине устрашающе. Даже Чжао Хай не мог приблизиться.
Чжао Хай смотрел на огненный сгусток. Он знал: это и есть источник всего пламени, тот самый магический инструмент, о котором говорили люди Мира Истинного Духа.
Но сейчас инструмент был окутан сгустком огня, и разглядеть, что он собой представляет, не было никакой возможности. Чжао Хай не торопился — он внимательно наблюдал за пламенем.
Вскоре на его лице появилось сосредоточенное выражение. Он заметил, что сгусток пламени словно бы нестабилен. Каждый раз, прогорев какое-то время, он начинал колебаться. И эти колебания вызывал не Чжао Хай — их порождало само пламя.
От этой мысли лицо Чжао Хая стало ещё мрачнее. Он прекрасно понимал: если сгусток пламени и вправду нестабилен, то в будущем, случись ему вырваться наружу, это принесёт Миру Истинного Духа перемены, которых никто не ожидает. А перемены эти вполне могут обернуться катастрофой.
Чжао Хай глубоко вздохнул. Раньше он ещё испытывал некоторую вину за то, что забирает этот инструмент, но теперь от этого чувства не осталось и следа. Он ясно понимал: если сгусток пламени действительно вырвется наружу, последствия будут поистине чудовищными.
Но затем Чжао Хай вновь нахмурился. Он понял, что с этим пламенем шутки плохи, но обнаружил и другую проблему — он не мог приблизиться к инструменту.
Если не приблизиться к инструменту, как его забрать? Чжао Хай нахмурился и, глядя на сгусток пламени, принялся размышлять.
Если человеку не подойти, можно попробовать силу мысли. Если сила мысли сможет установить связь с большим магическим инструментом, он сумеет его забрать.
Чжао Хай сел, скрестив ноги, и медленно направил свою силу мысли к сгустку пламени. Но едва сила мысли покинула его тело, как её отбросили потоки силы, исходящие от пламени, — она не смогла приблизиться ни на йоту.
Чжао Хай опешил. Он начал медленно регулировать свою силу мысли, пытаясь понять, можно ли установить связь с той силой.
Но вскоре его постигло разочарование. Дело было не в том, что сила мысли не могла вступить в контакт. Напротив, контакт установился очень быстро. Но у той стороны словно бы не было мыслей — в её сознании было лишь два слова: уничтожение.
Даже установив связь, сила мысли Чжао Хая не принесла никакой пользы.
Чжао Хай медленно открыл глаза и, глядя на сгусток пламени, вновь нахмурился. На этот раз он действительно не знал, что делать. Всегда выручавшая его сила мысли на сей раз оказалась бесполезна. Это было поистине трудноразрешимо. Чжао Хай на время лишился всяких идей.
Спустя какое-то время Чжао Хай вдруг придумал кое-что. Он поднялся, взмахнул рукой, и цепь из красного кристалла устремилась вперёд. Он хотел проверить, можно ли, влив свою духовную энергию в красный кристалл, дотянуться до сгустка пламени.
Но вскоре Чжао Хай обнаружил, что и это бесполезно. Сила, подобная силе законов, исходящая от пламени, сразу выбила духовную энергию из его цепи. Цепь не могла продвинуться ни на волос.
Чжао Хай холодно усмехнулся и метнул вперёд силу закона. Это был закон пронзания. Неужели его сила законов тоже не справится с этим пламенем?
Но Чжао Хая вновь постигло разочарование. Его закон пронзания тоже не сработал. Едва сила закона устремилась вперёд, как её рассеяла та сила в пламени. И эта сила ничуть не уступала силе законов. Чжао Хай заметил также, что каждый раз, когда сгусток пламени становился нестабильным, эта сила усиливалась. От этого ему ещё сильнее захотелось укротить огонь.
Но теперь даже сила законов оказалась бесполезна, и это заставляло Чжао Хая ломать голову. Он ясно видел сгусток пламени, но не мог приблизиться. Это походило на то, как если бы перед тобой лежала золотая гора, но между тобой и ею зияла пропасть — смотреть можно, взять нельзя. Какая мука.
Что же делать Чжао Хаю?
(Конец главы)