Честно говоря, ощущение было отвратительное.
Маленький Хэцао никак не мог к нему привыкнуть. Казалось, будто что-то встало между ним и сосной, мешая им нормально общаться. В душе поднималось раздражение — он ведь должен был справиться, но что-то ему мешало. И мешало то, что он всегда считал никчёмным.
Это как если бы отборное войско шло вперёд, а путь ему преградили несколько разбойников, на которых обычно и внимания не обратили бы. Разве такое стерпишь?
Но он был ещё мал и не умел справляться с такими чувствами.
И тут Хэцао вдруг почувствовал, что трава передаёт ему не только поддержку, но и некую энергию, которой он никогда прежде не ощущал. Энергия постепенно собралась в нём, и его взбудораженные мысли мгновенно улеглись. Одновременно тело ощутило небывалую лёгкость, а дух — небывалую ясность.
Бах!
В голове словно что-то тихо щёлкнуло. И чувство преграды полностью исчезло.
Затем послышался старческий, но добрый голос:
— Глупый мальчишка, чего ты вообще хочешь?
Почему-то, услышав этот голос, Хэцао сразу вспомнил старика Мэня. Голос назвал его глупцом, но в нём не было ни капли укора — скорее так говорят старшие, глядя на шаловливого младшего.
Хэцао сразу понял: это говорит сосна. Он тут же сказал:
— Дедушка Сосна, ты слышишь меня?
Старый голос явно опешил. Прошло немало времени, прежде чем он отозвался:
— Не думал, что ты, малыш, сможешь со мной заговорить. Поистине не думал. Мальчик, как ты это сделал?
Хэцао покачал головой:
— Дедушка Сосна, я и сам не знаю. Я почувствовал, что трава дала мне энергию, и тогда я смог с тобой заговорить.
Едва он договорил, как сосна снова замолчала.
Но тут Хэцао ощутил, что от сосны исходит особая энергия. Очень свежая, и в этой свежести — кипучая жизнь, а в жизни — устремлённая ввысь сила. Энергия была необычайная, совершенно не похожая на энергию травы.
Эта энергия прошла по телу Хэцао круг и собралась в его травяной душе над головой. Но, едва войдя в неё, сразу впиталась, а затем вышла наружу. Выйдя, она тут же покинула тело Хэцао.
Затем послышался голос сосны:
— Вот оно что, неудивительно, неудивительно. Юноша, скажи, зачем ты меня искал?
В голосе сосны Хэцао уловил благоговение. Не зная, не почудилось ли ему, он всё же сказал:
— Дедушка Сосна, моя сестрёнка хочет шишку с твоей ветки. Ты можешь отдать мне ту шишку?
— Э-э!
Старая сосна словно опешила, затем с недоумением произнесла:
— Юноша, ты действительно хочешь только ту шишку?
Хэцао не понял, почему сосна так спрашивает, но кивнул:
— Да, дедушка Сосна, мне нужна только та шишка.
— Хе-хе-хе-хе!
Старая сосна вдруг расхохоталась. Затем Хэцао почувствовал, как с дерева упала шишка. А следом из сосны выделилась энергия и вошла в его тело. Она снова проникла в траву над его головой и исчезла.
Голос старой сосны донёсся:
— Юноша, шишка твоя. Я ещё дарю тебе небольшой подарок, надеюсь, он пригодится. Кто-то идёт, юноша, уходи скорее.
И сосна замолчала.
Услышав это, Хэцао тоже опешил. Затем разжал руку и открыл глаза.
Открыв глаза, он увидел перед собой двух человек — двух женщин. Одна миловидная, одета служанкой; другая обычной внешности, но с аурой, что вызывала невероятную симпатию.
Обеих Хэцао уже видел. Тогда он с Сяо Юй прятался за дверью и смотрел, как Лю Жэньли и остальные окружили этих женщин, словно звёзды луну. Но больше всего Хэцао привлекла не они, а душа-объект над головой той женщины — растительная душа!
Хэцао и сам был обладателем растительной души. Потому, видя такую же у других, он чувствовал родство. Конечно, это было связано и с возрастом, и с условиями жизни.
Он родился в деревне Корней, жил в Луцуйчэне. Оба места небольшие. В деревне Корней не было обладателей растительной души; в Луцуйчэне они хоть и были, но редко показывались на людях. За всю жизнь Хэцао видел их наперечёт.
Потому, увидев Ху Сяньэр, он невольно проникся к ней симпатией. Но тут же замер — наконец осознав своё положение.
Он тайком пробрался в этот двор. А старик Мэнь говорил, чтобы он ни в коем случае не беспокоил гостей.
Что же делать?
Даже если Хэцао был взрослее сверстников, сейчас он растерялся. Он не знал, как поступить.
А Хэцао не знал, что Ху Сяньэр сейчас удивлена ещё больше.
Лю Жэньли и остальные, устроив её, отправились в горы на охоту. Ху Сяньэр была девушкой, потому, естественно, не пошла с ними и осталась отдыхать в комнате.
Честно говоря, она осталась довольна распоряжением старика Мэня. Она была мастером растительной души и любила быть среди растений. Сосновый двор хоть и невелик, но растений в нём много. Это ей нравилось.
И вот, когда Ху Сяньэр гуляла по двору, любуясь цветами и травами, она вдруг ощутила в сосновом лесу знакомую энергию. Энергия была несильной, но привлекла её внимание.
Ху Сяньэр была из семьи Ху. Семья Ху — один из известнейших в Мире Душ родов мастеров растительной души, у них были свои особые методы культивации. И только что она ощутила в лесу колебания природной энергии.
Природная энергия — общее название энергии растений у мастеров растений.
Когда мастер растений достигает успехов в культивации, он может через свою душу-объект общаться с растениями и заимствовать их энергию. А когда растения отдают свою энергию обладателю растительной души, эта энергия называется природной.
Один из важнейших критериев, может ли обладатель растительной души стать мастером растений, — способен ли он ощущать природную энергию и пользоваться ею. Это очень важно.
Многие обладатели растительной души за всю жизнь так и не могут ощутить природную энергию, тем более воспользоваться ею. Чтобы заимствовать природную энергию, нужно получить признание растений. А получить признание растений очень трудно. Растения обычно признают только себе подобных. Чтобы растение признало тебя, нужно убедить его, что ты — одно из них. Это непросто.
Именно это и заинтересовало Ху Сяньэр. Она не понимала, откуда здесь природная энергия? Слишком странно.
Подумав об этом, Ху Сяньэр тут же с служанкой Линъэр направилась в сосновый лес. Ей хотелось увидеть, кто создаёт эту природную энергию, какой мастер растений здесь практикуется.
Но когда Ху Сяньэр и Линъэр вошли в сосновый лес и увидели Хэцао, Ху Сяньэр остолбенела.
Честно говоря, кто бы ни оказался в лесу, она бы не удивилась. Страшный человек, старик с белой бородой, красивый юноша — кто угодно. Но, увидев Хэцао, она замерла.
Ху Сяньэр была гением молодого поколения семьи Ху. Хоть её душа-объект — всего лишь нарцисс, в культивации она была истинным гением. Начала практику в десять лет, в двенадцать уже ощутила природную энергию и стала настоящим мастером растений. Кто посмеет сказать, что она не гений? Тогда в мире вообще нет гениев.
У таких больших родов, как Ху, есть своя история. В ней записан самый одарённый мастер растений — предок семьи Ху. Он начал практику в восемь лет, в десять ощутил природную энергию и стал мастером растений. То был абсолютный гений. Именно под его руководством семья Ху стала великим родом Мира Душ. Нынешние правила и методы культивации семьи Ху оставлены тем предком. Прошло столько лет, а семья Ху всё ещё ими пользуется. Видно, насколько совершенны его труды.
Но когда Ху Сяньэр увидела Хэцао, она остолбенела.
Тогда Хэцао стоял с закрытыми глазами и общался с сосной. Хоть на его лице и читалась взрослость, Ху Сяньэр сразу поняла: ему никак не больше десяти, лет семь-восемь.
Ребёнок семи-восьми лет уже овладел природной энергией?
Удар был слишком силён. Ху Сяньэр не могла с этим смириться.
Когда Хэцао открыл глаза, Ху Сяньэр опешила. Она заметила в его взгляде растерянность. Затем обратила внимание на его одежду. Хэцао был в грубой ткани, хоть и чистой, но явно недорогой. Это позволило ей примерно догадаться о его происхождении.
Видя его замешательство, Ху Сяньэр сразу улыбнулась и тихо сказала:
— Малыш, здравствуй. Ты из рода Лю? Почему ты здесь?
Хэцао, увидев её улыбку и не почувствовав угрозы, ответил:
— Здравствуйте, сестра. Меня зовут Тянь Хэцао. Я не из рода Лю, я приехал навестить дедушку Мэня.
(Конец главы)