Цзи Умин с лёгким удивлением взглянул на Чжэ Жухая, не понимая, почему тот вдруг заговорил об этом. Но всё же ответил:
— В этот раз из Кровавой области девяти бездн вышло триста двадцать пять миллионов шестьсот тридцать семь тысяч триста пятнадцать человек. Кроме ста пятнадцати миллионов двухсот тридцати одной тысячи тридцати восьми, которые сдались, все остальные были казнены молодым хозяином. А те, кто сдался, теперь полностью покорились ему и принесли великую клятву внутреннего демона.
Чжэ Жухай, услышав это, и на его лице промелькнуло волнение, которое тут же исчезло. Затем он глубоко вздохнул и, глядя на Цзи Умина, произнёс:
— Не стану скрывать, господин Цзи. Сегодня господин Чжао Хай приходил, чтобы предложить роду Чжэ стать его вассальным родом. Но старик всё ещё колеблется. Господин Чжао Хай оказал роду Чжэ великую милость, и по справедливости мы должны отплатить ему. Но вы и сами знаете, господин Цзи, что род Чжэ, как ни крути, — семья культиваторов. Если мы действительно станем вассальным родом господина, наша сила, возможно, уже никогда не возрастёт. Это не только не пойдёт на пользу роду Чжэ, но и не принесёт никакой пользы господину Чжао Хаю. Сегодня я пригласил вас, господин Цзи, чтобы задать один вопрос: с тех пор как вы последовали за господином Чжао Хаем, возросла ли ваша культивация?
Только теперь Цзи Умин понял, зачем Чжэ Жухай пригласил его. Честно говоря, он ничуть не рассердился. Напротив, услышав это, он громко рассмеялся:
— Вот, значит, зачем вождь Чжэ позвал меня. Не думал, что мы в будущем станем своими. Что же до вашего вопроса, вождь Чжэ, то я могу ответить прямо сейчас: моя культивация не только возросла, но возросла значительно. Более того, даже сила законов, которой я владею, была освоена мной лишь после того, как я последовал за молодым хозяином.
Чжэ Жухай опешил, затем посмотрел на Цзи Умина:
— Позвольте узнать, господин Цзи, каким способом вы подняли свою силу?
Цзи Умин, глядя на Чжэ Жухая, громко рассмеялся:
— Я так и знал, что вождь Чжэ задаст этот вопрос. На самом деле всё очень просто: я поднял свою силу и постиг закон потому, что использовал искусство «сердце демона как божество». Думаю, вождь Чжэ с ним знаком.
Разумеется, Чжэ Жухай был с ним знаком. В мире культивации это было самое обычное искусство, его знали почти все культиваторы. Но применяли его немногие. Ведь для «сердца демона как божества» нужно стать чьим-то слугой и почитать этого человека как божество.
Чжэ Жухай смотрел на Цзи Умина и действительно не ожидал, что тот использовал такой метод. Это было поразительно. Он сказал:
— Но, господин Цзи, если однажды сила господина Чжао Хая перестанет расти, то ваша сила…
Цзи Умин слегка улыбнулся:
— Думаю, этот день не наступит. Вождь Чжэ, вы можете не поверить моим словам, но я всё же скажу: когда я применял искусство «сердце демона как божество», культивация молодого хозяина была ниже моей. Но после того как я его применил, моя сила возросла. Тогда молодой хозяин был ещё на ступени Сгущения духа, а я уже достиг ступени Разрыва пустоты. И даже тогда моя сила продолжала расти. А сейчас я смею утверждать: если Чжао Хай сразится с кем-то равным мне по силе, убить противника для него — дело одного взмаха руки. Сила Чжао Хая куда сложнее, чем кажется на первый взгляд.
Чжэ Жухай опешил, но затем кивнул. И посмотрел на Цзи Умина:
— Последний вопрос, господин Цзи. Людей в роду Чжэ немало. Есть ли у молодого хозяина место, где нас можно разместить? Это сжатое пространство неплохо, но оно не может служить постоянным пристанищем.
Цзи Умин махнул рукой:
— Об этом вождь Чжэ может не беспокоиться. Как только вы станете подчинёнными молодого хозяина, обещаю, вы не пожалеете. Ресурсы для культивации, которые получит ваш род, далеко превзойдут ваши ожидания. Что же до места для жизни, хе-хе, оно будет не меньше Мира Чжэ, а то и больше.
Чжэ Жухай, услышав это, с облегчением выдохнул. Он поднялся и поклонился Цзи Умину:
— Благодарю вас, господин Цзи, за разъяснения. Прошу передать господину Чжао Хаю: род Чжэ желает стать его вассальным родом.
Цзи Умин громко рассмеялся, поднялся и сказал:
— Хорошо. Вождь Чжэ, обещаю, вы не пожалеете о сегодняшнем решении. Я немедленно сообщу молодому хозяину. И ещё одно, вождь Чжэ, запомните: если вы действительно хотите стать вассальным родом молодого хозяина, не называйте его больше господином Чжао Хаем или господином. Зовите только молодым хозяином. Таково правило среди подчинённых молодого хозяина.
С этими словами Цзи Умин повернулся и ушёл.
Глядя, как Цзи Умин удаляется, Чжэ Жухай обернулся к остальным:
— Что ж, раз решение принято, отныне род Чжэ — подчинённые господина Чжао Хая. Запомните: все меняют обращение на «молодой хозяин». Я, Чжэ Жухай, тоже рискну: если господин Чжао Хай честен, род Чжэ пойдёт за ним в огонь и в воду, не поморщившись. Если же он нас обманет — запомните: даже если из рода Чжэ останется последний, он восстанет.
Все люди рода Чжэ громко отозвались. Род Чжэ отличался от других семей — это была военная семья. Все её члены с самого рождения были воинами и оставались ими до смерти. Женщины тоже были воинами. Потому они всегда действовали прямо.
Чжэ Жухай обвёл всех взглядом и кивнул:
— Хорошо, готовьтесь встречать господина Чжао Хая. Думаю, он скоро придёт. После его ухода передайте наше решение всем.
Все люди рода Чжэ отозвались.
Чжэ Жухай больше ничего не сказал. Он надел свои доспехи, взял алебарду и, ведя за собой людей, вышел за ворота пещерной обители. Там они молча встали и принялись ждать.
Едва они вышли, как появился Чжао Хай с Лаурой и остальными. Увидев, как стоят Чжэ Жухай и его люди, Чжао Хай не стал важничать и вместе с Лаурой и остальными спустился с неба к Чжэ Жухаю.
Увидев Чжао Хая, Чжэ Жухай сразу опустился на одно колено, увлекая за собой род Чжэ. Он громко произнёс:
— Я, Чжэ Жухай, тысяча пятнадцатый глава рода Чжэ, от имени всего рода приношу присягу верности господину Чжао Хаю. Вовеки веков, не предам. Если нарушу эту клятву, да покарает меня небесная кара.
С этими словами он обеими руками протянул свою алебарду Чжао Хаю.
Чжао Хай принял алебарду и произнёс с серьёзностью:
— Я, Чжао Хай, принимаю вашу присягу и обещаю оберегать род Чжэ из поколения в поколение. Если нарушу эту клятву, да покарает меня небесная кара. Эту алебарду я жалую роду Чжэ, тебе. Пусть она служит тебе для истребления всех моих врагов.
С этими словами Чжао Хай вернул алебарду Чжэ Жухаю. Он поступил так потому, что таков был военный обычай: когда армия сдаётся, полководец обычно преподносит своё оружие. При обычной сдаче оружие становится трофеем победителя. Но род Чжэ покорялся Чжао Хаю не на обычных условиях, поэтому Чжао Хай вернул алебарду, выказывая доверие.
Чжэ Жухай принял алебарду из рук Чжао Хая и поклонился:
— Благодарю молодого хозяина за дарованную алебарду.
Чжао Хай протянул руку и поднял Чжэ Жухая, затем слегка улыбнулся:
— Дядюшка Чжэ, позвольте мне так вас называть. Теперь мы свои. Позади меня — мои жёны, думаю, вы с ними уже знакомы. Надеюсь, дядюшка Чжэ будет уважать их так же, как и меня.
Чжэ Жухай произнёс с серьёзностью:
— Да. Молодой хозяин, не беспокойтесь. Мы будем уважать госпож так же, как и вас.
Чжао Хай кивнул, обвёл взглядом окрестности и произнёс:
— Здесь роду Чжэ больше не место. Сообщите своим людям, что я скоро перенесу вас в новое место. Пусть приготовятся и не тревожатся.
Чжэ Жухай отозвался и велел Чжэ Чуну и остальным передать приказ. Род Чжэ и вправду был военной семьёй: всё передавалось в форме военных приказов. Вскоре весь род пришёл в движение. В мгновение ока все собрали вещи — эффективнее, чем иная армия.
Когда все были готовы, Чжао Хай взмахнул рукой. Чжэ Жухай и остальные почувствовали, как окружающие картины вдруг стали призрачными, словно медленно растворяясь. Затем начали появляться новые. Наконец, когда они смогли ясно разглядеть всё вокруг, то обнаружили, что пейзаж полностью изменился.
Это был огромный, необъятный мир, конца и края которому не было видно. Главное же — духовная энергия здесь была необычайно густой. В этом мире росли всевозможные, самые причудливые растения, которых они прежде даже не видывали.
— И-го-го! — раздалось ржание, когда Чжэ Жухай оглядывал окрестности. Затем с края неба хлынуло чёрное облако. Вскоре оно приблизилось к ним. Чжэ Жухай разглядел, что это те самые магические кони, на которых они сражались. Честно говоря, эти кони были невероятно сильны. Когда род Чжэ садился на них, их сила возрастала по меньшей мере вдвое. Правда, при входе в сжатое пространство всех коней забрал Чжао Хай. Теперь они появились здесь — для рода Чжэ это была нежданная радость.
Кони подбежали к своим прежним всадникам и принялись ласково тереться о них. Это ещё больше обрадовало род Чжэ.
Чжао Хай, глядя на Чжэ Жухая, слегка улыбнулся:
— Дядюшка Чжэ, отныне эти магические кони — ваши ездовые звери. Когда не ездите на них, можете отпускать их свободно гулять, не нужно о них заботиться. Когда захотите оседлать — просто позовите, они в этом пространстве. И ещё: все растения здесь не простые. Позвольте представить: это рисовый бамбук, это хлебное дерево…
Ведя Чжэ Жухая вперёд, Чжао Хай объяснял ему назначение растений. И только выслушав объяснения, Чжэ Жухай по-настоящему понял: в этом пространстве нет ничего простого. У каждого растения своё предназначение. Главное же — живя здесь, почти ничего не нужно делать, а еда и всё необходимое всегда в достатке. Это было поистине удивительно.
(Конец главы)