Перед воротами Внутреннего замка Чжао Хай остолбенел.
Ворота Внутреннего замка были куда менее внушительными, чем у Внешнего. Маленькие — высотой не больше пяти метров, шириной не больше трёх; даже одной повозке проехать было затруднительно. К тому же здесь не было никакой стражи, и ворота стояли открытыми, словно войти мог кто угодно.
Но Чжао Хай заметил: те, кто жил во Внешнем замке, даже близко не подходили к этим воротам. Казалось, некая незримая сила отделяла их от этих ворот.
Стоявшая рядом Ху Сяньэр, увидев его взгляд, слегка улыбнулась:
— Что, удивлён? На самом деле ничего странного. В училище есть правило: если чей-то слуга или охранник самовольно войдёт во Внутренний замок, ученик понесёт суровое наказание. А если слуги трижды самовольно проникнут во Внутренний замок, ученика отчислят.
Чжао Хай кивнул. Но с недоумением взглянул на Линъэр, стоявшую рядом с Ху Сяньэр. Линъэр тоже была служанкой, но сейчас стояла подле Ху Сяньэр с видом человека, который собирается войти вместе с ней. Это разожгло любопытство Чжао Хая.
Ху Сяньэр, разумеется, заметила его взгляд и слегка улыбнулась:
— Не смотри так. В училище приезжают сыновья и дочери знатных семей. Многие из них совсем не знают, что такое труд, и жить здесь самостоятельно им очень тяжело. Потому училище разрешает каждому ученику взять во Внутренний замок двух слуг, но с предварительной регистрацией, и менять их нельзя — каждый год регистрация заново. Так что Линъэр может войти со мной.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Тогда войдём.
Ху Сяньэр кивнула и, ведя Чжао Хая, переступила порог, входя во внутренний двор.
Едва они вошли, Чжао Хай опешил.
Пейзаж внутреннего двора совершенно отличался от внешнего. Внешний замок походил на обычный город, там даже шла торговля. А внутренний двор был совсем иным — здесь не было множества построек, скорее это напоминало парк. Аккуратно подстриженные деревья, трава, искусственные горки, мостики, ручьи. Всё выглядело удивительно красиво.
Но, увидев это, Чжао Хай нахмурился, а затем лицо его разгладилось.
По его мнению, подстригали деревца здесь только ради красоты, совершенно не заботясь об их здоровье. С травой — то же самое. Это ему не нравилось. Он был мастером растений. Хотя и он иногда подрезал деревья, но делал это ради их здоровья. Так, как здесь, он бы не поступил.
Ху Сяньэр не обращала внимания на его мысли и просто сказала:
— Учеников во внутреннем дворе не так много. К тому же все они люди непростые, потому главное здесь — удобство. Идём, отметимся.
С этими словами она повела Чжао Хая по дорожке из синего камня вглубь.
Они прошли несколько десятков метров и увидели среди деревьев небольшое здание.
Это было двухэтажное строение из синего кирпича, стоявшее среди зарослей так, что вовсе не казалось чужеродным — словно оно всегда здесь и было.
Ху Сяньэр привела Чжао Хая к этому зданию. Оно было действительно небольшим, всего два этажа, и комнат, похоже, немного. Ху Сяньэр, не задерживаясь, повела его внутрь.
Внутри они увидели большой зал. В зале была стойка. За стойкой сидели несколько молодых девушек. Все они были незаурядны — их души-объекты были либо растительными, либо оружейными; ремесленные и звериные встречались редко. Девушки о чём-то беседовали.
Почувствовав, что кто-то вошёл, они тотчас обернулись. Вскоре они увидели Чжао Хая и Ху Сяньэр — Ху Сяньэр шла впереди, Чжао Хай следовал за ней. Сначала девушки увидели Ху Сяньэр, и на их лицах появилась радость. Затем они увидели Чжао Хая и все изумились.
Глядя на этих юных красавиц, Чжао Хай тоже слегка улыбнулся.
Ху Сяньэр не стала церемониться и, подведя Чжао Хая к стойке, обратилась к девушкам:
— Чем занимаетесь? Быстрее помогите мне и моему брату оформиться, мы вернулись отметиться.
Девушки тотчас пришли в себя. Одна из них, обладательница растительной души, сразу сказала Ху Сяньэр:
— Сестрица Сяньэр, ты вернулась! Я так по тебе скучала! Это и вправду твой брат? Какой же он высокий!
Ху Сяньэр, глядя на неё, слегка улыбнулась:
— Ладно, Сяо Лин, скорее оформи нам документы, сделай брату студенческую карточку. Поговорим, когда вернёмся.
Девушка, услышав это, тотчас отозвалась и принялась оформлять документы Ху Сяньэр.
С Ху Сяньэр всё было просто — она уже была ученицей училища, достаточно было зарегистрироваться и получить студенческую карточку.
А с Чжао Хаем было иначе. Он впервые поступал в училище, и карточку нужно было оформлять заново, что было сложнее — все его данные требовали проверки.
Впрочем, Чжао Хай не спешил и оформлял всё пункт за пунктом.
Когда девушки услышали, что Чжао Хаю всего шестнадцать, они невольно ахнули — никак не ожидали, что он так молод, даже младше некоторых из них.
Эти девушки на самом деле были ученицами училища, обычно уже проучившимися два года и больше. Они работали здесь за плату. Разумеется, семьи у тех, кто здесь подрабатывал, были не из богатых.
Карточка Чжао Хая вскоре была готова. Взяв её, Чжао Хай опешил — он не ожидал, что на карточке будет его портрет, причём выглядел он как рисунок, но сразу можно было узнать, что это он.
Ху Сяньэр взглянула на карточку и негромко сказала:
— Идём, я провожу тебя до твоего жилья. Лин, вы с девушками после смены зайдите ко мне в комнату, мы давно не виделись.
Затем Ху Сяньэр попрощалась с остальными и повела Чжао Хая прочь.
Выйдя из того здания, Чжао Хай понял, насколько велик Внутренний замок. Похоже, он был даже больше Внешнего. Ху Сяньэр по дороге рассказывала ему обо всём: для чего каждое здание, где едят, где тренируются, где проходят занятия, где библиотека. Она объяснила всё чётко.
По пути им встречалось много людей. Все они были учениками училища. Некоторые сами здоровались с Ху Сяньэр, держались приветливо; другие не обращали на неё внимания и даже проявляли лёгкую враждебность. Но Ху Сяньэр не придавала этому значения — тем, кто здоровался, отвечала; тех, кто игнорировал, тоже не замечала.
Но все без исключения проявляли к Чжао Хаю огромное любопытство. Причина была проста — его фигура была слишком необычной. Его просто нельзя было не заметить.
Чжао Хай тоже не придавал этому значения. Но он запомнил всех — и приветливых, и холодных, и враждебных. Он собирался подробно изучить этих людей и определить, кто друг, а кто враг.
Они шли около получаса, пока не подошли к одному небольшому зданию.
Оно стояло на небольшом холме, вокруг росли высокие деревья. И само здание было необычным — не из кирпича и камня, как другие, а целиком деревянное, что выглядело очень своеобразно.
Ху Сяньэр подвела Чжао Хая к этому деревянному домику и сказала:
— Вот здесь ты будешь жить — Сосновое жилище. Второй этаж, комната шестнадцать, должно быть, последняя комната в этом корпусе. В комнате есть всё необходимое. Пойдём посмотрим, если чего-то не хватает, возьмёшь снаружи.
Чжао Хай кивнул и последовал за Ху Сяньэр внутрь.
Войдя, он опешил. Не ожидал, что на первом этаже сразу будет гостиная, причём обставленная очень неплохо — стояли диваны и стулья. В этой гостиной могли разместиться человек двадцать, и никто не чувствовал бы тесноты.
Рядом с гостиной оказалась ещё одна комната. Это была комната для кипятка, где можно было вскипятить воду, но готовить нельзя, потому что в училище есть столовая. Впрочем, в таком училище в столовую ходили немногие.
Едва они вошли, как открылась одна из дверей. Из комнаты вышел мужчина. Увидев Ху Сяньэр, он опешил, затем перевёл взгляд на Чжао Хая, и в его глазах мелькнуло удивление.
Ху Сяньэр, увидев мужчину, улыбнулась:
— Оказывается, старший Ма живёт здесь, это очень хорошо. Мой брат сегодня только поступил в училище, его определили в шестнадцатую комнату. Прошу старшего Ма в будущем позаботиться о нём. Сяньэр благодарит старшего Ма.
Тот, кого Ху Сяньэр назвала старшим Ма, услышав это, тотчас улыбнулся:
— Сестрица Сяньэр слишком любезна. Так это твой брат, он и вправду очень высок. Судя по его виду, ещё неизвестно, кто о ком будет заботиться.
Ху Сяньэр улыбнулась:
— Просто большой увалень. Ему всего шестнадцать, с детства любил драться и хулиганить, дома с ним намучились и отправили сюда. Прошу старшего в будущем помогать ему. Он ещё ничего здесь не знает, если у старшего найдётся время, расскажите ему, чтобы он не нажил врагов.
Чжао Хай, услышав это, понял, что Ху Сяньэр с этим старшим Ма не просто вежлива.
Чжао Хай взглянул на старшего Ма. Тот был невысок, но крепко сложен, с острым взглядом. Его душа-объект тоже была примечательной — волчья дубина.
Старший Ма, услышав слова Ху Сяньэр, улыбнулся:
— Хорошо, раз сестрица Сяньэр так просит, как я могу отказаться. Не волнуйся, я расскажу ему всё, что нужно знать в училище. Вы ведь к нему в комнату? Давайте я провожу вас наверх.
Ху Сяньэр поспешно сказала:
— Не нужно, не утруждайте старшего, мы сами поднимемся. Хэцао, поздоровайся со старшим Ма. Старший Ма в училище известен тем, что любит помогать новичкам, впредь обращайся к нему за советом и не своевольничай, понял?
Чжао Хай отозвался и последовал за Ху Сяньэр наверх.
(Конец главы)