Чжао Хай полагал, что за три дня пути непременно наткнётся на передовые части Государства Души Волка.
Но он ошибся.
Он не только не встретил ни одного человека — ему не попалось даже передовое племя Волка.
Обнаружив это, Чжао Хай невольно опешил, а затем лицо его помрачнело. Он прекрасно понимал: люди Волка не отступают, скорее всего, потому, что в войне с Саблей они получили выгоду. А такая выгода не располагала отпускать добычу из рук.
Это была самая нежелательная весть.
Он невольно прибавил ходу. Прошло ещё три дня, но войско Волка так и не отступило. Теперь Чжао Хай мог утверждать наверняка: люди Волка не ушли — вот только неизвестно почему.
Он прошёл ещё около двух дней и вынужден был сбавить скорость. Потому что небесный сокол обнаружил летающего орла Волка.
От этого открытия Чжао Хай тоже невольно перевёл дух. До Хуанфэнчэна оставалось ещё немало пути. Встретить здесь людей Волка означало одно: Волк ещё не взял Хуанфэнчэн.
А раз они ещё не взяли Хуанфэнчэн — значит, дело поправимо.
Чжао Хай убрал всех зверей и, сидя на Баньчжу, начал объезжать стороной. Он собирался добраться до Хуанфэнчэна: во-первых, передать весть, во-вторых, своими глазами увидеть, что там творится.
После ещё трёх дней пути Чжао Хай наконец обогнул войско Волка и вошёл в горы.
Едва Чжао Хай оказался в горах, как стало ясно: это что дракон, вернувшийся в море, что тигр, ушедший в чащу. Здесь уже никто не мог с ним тягаться. В лесу даже Огненный Феникс в бою с Чжао Хаем потерпела бы поражение.
Из гор Чжао Хай пробрался прямо к крепости Хуанфэн. Вскоре он подошёл совсем близко.
И тут Чжао Хай наконец понял, почему люди Волка не желают отступать.
Теперь вся крепость Хуанфэн была окружена войсками Волка. Стены Хуанфэнчэна тоже изрядно обветшали — казалось, город вот-вот падёт. На стенах повсюду виднелись следы крови. Крепостной ров давно засыпали. Можно сказать, Хуанфэнчэн держался на последнем издыхании. В таком положении разве могли люди Волка бросить город и уйти?
Увидев это, Чжао Хай тоже переменился в лице. Затем нахмурился.
Сейчас весь Хуанфэнчэн был обложен так плотно, что не просочиться. Впрочем, если он хотел попасть в город и передать весть, способ всё же имелся. Стоило ему слиться с железно-нитевой травой, и он легко проник бы в город под землёй.
Но от такой помощи городу было бы немного проку.
Теперь Чжао Хай почти не сомневался: остальные племена Волка вовсе не знают о том, что творится в степи. Племя Золотого Волка наверняка скрыло вести. Иначе люди Волка не сидели бы так спокойно под Хуанфэнчэном. Даже если бы они не отступили, то бросили бы все силы на штурм — не так, как сейчас.
Но как снять осаду с Хуанфэнчэна?
Глядя на войско, обложившее город, Чжао Хай вдруг кое-что придумал. И взгляд его разом исполнился решимости.
Он решил — прорваться сквозь строй!
В одиночку врезаться во вражеский строй — то, чем в древности не раз занимались непревзойдённые воители. И это же сильнее всего подрывало дух врага. Стоит ему прорваться — и боевой дух противника понесёт огромный урон. Но и опасность была велика. Мастеров у Волка здесь наверняка немало. Если они и вправду возьмут Чжао Хая в кольцо, ему несдобровать.
И всё же Чжао Хай решил так поступить. Ведь если он преуспеет, угроза Хуанфэнчэну разрешится сама собой. А если и не преуспеет — сможет уйти невредимым с помощью силы железно-нитевой травы.
Приняв решение, Чжао Хай взялся за расчёт.
Чтобы прорваться сквозь строй, нельзя было медлить. Потому ехать следовало на Баньчжу. Но на этот раз и самого Баньчжу требовалось одеть в доспехи. Иначе конь мог погибнуть.
Кроме того, помимо тан с бычьей головой и каменных молотов, ему нужно было ещё одно оружие. В конце концов Чжао Хай остановил выбор на Юйве.
Об остроте Юйвы Чжао Хай уже знал. Главное же — Юйва, подобно летающему мечу, могла покидать его и нападать на врага. Стоило Чжао Хаю снабжать её духовной энергией, и она могла без конца летать в небе.
Раньше там, где не было растений, Чжао Хай не мог обеспечить Юйву духовной энергией. Но однажды он вдруг нашёл способ. Способ, если разобраться, не стоил и гроша. Ведь этим способом Чжао Хай пользовался когда-то до отвращения — то была магическая формация.
Оказавшись в Мире Душ, Чжао Хай почти позабыл о магических формациях. Ведь здесь он был новорождённым. Этот мир полностью отличался от прочих плоскостей. Он проверил: здесь многие формации попросту не работали, не приносили никакой пользы. Это и было одной из причин, по которым Чжао Хай забыл о формациях.
Но с тех пор как он обнаружил, что Юйву можно использовать как летающий меч, он начал ломать голову над тем, как снабжать её природной энергией. Там, где были растения, всё было просто: он мог заставить их питать Юйву. Но и тут имелась загвоздка — Юйва не могла удаляться от растений слишком далеко. Иначе те не могли бы её питать.
В конце концов, не найдя иного выхода, Чжао Хай вспомнил о магических формациях.
Многие формации здесь не работали. Но Чжао Хай не верил, что все они бесполезны. И после испытаний ему наконец удалось найти одну, которая действовала. И эта формация невероятно его озадачила — то была проклятая формация.
Проклятая формация была из всех его формаций той, которую он изучал меньше всего и знал хуже всех. Она словно бы действовала напрямую на душу человека. Возможно, именно из-за этой особенности проклятая формация и работала здесь.
Впрочем, и здесь она работала иначе. Попав сюда, проклятая формация словно бы претерпела изменение. Страшный эффект проклятия стал совсем слабым, вред людям — весьма ограниченным.
Зато у этой проклятой формации обнаружилось другое применение — она позволяла Чжао Хаю на расстоянии снабжать Юйву природной энергией и одновременно управлять ею в бою. Для Чжао Хая это было невероятно важно.
Вот только этот способ Чжао Хай проверял лишь в своём пространстве души-объекта и ещё не применял в реальности. Ему хотелось узнать, сработает ли он наяву.
От этой мысли Чжао Хай медленно отступил в лес. Затем, движением мысли, рядом с ним появилась Юйва. И тут же она, словно резвая рыбка, заметалась вокруг него, необычайно ловкая.
Чжао Хай взмахнул рукой. Юйва почти молнией возникла в тысяче метров от него. Скорость была невероятная. И Чжао Хай через проклятую формацию передавал Юйве энергию и управлял ею без малейшего усилия.
Увидев это, Чжао Хай наконец успокоился.
С Юйвой вопрос решился, но оставался ещё один — доспехи для Баньчжу.
Прежде, сливаясь с растениями и применяя человеко-растительное слияние, Чжао Хай одевал в доспехи только себя. О коне и речи не было. А теперь вдруг понадобилось одеть коня — и Чжао Хай и вправду чувствовал себя непривычно.
Это тоже требовало проверки.
Чжао Хай выпустил Баньчжу и начал сливаться с железным деревом цю. На нём тут же появился бычий шлем. Но распространить доспехи на Баньчжу оказалось трудновато.
Чжао Хай пробовал несколько раз, но безуспешно. В конце концов пришлось применить один способ: он одновременно связал свою психическую силу с железным деревом цю и с Баньчжу, соединив три потока психической силы в один, — и проверил, сработает ли так.
И у него получилось.
На нём проявились бычьи доспехи, и на Баньчжу тоже появились доспехи. А на месте лба коня возник рог, подобный тан с бычьей головой, — выглядело весьма внушительно.
Хотя такой способ предъявлял высокие требования к психической силе Чжао Хая, его психическая сила была очень велика. Такой расход его ничуть не пугал. Больше того, он обнаружил, что у него остаётся ещё запас.
От этой мысли Чжао Хай тут же попробовал установить связь и с железно-нитевой травой. Её психическая сила тоже легко присоединилась к ним. И тогда, по движению мысли Чжао Хая, вокруг Баньчжу вдруг возник ряд беспрерывно вращающихся железно-нитевых трав.
Эти травы безостановочно кружились вокруг Баньчжу. Всё, что приближалось к нему ближе чем на метр, тут же перерезалось железно-нитевой травой.
Увидев это, Чжао Хай наконец перевёл дух.
Затем он взглянул на Хуанфэнчэн, холодно усмехнулся, развернулся, вошёл в лес, а оттуда выбрался в степь.
После этого он изготовился. На нём были бычьи доспехи, на Баньчжу — бычья броня. Возле Баньчжу, непрерывно вращаясь, появилась железно-нитевая трава. А Юйва не показывалась. Чжао Хай не собирался выставлять её с самого начала — в этом не было нужды.
Когда всё было готово, Чжао Хай взглянул на Хуанфэнчэн, громко крикнул и сжал бока коня. Баньчжу с громким ржанием рванулся вперёд.
Один всадник, один конь — прямо на войско Волка.
Со стороны это выглядело сущим самоубийством. Но Чжао Хай ни мгновения не колебался. Взгляд его был холоден, а высокая фигура в чёрных доспехах походила на демона, выползшего из ада.
Дао Байин стоял на стене Хуанфэнчэна.
От того изящного молодого господина из академии не осталось и следа. Теперь на нём были порядком изодранные доспехи, забрызганные кровью, волосы всклокочены, лицо заросло бородой, а из глаз глядел голодный волк.
Он уже стал настоящим генералом.
Дао Байин и его люди и представить не могли, что нападение Волка окажется таким яростным. С самого начала они лезли на штурм, словно не дорожа жизнью, а вместе с войском шло множество мастеров. В конце концов дяде Дао Байина, Дао Минтану, этому императорскому Богу Войны, пришлось ценой собственной жизни сразить мастеров Волка.
Но со смертью Дао Минтана удар по боевому духу защитников Хуанфэна оказался смертельным.
И когда крепость Хуанфэн уже готова была пасть, поднялся Дао Байин.
Дао Байин и не знал, что способен на такую жестокость. Казнив подряд несколько десятков офицеров, хотевших отступить, он всё же стабилизировал положение.
Именно под его командованием они и сумели сдержать отчаянный натиск Волка.
Но теперь он держался на последнем издыхании.
Городские запасы продовольствия в одном из недавних боёв сгорели от зажигательных стрел Волка. Осталось совсем немного — на несколько дней, не больше.
К тому же в городе было много раненых и воинов, дух падал. Все держались на одном дыхании, ожидая подмоги. Но, к удивлению Дао Байина, подмога всё не приходила.
А Хуанфэнчэн был окружён Волком, и весть не удавалось передать наружу. Похоже, им и вправду оставалось держаться считаные дни.
Дао Байин смотрел на обложившее его войско Волка и невольно вздохнул. Он знал: на этот раз ему, похоже, не избежать гибели.
Он глубоко вздохнул. И почему-то именно сейчас вспомнил о Чжао Хае.
Чжао Хай прежде ушёл в степь с отрядом Сабельной гвардии. Именно из-за того, что они вошли в степь, и раскрылся замысел Волка. Но из-за того же похода он до сих пор не вернулся, и неизвестно, жив ли он. А сам Дао Байин оказался заперт здесь, на волосок от смерти.
Дао Байин и подумать не мог, что, едва обретя единственного в этом мире друга, он придёт с ним к такому финалу. Слишком уж это было драматично.
Пока он об этом думал, вдруг послышались шаги. Кто-то быстро подбежал к Дао Байину.
Дао Байин и без взгляда понял, кто это. Шаги были слишком знакомы — то был Лан Шипин.
Дао Байин негромко произнёс:
— Шипин, не спеши. Дело уже дошло до такого, чему уж тут спешить? Враг снова пошёл на штурм?
В голосе Лан Шипина слышалась радость:
— Ваше высочество, войско Волка у северной стены вдруг пришло в смятение. Кажется, кто-то прорывается сквозь строй.
Дао Байин сейчас стоял на южной стене Хуанфэнчэна. Он хотел увидеть, когда придёт подмога, и никак не ожидал, что у северной стены войско Волка вдруг смешается и кто-то станет пробиваться.
Что это значит?
Дао Байин резко обернулся, взглянул на Лан Шипина и дрогнувшим голосом произнёс:
— Ты правду говоришь? И вправду кто-то прорывается? Сколько их? Разглядел?
Лан Шипин негромко ответил:
— Отвечу вам, ваше высочество: пока неизвестно, сколько их. Я увидел только, что войско Волка вдруг пришло в смятение, и сразу поспешил к вам с вестью.
Дао Байин, не дослушав Лан Шипина, сорвался с места и бросился к северной стене. Он хотел увидеть, кто же это прорывается. В такое время любая мельчайшая перемена могла повлиять на ход боя и подарить им надежду. Потому он непременно должен был взглянуть сам.
Вскоре Дао Байин добрался до северной стены Хуанфэнчэна.
Теперь на северной стене уже стояло множество людей. Все смотрели на войско Волка неподалёку.
И вправду, арьергард войска Волка пришёл в некоторое смятение, и это смятение распространялось в их сторону. Похоже, кто-то и в самом деле прорывался сквозь строй.
Но что было непонятно — смятение в войске Волка было невелико. Очевидно, прорывающихся было немного.
И всё же даже так на стенах Хуанфэнчэна собралось множество зрителей. Всем хотелось узнать, кто же это прорывается. Не подмога ли?
Теперь люди в Хуанфэнчэне ждали подмогу так, что глаза у них покраснели.
(Конец главы)