Когда маленький Хэцао и Ху Синь выбрались из пещеры, в лесу всё ещё царил полумрак. Они ещё некоторое время шарили в темноте, но так и не увидели больше следов железно-нитевой травы. Хоть в душе и оставалось недоумение, они не стали продолжать поиски и просто вылезли наружу.
Честно говоря, пещера хоть и была не маленькой, но внутри стояла такая темнота, что становилось душно. Даже ночь снаружи казалась лучше, чем кромешная тьма, где не видно ни зги. К тому же они уже долго прятались в пещере и хотели глотнуть свежего воздуха. По их прикидкам, люди рода Лю к этому времени уже должны были уйти; если же они всё ещё стерегли лес, это означало бы, что враг заранее знал об их укрытии и ждал, когда они сами попадут в ловушку. Впрочем, такая возможность казалась маловероятной.
Выбравшись, они подняли головы и увидели, что на краю неба занимается бледная полоса — скоро рассвет. Глядя на эту слабую белизну на востоке, Хэцао и Ху Синь не сговариваясь глубоко вздохнули, и у них возникло чувство, будто они заново родились. Ху Синь огляделся: при тусклом свете уже можно было разглядеть очертания леса. Хоть видимость и оставляла желать лучшего, двигаться было можно.
Ху Синь повернулся к Хэцао:
— Хэцао, идём скорее, поищем диких плодов, я умираю с голоду.
Хэцао сначала опешил, но тут же и его собственный живот громко заурчал. Они переглянулись и не удержались от смеха — то была радость выживших.
Голод был нешуточный, и Хэцао сразу повёл Ху Синя к тем диким фруктовым деревьям. Не обращая внимания на кислоту, они срывали плоды и жадно ели. Но после нескольких штук зубы заныли так, что нельзя было больше кусать, а слюна текла ручьём. Только тогда они поняли, что «отбили» зубы. Теперь, даже если бы перед ними оказалось что-то вкусное, они не смогли бы есть.
Ху Синь беспомощно сказал:
— Похоже, надо придумать что-то другое. Хэцао, подожди меня здесь, я схожу посмотрю, не удастся ли подстрелить дичь. Если повезёт, сегодня поедим как следует.
Хэцао, разумеется, не возражал. Ху Синь ушёл.
В таком лесу дичи должно было хватать. Вскоре Ху Синь вернулся с несколькими зайцами. У них не было никаких приправ, но, глядя на жирных зайцев, они невольно представили аромат жареного мяса.
И тут же возникла проблема: чтобы зажарить зайца, нужен огонь. А у них не было ничего, чем можно было бы его добыть. Ху Синь владел природной энергией, но она предназначалась для растений, а не для огня, так что развести костёр оказалось непросто.
Ху Синь огляделся, нахмурился и наконец беспомощно сказал Хэцао:
— Хэцао, давай разделимся и соберём побольше сухих веток и сухой травы. Думаю, этого здесь навалом.
Хэцао кивнул. Они разошлись в разные стороны. В этот лес обычно никто не заходил, так что сушняка было полно. Вскоре они набрали целую кучу.
Сложив хворост, Хэцао с недоумением посмотрел на Ху Синя, не понимая, что тот будет делать. Ху Синь, видя его взгляд, тоже вздохнул, взял охапку сухой травы и принялся изо всех сил тереть её. Вскоре трава стала мягкой. Он отложил её в сторону, взял две сухие ветки, надавил, и одна из них расщепилась на тонкие пластины, словно деревянный меч, а на другой появилась зазубрина. Затем Ху Синь с силой стал тереть ветки друг о друга. Вскоре появился лёгкий дымок. Ху Синь тут же подложил сухую траву, и та сразу вспыхнула.
Хэцао, глядя на его действия, сначала опешил, а потом радостно воскликнул:
— Горит, горит, брат Синь, горит! Не думал, что так можно развести огонь, брат Синь, ты такой умелый!
Ху Синь горько усмехнулся:
— Какой там умелый. Если бы не нужда, я бы ни за что так не делал. У меня с собой было огниво, но, видно, потерял в реке. Этот способ мне показал один старейшина из рода, когда я в очередной раз отправился на испытание и забыл огниво. Хэцао, запомни: впредь, когда пойдёшь на испытание, обязательно бери с собой огниво, так проще развести огонь. Запомнил?
Хэцао кивнул. Ему ещё не доводилось бывать на испытаниях. В прошлые разы, когда он лечил людей, всё было организовано родом и под охраной. А сегодняшний случай оказался полной неожиданностью, род Ху не успел подготовиться, потому они и попали в такое положение. Это сильно встряхнуло Хэцао. Он понял, что сейчас он не в безопасности и что обязательно нужно освоить навыки выживания в дикой природе. Иначе, случись подобное снова, он даже огня не разведёт и не сможет поесть горячего — а это уже серьёзная проблема.
Разведя огонь, Ху Синь разделал зайцев. Хоть он и обработал их просто, оставив только окорока, мяса всё равно было немало. Затем он взял несколько веток, нанизал заячьи ноги и стал жарить над огнём. Пока жарилось, он говорил:
— Сегодня ничего не поделаешь, у нас нет никаких приправ, даже соли, так что придётся есть так. Зато дома наверстаем.
Хэцао улыбнулся:
— И так хорошо, зайчатина ведь очень вкусная.
Ху Синь слегка улыбнулся:
— Вообще-то в дикой природе лучше иметь при себе немного соли. Человек без соли долго не протянет. А нам, мастерам растений, иногда приходится подолгу жить вдали от людей — например, наблюдая за ростом какого-нибудь растения или выполняя другие задания. Такие задания требуют длительного пребывания в дикой природе, так что нужно осваивать навыки выживания. Я слышал, ты хорошо разбираешься в медицине, так что этому тебе учиться не надо. Но когда вернёшься, поищи книги о диких зверях, о ядовитых существах — таких книг в роду немало. А ещё о том, что необходимо знать для выживания: где можно отдохнуть, какие пещеры могут стать укрытием. Это очень важно.
Тут Ху Синь сделал паузу, взглянул на Хэцао и произнёс:
— Хэцао, ты должен знать: мастера растений высокого уровня по силе не уступают обладателям души оружия и звериной души. Но каким бы сильным ни был человек, он не может вечно быть настороже. Иначе он быстро выдохнется. Поэтому каждому нужно безопасное место для отдыха. Особенно в дикой природе — тем более. Так что куда бы ты ни направлялся, если собираешься действовать в тех краях, первым делом найди себе место для отдыха, базу. Тогда ты сможешь долго выживать в дикой природе и не потеряешь боеспособность. Понял?
Хэцао кивнул. Каждое слово Ху Синя он крепко запомнил. Он понимал, что это опыт, а опыт иногда полезнее книжных знаний.
Ху Синь, глядя на то, как внимательно Хэцао слушает, проникся к нему ещё большей симпатией. Он сказал:
— Вообще, даже если бы я сегодня тебе этого не рассказал, ты бы всё равно узнал. Третий дед в своё время странствовал по всему миру, он не позволит тебе всю жизнь просидеть в той долине. К тому же, судя по всему, он обучает тебя очень строго, так что не бойся, что не попадёшь на испытания. Думаю, он передаст тебе всё это.
Услышав о Ху Юане, Хэцао невольно улыбнулся. Он знал, что Ху Юань к нему добр. Хоть учитель и был строг, за эти годы он сделал для Хэцао очень много. Хэцао это знал и был ему благодарен.
Ху Синь, видя улыбку на лице Хэцао, почувствовал и зависть, и радость. Он видел, что у Хэцао и Ху Юаня хорошие отношения, и это радовало.
За это время Ху Синь хорошо узнал Хэцао. Сила Хэцао, по мнению Ху Синя, была ничтожной. Не овладев природной энергией, он не мог быть соперником Ху Синя. Но в критический момент способность Хэцао принимать решения оказалась выше, чем у Ху Синя.
Это звучало смешно. Хэцао был девятилетним ребёнком, а он — двадцатилетним взрослым. И этот взрослый в критической ситуации уступал девятилетнему? В это вряд ли кто поверит, но это было так. Именно поэтому Ху Синь ещё больше ценил Хэцао. Опыт и сила приходят со временем, но умение сохранять хладнокровие в опасности — то, чему многие не научатся за всю жизнь. А Хэцао обладал этим. Честно говоря, если бы такой человек был их врагом, Ху Синь бы очень страдал. Враждовать с таким — неразумно.
К счастью, сейчас Хэцао был человеком рода Ху и, судя по всему, не питал к роду неприязни. Напротив, он был преисполнен благодарности. Это было хорошо.
Ху Синь, размышляя, поглядывал на заячье мясо. Вскоре оно поджарилось. Ху Синь протянул Хэцао заячью ногу:
— Ешь, зубы уже прошли?
Хэцао не стал церемониться, взял ногу и улыбнулся:
— Спасибо, брат Синь, прошли. Давай вместе.
Ху Синь кивнул и тоже взял ногу. Хоть не было никаких приправ, для них, не евши несколько дней, это мясо казалось невероятно вкусным. Они жадно съели по одной ноге, но не насытились, взяли ещё по одной — только тогда почувствовали сытость.
Но тут возникла новая проблема — захотелось пить. С самого начала побега они ни разу нормально не напились. В конце концов им пришлось съесть по одному кислому плоду, чтобы утолить жажду.
(Конец главы)