Из глубины усадьбы Лю донёсся звук шагов.
Чжао Хай, услышав знакомый ритм, сразу понял — идёт старик Мэнь. Он тотчас поднялся и направился к дверям караульной. Едва подошёл, как увидел быстро приближающегося старика Мэня.
Старик Мэнь, увидев Чжао Хая, тоже изрядно поразился — он никак не ожидал, что телосложение Чжао Хая так изменится.
Он с изумлением смотрел на Чжао Хая, затем внимательно вгляделся в его лицо и лишь тогда уверился: этот могучий мужчина и вправду его приёмный внук Хэцао. Старик Мэнь изумлённо произнёс:
— Баоэр, как ты стал таким?
Чжао Хай, услышав это обращение, невольно горько усмехнулся. Впрочем, он ничего не сказал, лишь негромко произнёс:
— Дедушка Мэнь, это из-за того, что я освоил одну особую технику культивации, вот моё тело так и изменилось. Я как раз участвовал в испытании семьи Ху, только что его завершил и направлялся в семью Ху, а по пути заглянул к тебе.
Старик Мэнь кивнул:
— Хорошо, идём, заходи. Я сообщу господину о твоём приходе. Он наверняка обрадуется, что ты пришёл.
Чжао Хай кивнул и больше ничего не сказал.
Вскоре они добрались до маленького дворика старика Мэня. Там Чжао Хай увидел и Мэнь Цина, который всё время учился у старика Мэня. Теперь Мэнь Цин уже был мелким управляющим в роду Лю, но о старике Мэне заботился и по-прежнему его глубоко уважал. Сегодня он как раз пришёл навестить старика Мэня, но, услышав, что пришёл Чжао Хай, остался.
Мэнь Цин тоже знал прежнего Хэцао. Потому, увидев Чжао Хая, он тоже изрядно поразился. Лишь разглядев его лицо, Мэнь Цин изумлённо воскликнул:
— Ну, Хэцао, ты просто поражаешь! Ты вымахал таким высоким и могучим, это просто пугает. Скажи, чем ты питался? Как ты так вырос?
Чжао Хай громко расхохотался:
— Я ел только хорошее — горные деликатесы да дичь, куда лучше того, что ты ешь. Ха-ха-ха, что, завидуешь?
Мэнь Цин, услышав это, тоже громко рассмеялся. Затем обернулся к старику Мэню:
— Третий дедушка, я распоряжусь, чтобы тебе приготовили что-нибудь вкусное, как думаешь?
Старик Мэнь кивнул:
— Ступай. Только не присылай пока ничего, сначала сообщи главе рода. Глава ещё не знает, что Баоэр пришёл.
Мэнь Цин отозвался и ушёл.
Усадив Чжао Хая, старик Мэнь подробно расспросил, как тот жил эти годы. Чжао Хай коротко рассказал — он лишь упомянул, что ходил на испытание в горы Изумрудной Яшмы и оттуда попал в десять тысяч гор. О конфликте с Государством Души Тигра он не упомянул.
Даже так старик Мэнь изрядно перепугался. Он и не думал, что Чжао Хай окажется настолько смел, что отважится из гор Изумрудной Яшмы пробиться прямо в десять тысяч гор. Ведь сколько людей мечтали об этом и в конце концов погибали. А Чжао Хай преуспел — это поистине поражало.
Впрочем, старик Мэнь был человеком бывалым. Увидев, что Чжао Хай невредим, он больше ничего не сказал, лишь дал ему ещё несколько наставлений.
Тут снаружи вошёл Мэнь Цин и сказал старику Мэню:
— Третий дедушка, глава рода просит Хэцао прийти.
Старик Мэнь поднялся и кивнул:
— Баоэр, идём, я отведу тебя к главе рода. Глава все эти годы очень заботился о деревне Корней и обо мне тоже. Отнесись к главе с уважением.
Чжао Хай кивнул, отозвался и пошёл со стариком Мэнем во внутренний двор.
Едва они подошли к воротам внутреннего двора, как навстречу вышли Лю Юньфэй и Лю Жэньли, отец и сын. Оба, увидев огромного Чжао Хая, остановились, а затем уставились на него с открытыми ртами — вид у них был перепуганный.
Чжао Хай, глядя на них, тоже горько усмехнулся и поклонился:
— Приветствую главу рода Лю, приветствую брата Жэньли.
Лю Юньфэй смотрел на Чжао Хая и лишь через некоторое время пришёл в себя. Он невольно пробормотал:
— Ну и ну, когда мне сказали, я не поверил, но перемены и вправду слишком велики. Скажи, Хэцао, как ты это сделал?
Чжао Хай снова с горькой усмешкой объяснил. Лю Юньфэй и Лю Жэньли больше не стали расспрашивать — ведь дело касалось техники культивации. А техники культивации — сокровенная тайна каждого. Спроси они — это было бы равносильно выведыванию чужих секретов. Так поступать они не могли.
Лю Юньфэй и Лю Жэньли тотчас пригласили Чжао Хая в гостиную. Они проговорили довольно долго. И в разговоре Лю Юньфэй и Лю Жэньли заметили перемену в Чжао Хае — прежний Хэцао хоть и был зрелым и уравновешенным, но в делах всё же проскальзывала детская наивность. А нынешний Чжао Хай был совсем другим. В делах он был безупречен, в речах — тоже. Это дало обоим ясно почувствовать его зрелость.
Лю Юньфэй и Лю Жэньли больше не смели и тени пренебрежения к Чжао Хаю. Теперь они видели в нём молодого господина большого рода.
После разговора и обеда Чжао Хай вернулся со стариком Мэнем в его дворик. По нынешнему положению Чжао Хая род Лю, разумеется, не мог не предложить ему гостевые покои. Но Чжао Хай не стал там останавливаться, а поселился у старика Мэня. Вечером он выпил со стариком пару чарок. Старик Мэнь долго разговаривал с Чжао Хаем, и лишь затем они легли спать.
В последующие дни Чжао Хай оставался в усадьбе Лю, беседовал с Лю Жэньли, проводил время со стариком Мэнем — дни текли легко. Он пробыл там пять дней и лишь затем покинул город Цзюйюнь и направился в семью Ху.
На самом деле от Луцуйчэна до семьи Ху была более короткая дорога. А путь через город Цзюйюнь, а затем в семью Ху — намного длиннее. Но Чжао Хай никуда не спешил, так что лишний крюк был не в тягость — как раз хотелось проведать старика Мэня.
От города Цзюйюнь до дома Лю путь был не слишком далёк. Чжао Хай добрался до семьи Ху меньше чем за месяц.
Подойдя к ботаническому саду семьи Ху, Чжао Хай увидел множество мастеров растений, сновавших туда и обратно.
Если бы Чжао Хай прежде не жил в дикой природе, он счёл бы их вид неплохим. Но после жизни в глуши он решил, что эти мастера растений попросту тратят время.
Те мастера растений, что не хотят в дикую природу, а предпочитают заниматься наукой в ботаническом саду семьи Ху, в будущем наверняка не достигнут многого. Ведь условия существования растений здесь слишком отличаются от дикой природы. Здесь можно наблюдать за ростом растений, но этот рост неполон — в дикой природе случаются всякие бедствия, вредители; а в ботаническом саду семьи Ху ничего этого нет. Даже если появятся вредители, их тотчас вылечат. Данные о растениях, полученные здесь, непременно будут неполными.
Разумеется, помимо ленивых мастеров растений, сюда приходило немало и тех, кто пришёл обменяться знаниями. Такие тоже бродили по саду. Они были куда лучше первых.
Чжао Хай не обращал на них внимания. А те, кто видел Чжао Хая, с изумлением на него смотрели. Особенно разглядев травинку — травяную растительную душу над его головой, они изумлялись ещё больше.
Надо сказать, мастера растений обычно не бывают очень сильными. Разумеется, это не значит, что у них обязательно слабое тело — тело у мастеров растений неплохое, особенно у тех, кто выживает в дикой природе, у них тело очень хорошее.
Но даже самый крепкий мастер растений не мог вырасти до такого, как Чжао Хай. Ведь до такого роста дорастают лишь некоторые особые обладатели души оружия или звериной души. А мастер растений с таким телосложением — это было впервые.
Чжао Хай не обращал на них внимания и направился прямо к Крепости растений семьи Ху.
У ворот Крепости растений его остановили двое. Оба были учениками семьи Ху. Они с изумлением смотрели на Чжао Хая — разумеется, они его не узнали, а поразились его росту. Один из них произнёс:
— Здравствуй, скажи, ты пришёл в семью Ху обменяться знаниями или учиться?
Чжао Хай взглянул на этих двоих из семьи Ху и громко расхохотался:
— Братец Да Лун, братец Эр Лун, это же вы. Что, не узнаёте меня?
Услышав это, оба опешили. Затем они внимательно оглядели Чжао Хая, и на их лицах появилось потрясение. Наконец, взглянув на травинку — травяную растительную душу над его головой, они неуверенно произнесли:
— Ты Хэцао?
Чжао Хай громко расхохотался:
— Вот, наконец-то вы меня узнали. Хорошо, хорошо.
Да Лун и Эр Лун были детьми двух доморощенных слуг семьи Ху. Но у обоих был талант мастера растений, потому они учились вместе с учениками семьи Ху. Они были знакомы с Хэцао — прежде даже вместе участвовали в охране семейного испытания. Но поскольку силы у обоих уступали Хэцао, они не участвовали в испытании совершеннолетия.
Да Лун потрясённо смотрел на Чжао Хая:
— Слушай, Хэцао, как ты это сделал? Как ты вырос таким высоким? Неужели природная энергия даёт способность расти? Не слышал о таком. Эр Лун, ты слышал?
Эр Лун покачал головой:
— Нет. Братец, не говори ерунды. Если бы природная энергия и вправду давала способность расти, у нас в семье Ху были бы сплошь великаны. Но посмотри — кроме него, есть в нашей семье Ху кто-нибудь с таким телосложением?
Да Лун кивнул:
— И то верно. Слушай, Хэцао, признавайся, как ты это сделал? Я, честно говоря, не посмел тебя признать.
Чжао Хай улыбнулся:
— Ничего не поделаешь, освоил одну особую технику культивации, вот и стал таким. Ладно, я только вернулся, надо повидать дедушку, потом ещё поболтаем.
Да Лун отозвался, а затем негромко произнёс:
— Тогда иди скорее. Госпожа Сяньэр вернулась, говорят, сейчас учится у третьего старейшины. Пойдёшь — может, увидишь госпожу Сяньэр.
Чжао Хай, услышав это, тотчас сказал:
— Правда? Это прекрасно. Хорошо, до встречи, я пошёл.
С этими словами он развернулся и широким шагом направился в Крепость растений.
Глядя на огромную фигуру Чжао Хая, Да Лун обернулся к Эр Луну:
— Мне почему-то кажется, что от Хэцао исходит какая-то особая аура, словно он очень силён.
Эр Лун тоже кивнул:
— Я тоже почувствовал. Может, из-за того, что он так внезапно вырос. Ладно, братец, Хэцао сказал, что освоил особую технику, может, это правда? Но есть ли в нашей семье Ху техника, от которой так внезапно растут?
Да Лун покачал головой:
— Вот об этом я и вправду не слышал, и примеров не было. Ладно, неважно, стой на страже.
(Конец главы)