Чжао Хай стоял в комнате Башни Тяньцзи, глядя на «Восемь Пустынь» неподалёку, и глубоко выдохнул.
В этот миг он чувствовал лёгкость, но вместе с тем и пустоту. Сегодня он официально передал власть над Обителью Мрака Бай Хувэю. Иначе говоря, он отпустил Обитель. Это вызвало у него грусть — ведь он создал её своими руками. Но было и облегчение. Все эти годы Обитель Мрака тяготила его. Теперь — нет.
После нескольких вознесений Чжао Хай давно привык к таким расставаниям. Он собирался вознестись, стремился к Великому Пути, а значит, не мог вечно нести на себе Обитель Мрака. Она принадлежала этому уровню мира. Если он будет постоянно о ней печалиться, как же он вознесётся?
Лаура и остальные подошли к Чжао Хаю. Лаура посмотрела на него:
— Что случилось, брат Хай? Жаль расставаться?
Чжао Хай покачал головой и выдохнул:
— Ничего не жаль. Рано или поздно нам придётся уйти. Лучше уж сразу всё им объяснить. Ладно, я собираюсь в Мир Истинного Духа. Сейчас он уже начал контактировать с внешним миром — это хорошо. Но я всё же должен сказать дядюшке Луну и остальным, что забрал треножник Золотого ворона, чтобы они больше на него не рассчитывали.
Лаура кивнула и улыбнулась:
— Хорошо, сейчас и отправимся. Честно говоря, я давно не была в Мире Истинного Духа и хотела бы взглянуть.
Чжао Хай кивнул. Мысленным усилием он заставил Башню Тяньцзи вспыхнуть белым светом, и она исчезла рядом с «Восемью Пустынями».
Все в Обители Мрака, кто это увидел, опешили. Но они уже привыкли к частым отлучкам Чжао Хая и не паниковали, продолжая свои дела.
Однако в последующие дни Обитель Мрака охватило волнение. Бай Хувэй и остальные распространили весть о том, что Чжао Хай собирается вознестись.
Все в Обители Мрака знали: именно Чжао Хай — её основатель. Всем, чего она достигла, она обязана ему. И вот теперь он собирался вознестись и оставить Обитель. Как тут не встревожиться?
Впрочем, волнение быстро улеглось. Обитель Мрака и без того была сильна. Люди просто не привыкли к отсутствию Чжао Хая. Раньше, когда он уходил, все знали: он уехал по делам и вернётся. Потому и не паниковали. Но сейчас речь шла о том, что он уходит навсегда. Это и пугало.
К счастью, Бай Хувэй и остальные приняли меры. К тому же вознесение — дело хорошее, каждый культиватор о нём мечтает. Для Обители Мрака вознесение Чжао Хая — честь. Ведь в Пустотном мире даже среди старых сил не всякий может вознестись. Теперь же это произошло, и для Обители это было славой.
А Чжао Хай выбрал это время для визита в Мир Истинного Духа, чтобы дать Обители время привыкнуть к мысли о его уходе. Он и сам решил пореже возвращаться туда, чтобы люди свыклись с его отсутствием.
Пока Обитель Мрака волновалась, Чжао Хай уже прибыл в Мир Истинного Духа. Он направился прямо в горный город рода Лун и сразу нашёл Лун Динтяня.
В этой войне с внешними демонами именно Лун Динтянь возглавлял отряд Мира Истинного Духа. Чжао Хай по-прежнему заботился о них. Потери среди них были невелики. Главное — они установили связи с другими мирами, особенно с Пустотным. Можно не сомневаться, что скоро Мир Истинного Духа выйдет на тот же уровень.
Сейчас Мир Истинного Духа сильно изменился. Род Лун получил от Чжао Хая немало больших магических инструментов. Многие из них остались в горном городе. Ученики рода Лун привыкли сражаться с их помощью и управлялись с ними довольно ловко.
Но когда Башня Тяньцзи появилась над городом, род Лун пришёл в движение. Все знали, какое положение занимает Чжао Хай, и были ему безмерно благодарны.
Глава рода Лун сам вышел встречать Чжао Хая. Тот немного поговорил с ним и сразу ушёл вместе с Лун Динтянем.
Лун Динтянь по-прежнему жил в том маленьком дворике. Хотя ему предлагали много других мест, он привык к старому и не хотел переезжать.
Когда они уселись во дворике, Лун Динтянь посмотрел на Чжао Хая:
— Сяо Хай, ты не стал бы просто так возвращаться в Мир Истинного Духа. Говори, зачем пришёл?
Чжао Хай взглянул на него и слегка улыбнулся:
— На этот раз есть дело. Дядюшка Лун, я готовлюсь к вознесению. Возможно, через некоторое время я уже смогу вознестись.
Лун Динтянь опешил, затем глубоко выдохнул:
— Я давно знал, что этот день придёт. С твоей силой этот уровень мира тебя не удержит. Так зачем ты вернулся? Есть какое-то дело?
Чжао Хай покачал головой:
— Я вернулся не по делу, а чтобы кое-что сообщить. Дядюшка Лун, раньше ты говорил, что в Мир Истинного Духа упал древний большой магический инструмент, и именно с его помощью вы одолели внешних демонов. Я знаю, что это за инструмент, и уже забрал его.
Лун Динтянь опешил. Его реакция удивила Чжао Хая. Тот ожидал, что старик придёт в ярость. Но Лун Динтянь лишь вздохнул:
— Что ж, хорошо, что забрал. По крайней мере, никто больше не будет о нём думать.
Чжао Хай удивился:
— Дядюшка Лун, что ты имеешь в виду? Кто-то ещё покушался на этот инструмент?
Лун Динтянь вздохнул:
— Да. Ты должен знать: тот инструмент в одиночку не использовать. Чтобы его активировать, нужны усилия многих. Потому главы крупных сект знали о нём. А сила его огромна. Кто им завладеет, тот станет владыкой всего Мира Истинного Духа. Все эти годы многие пытались его заполучить. Помнишь, когда ты был здесь и участвовал в походе в подземный мир? Думаешь, те люди шли туда за призрачными культиваторами? Нет. Они шли за инструментом. Пусть туда отправляли лишь учеников, но по возвращении они должны были докладывать о подземном мире. Так секты собирали сведения. Ученики даже не подозревали, что помогают своим сектам. Теперь ты забрал инструмент — возможно, для Мира Истинного Духа это к лучшему. Вещь исчезла, и никто больше не будет о ней думать. Люди смогут спокойно развивать свои секты и заниматься культивацией.
Чжао Хай был удивлён. Он не ожидал таких скрытых обстоятельств. Но всё же сказал:
— Раз так, дядюшка Лун, сообщи об этом в мире. Скажи, что инструмент забрал я. Если кому-то он нужен, пусть приходят ко мне.
— Ха-ха-ха! Хорошо, так и передам. Хочу посмотреть, хватит ли у них смелости прийти к тебе с требованием. Ха-ха, Сяо Хай, ты сделал большое доброе дело.
Чжао Хай покачал головой и произнёс:
— Дядюшка Лун, скажу честно. Этот инструмент я и сам сейчас не могу использовать. Это не инструмент высшего мира и не древний инструмент, а инструмент мира, стоящего над высшим, отделённого от нашего уровня не одним слоем миров. На него покушаются не только люди нашего уровня, но и высшего мира. Если он останется здесь, для Мира Истинного Духа это не принесёт добра.
Лун Динтянь кивнул:
— Я тебе верю. Я всё улажу. Никто не посмеет прийти к тебе за вещью, если не хочет смерти. Твою силу здесь уже знают, так что не беспокойся.
Чжао Хай кивнул:
— Об Обители Мрака я уже сказал. Пока она существует, Мир Истинного Духа остаётся её союзником. Дядюшка Лун, можешь быть спокоен: с Обителью Мрака вам в Пустотном мире ничто не угрожает.
Лун Динтянь вздохнул:
— Пока не увидишь — не узнаешь. Открыв глаза на этот мир, понимаешь, насколько он огромен и сколько в нём сильных. По сравнению с ними Мир Истинного Духа слишком слаб. Хорошо, что ты есть. Иначе ему пришёл бы конец.
Чжао Хай покачал головой:
— Дядюшка Лун, не говори так. Внешние демоны — угроза не только для Мира Истинного Духа, но и для других миров. Если бы не они, Мир Истинного Духа не закрылся бы на столько лет. Теперь они повержены, и мы можем вздохнуть спокойно.
Лун Динтянь кивнул и серьёзно спросил:
— Ты сказал, что собираешься вознестись. Когда?
— Придётся подождать ещё несколько лет. Линфэн и остальные приглашают меня в свои миры, я хочу съездить, а потом уже займусь вознесением. Я только что вышел из затворничества, это не лучшее время.
— Хорошо, сообщи мне, когда будешь возноситься. Мне в этой жизни уже не вознестись. Хочу посмотреть, как это делаешь ты.
— Обязательно сообщу. Правда, место пока не выбрал. Думаю остановиться на Обители Мрака, но ещё не решил. Как определюсь — скажу.
— Место вознесения очень важно. Говорят, в этот момент нельзя, чтобы тебя беспокоили. Лучше не раскрывать место слишком многим.
— Ха-ха-ха! Я, Чжао Хай, не боюсь, что узнают! Если у них хватит сил, пусть попробуют помешать. Посмотрю, хватит ли у них смелости!
(Конец главы)