Вождь снежных людей стоял под тем деревом и, обернувшись к Чжао Хаю, произнёс:
— Это священное дерево нашего племени. Когда-то наше племя пережило небывалую беду, и лишь благодаря священным плодам с этого дерева род сумел продолжиться. Все эти годы священное дерево каждый год приносило священные плоды, и они были для нас очень важны. Но теперь оно начало сбрасывать листья, а его плоды, не успев созреть, падают на землю. Священное дерево заболело. Но мы, снежные люди, не умеем лечить деревья. Я надеюсь, ты сможешь его вылечить.
Чжао Хай кивнул:
— Я сделаю всё, что смогу. Но, судя по моему опыту, священное дерево, возможно, просто постарело. У растений тоже есть срок жизни. Если причина именно в этом, то мои средства могут и не помочь.
Услышав это, вождь снежных людей опешил, а затем помрачнел:
— Если всё дело в том, что священное дерево постарело, что же нам делать?
Чжао Хай подумал и негромко произнёс:
— Я поговорю со священным деревом. Если я и вправду ничего не смогу сделать, надеюсь, вы дадите мне несколько его семян. Я помогу вам вырастить новое священное дерево.
Вождь снежных людей с облегчением выдохнул. Такое предложение его устраивало. В конце концов, продолжение рода невозможно обеспечить бессмертием — только потомством. Если удастся вырастить новое священное дерево, для них это тоже будет благом.
Чжао Хай протянул руку и легонько коснулся священного дерева:
— Здравствуй, ты меня слышишь?
Чжао Хай заговорил, коснувшись дерева рукой, потому что прежде, когда он общался с вождём снежных людей, священное дерево молчало. Пришлось приложить ладонь к стволу.
Едва его голос донёсся до дерева, как раздался слегка дряхлый голос:
— Юноша, не думал, что ты сможешь со мной говорить. Видно, ты мастер растений? Давным-давно я встречал одного мастера растений, он тоже мог со мной говорить, но не так, как ты. Это снежные люди позвали тебя меня лечить? Не трать сил попусту, я постарело, мой срок пришёл.
Голос священного дерева был слабым, как у тяжелобольного старика.
Чжао Хай негромко произнёс:
— У любого живого существа есть предел жизни. Но есть один способ, позволяющий продлить её. Если в твоём теле скопилось слишком много природной энергии, которую ты не можешь поглотить, мы можем обменяться энергией. Я могу превратить ту энергию, что тебе не по силам, в ту, что ты легко поглотишь. Быть может, это продлит твою жизнь. Согласна?
Священное дерево, услышав это, словно опешило, но затем произнесло:
— Хорошо, давай так и сделаем. Попробуем. Честно говоря, мне и вправду жаль расставаться с этими снежными людьми.
И тут Чжао Хай почувствовал, как в его тело хлынула могучая природная энергия, а затем устремилась в пространство души-объекта.
Эта природная энергия была поистине невероятной. Даже обменявшись энергией с десятью тысячами деревьев, Чжао Хай не получил бы столько. И это было ещё не всё — энергия, словно неисчерпаемая, непрерывно вливалась в его тело.
Это был Чжао Хай. Другой мастер растений, возможно, просто разорвался бы от такого потока.
Лишь спустя больше часа священное дерево перестало передавать энергию. А природной энергии в теле Чжао Хая стало почти вдвое больше, чем прежде.
Это поистине поразило Чжао Хая. Ведь он непрерывно тренировался и обменивался энергией с растениями. Природной энергии в его теле и без того было очень много. И вот она разом увеличилась почти вдвое — это было ошеломляюще.
Одно священное дерево смогло дать Чжао Хаю столько природной энергии. Этого он никак не ожидал.
Впитав энергию, Чжао Хай затем вернул природную энергию священному дереву. Разумеется, та энергия, что он возвращал, была куда легче для поглощения.
Вождь снежных людей всё это время наблюдал за Чжао Хаем.
Едва рука Чжао Хая коснулась священного дерева, как его окутала зелёная энергия. Вождь снежных людей хоть и не понимал, в чём дело, но не смел мешать — боялся, что помешает и повредит священному дереву.
Через час с лишним зелёное сияние вокруг Чжао Хая наконец исчезло. Но Чжао Хай не открыл глаза и не убрал руку.
Это удивило вождя снежных людей ещё больше.
Но вскоре произошло нечто ещё более поразительное: пожелтевшие листья священного дерева опали, а на их месте тотчас выросли новые. Эти листья были тёмными, и сразу было видно, что они полны силы.
Кроме того, плоды на священном дереве за короткое время из зелёных стали жёлтыми и источали тонкий аромат — они явно созрели.
Такие перемены изрядно поразили вождя снежных людей.
Ведь даже при обычном ходе вещей священные плоды созрели бы только через месяц-два. А теперь они созрели. Это поистине изумительно.
Прошло ещё около часа, и Чжао Хай наконец открыл глаза. Обернувшись к вождю снежных людей, он слегка улыбнулся:
— К счастью, всё не так серьёзно. Священное дерево восстановилось.
Вождь снежных людей с волнением смотрел на Чжао Хая. То, что он сделал, превзошло все его ожидания.
И тут одна из ветвей священного дерева вдруг сама обломилась, и на ней было два священных плода.
Чжао Хай, словно заранее знал, что ветвь упадёт, протянул руку и поймал её. Обернувшись к изумлённому вождю, он произнёс:
— Я помог священному дереву восстановиться. Это его дар мне.
Вождь снежных людей кивнул. Он не усомнился в словах Чжао Хая — ветвь обломилась именно в его сторону и упала так близко, что стоило протянуть руку, и он её поймал. Не будь это даром священного дерева, вождь бы не поверил.
Вождь снежных людей прекрасно знал: хоть священное дерево и приносит плоды, прочность его ветвей очень велика. Ветвь толщиной с руку Чжао Хая выдержала бы взрослого снежного человека, качающегося на ней. Такая упругость и прочность — не чета обычным растениям.
Именно поэтому ветвь священного дерева не могла обломиться сама по себе. Потому вождь ничуть не усомнился в словах Чжао Хая.
Вождь снежных людей посмотрел на Чжао Хая и громко расхохотался:
— Человек, благодарю тебя за помощь нашему племени. Ты навсегда друг снежных людей! Друг, идём со мной.
С этими словами он повернулся и повёл Чжао Хая вперёд.
Вскоре они пришли туда, где жили снежные люди. Вождь встал и громко рявкнул несколько раз, и все снежные люди принялись громко кричать. В их криках слышалась радость.
Вождь снежных людей обернулся к Чжао Хаю:
— Идём, садись сюда.
С этими словами он протянул к Чжао Хаю свою огромную ладонь.
Чжао Хай на миг опешил, а затем понял, что тот имеет в виду. Он вскочил на ладонь вождя, и тот посадил его на ветку дерева рядом с собой, почти на уровне своего роста.
Посадив Чжао Хая на ветку, вождь указал на дупло рядом с ним:
— В дупле возле тебя — священное фруктовое вино, что мы, снежные люди, варим сами. Попробуй.
С этими словами вождь протянул Чжао Хаю огромную чашу из скорлупы плода. В руке вождя она казалась маленькой чаркой, а в руке Чжао Хая — огромной чашей.
Впрочем, Чжао Хай не стал церемониться. Взяв огромную чашу, он подошёл к дуплу. Дупло было большим и глубоким. В нём было много золотистой жидкости, источавшей винный аромат.
Чжао Хай зачерпнул полную чашу и одним глотком осушил её.
Вино было не слишком крепким, но вкус у него был отменный. Едва оно коснулось рта, как Чжао Хай почувствовал, что от желудка по всему телу расходится жар. Всё тело словно омылось изнутри, и стало невыразимо хорошо.
Одновременно он ощутил, что силы его словно немного прибавилось. Это его удивило.
А вождь снежных людей, увидев, что Чжао Хай одним глотком осушил большую чашу священного фруктового вина, не только не рассердился, а наоборот, громко расхохотался. Снежные люди любят таких, как Чжао Хай: чем больше он пьёт, тем они радостнее.
Когда жар в теле улёгся, Чжао Хай обернулся к вождю и поблагодарил его. Но вождь махнул рукой:
— Не стоит благодарности. Ты оказал нашему племени такую услугу, что мы просто обязаны тебя отблагодарить. А теперь прими дар нашего племени.
Чжао Хай решил, что священное фруктовое вино и есть дар снежных людей, но ошибся. Это его удивило. Ему захотелось узнать, что же за дар приготовили снежные люди.
Тут Чжао Хай увидел, как вождь подозвал к себе всех снежных людей. Затем он тихо рявкнул на них. Те в ответ тоже рявкнули.
Затем вождь поставил на землю большую деревянную чашу. Он протянул левую руку и правым когтем полоснул по ней — на руке появилась рана. Капля крови упала в чашу.
Затем остальные снежные люди сделали то же самое.
Чжао Хай не понял, что они задумали. Не хотят ли они, чтобы он выпил эту кровь?
Он взглянул на чашу — она уже почти наполнилась кровью. Если снежные люди и вправду предложат ему её выпить, что тогда делать?
При этой мысли у Чжао Хая разболелась голова.
Когда все снежные люди отдали свою кровь, вождь остановился. Затем он достал из дерева рядом маленькую косточку.
На самом деле косточка была не такой уж маленькой — просто в руке вождя казалась крошечной. Форма её была странной: она походила на большой конус — спереди очень острый, а сзади всё толще. Неизвестно, из кости какого существа она была сделана.
Достав кость, вождь обернулся к Чжао Хаю:
— Друг, спускайся под дерево, ложись на землю и прими дружбу нашего племени.
Чжао Хай хоть и не совсем понял, что задумал вождь, но спрыгнул с дерева и лёг на землю.
Вождь взял кость и вылил в неё кровь из деревянной чаши. Середина кости оказалась полой. Чаша крови вошла в неё, казалось, без следа. Видимо, кость вмещала немало.
Теперь Чжао Хай понял, что задумал вождь, — татуировку!
Вождь снежных людей собирался сделать ему татуировку. Чжао Хай невольно горько усмехнулся. Он и не думал, что однажды ему сделают татуировку. Да ещё и снежный человек ростом больше десяти метров.
Честно говоря, у другого не хватило бы смелости. Взглянешь на рост вождя, на огромную костяную иглу — и первая мысль будет: не пригвоздит ли она его к земле насмерть?
Делать такой иглой татуировку — риск огромный.
Но Чжао Хай не отказался.
Прежде он не сталкивался со снежными людьми, но по тому, как они угощали его вином, понял: снежные люди любят прямых. Откажешься от их дара — они решат, что ты их презираешь. Тогда друг может стать врагом.
Не думай, что это невозможно. Такое вполне может случиться.
Чжао Хай верил, что вождь решился на это, будучи уверенным в своих силах. Он оказал снежным людям большую услугу, и вождь не стал бы ему вредить. Потому Чжао Хай спокойно лёг на землю, снял рубаху и обнажил спину.
Вождь снежных людей тихо рявкнул. И Чжао Хай почувствовал, как в спину вонзилась боль — впрочем, не слишком сильная.
Чжао Хай понял: татуировка началась.
Он и вправду не знал, что же ему нарисуют. Снежные люди, строго говоря, тоже звери, вроде обезьян, только их мутировавшая разновидность. Чжао Хай не боялся, что вождь его убьёт, — он боялся, что татуировка окажется плохой.
Но пока вождь раз за разом вонзал костяную иглу в спину Чжао Хая, тот чувствовал, как вместе с иглой в тело входят струйки энергии.
Эта сила, попадая в тело, постепенно сливалась с ним.
Психическая сила Чжао Хая была очень мощной. Он ясно чувствовал, как эта сила идеально сливается с телом. А слившись, тело становилось ещё крепче, мышцы — ещё плотнее, даже защита кожи, казалось, усилилась.
Чжао Хай внимательно ощупал психической силой ту энергию и наконец понял — это была кровь!
Чжао Хай сразу всё понял. Вождь снежных людей через татуировку вливал в него кровь своего племени, чтобы сделать его тело ещё крепче.
Чжао Хай окончательно успокоился. Он лежал неподвижно, позволяя вождю наносить татуировку. Ему покрыли не только спину, но и ноги, руки, грудь.
Кроме лица, всё тело покрылось узорами. Но что именно было нарисовано, Чжао Хай не знал.
(Конец главы)