Это было поистине удивительное место. Словно сама природа провела здесь незримую черту, идеально разделив зелёное и жёлтое. Куда ни глянь — впереди простиралась жёлто-бурая пустошь, а позади оставалась зелёная трава. Честно говоря, такое зрелище даже Чжао Хаю доводилось видеть лишь несколько раз.
В его пространстве редко встречались столь обширные песчаные участки. Ведь пустыня — это запретная зона, почти что зона, запретная для жизни. Потому хоть в пространстве и была пустыня, она существовала лишь по особым причинам и занимала ничтожно мало места.
Именно поэтому Чжао Хай и не видел такого пейзажа чаще. Что уж говорить о командире Фэне и остальных — они и вовсе никогда не бывали в великой пустыне с заданиями. Там сплошь разбойники, и не было задания, ради которого стоило бы туда соваться.
Командир Фэн взглянул вперёд, глубоко вдохнул и произнёс:
— Скоро войдём в пустыню. Будьте предельно осторожны. И ещё: покажите всё, на что способны. Первое, что нам нужно сделать, — найти воду.
Все кивнули.
Командир Фэн обвёл их взглядом и негромко продолжил:
— Мы плохо знаем эти места. Но в таком месте без воды не выжить. Потому мы обязаны найти воду.
Чжао Хай улыбнулся:
— Командир Фэн, не беспокойтесь. Воду я беру на себя. Обещаю: не только мы, но и все лошади будут пить и есть. Не волнуйтесь.
Командир Фэн опешил, затем с недоумением посмотрел на Чжао Хая:
— Хэцао, это вопрос жизни и смерти. Ты не должен говорить такое просто так.
Чжао Хай громко рассмеялся:
— Не волнуйтесь, командир Фэн. Разве я когда-нибудь шутил такими вещами? Вам не о чем беспокоиться.
Командир Фэн кивнул:
— Ладно, верю тебе. Братья, вперёд, идём в разбойники!
С этими словами он громко расхохотался и пришпорил коня. Остальные, смеясь, последовали за ним.
Отряд быстро ворвался в пустыню.
Едва войдя, все тотчас усвоили одну вещь: нужно закрыть рот и нос тканью. Не закроешь — будешь есть песок.
К счастью, ткань для лица у всех была. Они были из Сабельной гвардии. Многие задания гвардии не терпят огласки, потому они всегда носили с собой чёрную ткань для маскировки. Сейчас она как раз пригодилась.
Они вошли в пустыню утром, и вскоре наступило одно из двух самых невыносимых времён — полдень. В это время в пустыне тяжелее всего. Жара такая, что можно заживо изжариться. Положишь на песок клинок — и очень скоро, разбив на нём яйцо, увидишь, как оно сразу схватится.
Все думали, что с их силой переживут этот период. Но, пройдя немного, поняли, что слишком всё упростили. Даже если они выдержат, лошади не выдержат. Нужно найти место для отдыха.
Лю Юаньгун тоже заметил, что лошади замедлили шаг. Многие покрылись потом, тяжело дышали. Он понял, что они долго не протянут, и тотчас сказал командиру Фэну:
— Командир, надо найти место для отдыха. Лошади вот-вот падут.
Командир Фэн кивнул, огляделся и негромко произнёс:
— Но вокруг нет ни клочка тени. Отдых в таком месте вряд ли будет лучше. Хэцао, ты же говорил, что у тебя есть вода? Достань, пусть братья попьют. Слишком жарко, нет сил терпеть.
Чжао Хай громко рассмеялся:
— Командир, тебе просто нужно место для отдыха? Не волнуйся, будет и еда, и питьё.
С этими словами он натянул поводья, спрыгнул с коня, достал из деревянного ящика тканевый мешочек, вынул из него горсть семян, тщательно пересчитал, кивнул и обернулся к командиру Фэну:
— Командир, подожди немного.
И, не обращая внимания на командира, снова вскочил на коня и умчался вдаль. На скаку он разбрасывал семена по земле.
Командир Фэн и остальные не понимали, что он делает и зачем.
Вскоре Чжао Хай отъехал далеко, и семена закончились. Затем он поскакал обратно, на ходу выпуская из рук нити природной энергии. Эти нити входили прямо в только что разбросанные семена.
С каждым вливанием природной энергии семена тотчас прорастали. Затем в кратчайший срок они превращались в огромные деревья. Каждое высотой в десять с лишним, а то и больше двадцати метров, и очень толстые.
Все остолбенело смотрели на Чжао Хая. Особенно четверо мастеров растений — они, конечно, знали, что он использует мутировавшие семена. Но таких мутировавших семян ещё не видели.
Тем временем деревья перестали расти. И тут все заметили, что деревья делятся на два вида. Оба высокие и толстые. Но одни издалека походили на огромный хлеб, листьев на них было немного, зато множество крупных плодов.
Другие, тоже толстые, напоминали огромную бутыль с воткнутыми в неё ветками — выглядело странно.
Едва эти два вида деревьев выросли, как на месте возник лес. Тень под ними могла укрыть всех людей и лошадей.
Чжао Хай подъехал к командиру Фэну и рассмеялся:
— Ну как, командир, неплохо? Вот и место для отдыха.
Командир Фэн громко расхохотался и крепко хлопнул Чжао Хая по плечу:
— Ах ты, молодец! Ха-ха-ха, отличное место для отдыха. Быстро, заводите лошадей под деревья, пусть поедят листвы, и сами перекусим.
Чжао Хай поспешно сказал:
— Погоди, командир, я ещё не договорил. Нельзя давать лошадям есть листья. Видишь? Это баобаб. Плоды на нём — хлебные плоды. Они очень вкусные, и животные, и люди их любят. Можно есть сырыми или печь. Сырые немного суховаты, а если запечь — будут пахнуть хлебом. А вон те — бутылочные деревья. В их стволах полно воды. Одного такого дерева хватит, чтобы напоить всех нас и лошадей. Просто ткни в него ножом или мечом, и из разреза польётся вода. Только не разрушай дерево сильно, делай лишь небольшой надрез. Когда найдём воду, я смогу их мгновенно восстановить. А если сильно повредить — останемся без еды и питья.
Услышав это, у командира Фэна загорелись глаза. Он громко расхохотался и хлопнул Чжао Хая по плечу:
— Ах ты, молодец! Не думал, что у тебя есть такой талант! Все слышали? Быстро за дело: кормите лошадей, сами ешьте эти хлебные плоды. Осторожно с водой. В таком месте вода — на вес золота.
Все дружно отозвались: кто погнал лошадей, кто полез за плодами. Все принялись за дело.
А четверо мастеров растений не двинулись с места, а мигом подскочили к Чжао Хаю и уставились на него с горящими глазами. Взгляд был такой, будто они готовы его съесть. Чжао Хай с изумлением посмотрел на них:
— Вы чего? Не смотрите на меня так, а то как дам.
Только тут те опомнились. Один из них тотчас заговорил:
— Хэцао, брат, ты обязательно должен научить меня этому способу. С этими двумя штуками мы везде будем с едой и питьём. Как удобно в заданиях! Брат, научи!
Глядя на их умоляющие лица, Чжао Хай поспешно сказал:
— А ну брысь отсюда! Лучше времени не теряйте, а нарвите хлебных плодов. В них полно семян, вернётесь — сделаете мутировавшие семена по всем правилам. И где бы вы ни были, у вас будут баобабы. Потратьте больше природной энергии, и они дадут плоды. С бутылочным деревом ещё проще. У него тоже есть семена, делаете так же. Но в свежесделанном бутылочном дереве нет воды. Нужно найти место с водой, чтобы дерево впитало её. Когда оно наберёт достаточно, уберёте его в пространство — и получите передвижной мешок с водой. Понятно?
Едва Чжао Хай договорил, как четверо мастеров растений сорвались с места, словно зайцы, и вмиг исчезли в лесу.
Этот лес был не очень большим — всего сто деревьев. Но каждое дерево огромное, потому и получился целый лес. Люди и лошади могли отдыхать в тени, пить воду и есть хлебные плоды. Ощущение было прекрасным.
А про то, что хлебные плоды можно запечь, никто даже не вспомнил. В такую жару кто в здравом уме станет печь хлеб? Разве что у кого-то в голове завелись жуки.
Глядя на людей и лошадей, без устали пьющих воду, Чжао Хай слегка улыбнулся. Затем он подошёл к баобабу, сорвал один плод для Баньчжу, налил немного воды в скорлупу плода и дал коню. Баньчжу и ел, и пил неторопливо, словно с достоинством. Время от времени он фыркал в сторону других лошадей, которые жадно ели и пили, будто выражая им презрение. Чжао Хай не знал, смеяться ему или плакать.
Он, конечно, знал, что Баньчжу не нуждается в этой еде. Природной энергии, которую он впитывал, вполне хватало. Эти вещи для него не представляли интереса.
Чжао Хай похлопал Баньчжу и отошёл за баобаб. Затем медленно закрыл глаза. Его фигура начала расти, вскоре достигнув четырёх метров в высоту. Нос удлинился, уши увеличились, показались два больших бивня. Чжао Хай тщательно принюхался, затем его тело медленно вернулось к прежнему виду, и все особенности исчезли.
(Конец главы)