Чжао Хай и Ци Мо стояли на большом магическом инструменте. Инструмент был самым обычным — похож на рядовой Зловещий ковчег, без лишних украшений и без единой приметной черты.
Сейчас они находились уже не в Мире Тухуан, а в Мире Бога Войны. Здесь всюду простирались пустыни, и смотреть было решительно не на что. Чжао Хай не повёл Ци Мо в иные места, а направился прямо к Городу Бога Войны.
Город Бога Войны и поныне стоял пустым. Хотя Чжао Хай давно позволил людям из разных миров приезжать сюда для торговли, город оставался на удивление безлюдным. После войны с Миром Бога Войны те миры, что были близки к Чжао Хаю, понесли немалые потери и разъехались зализывать раны; союз Мира Биму не явился, а остальные миры и подавно не смели приехать — они боялись, что это ловушка Чжао Хая, что он воспользуется случаем и разделается с ними.
Зловещий ковчег вскоре показался над Городом Бога Войны. Как столица Мира Бога Войны, он некогда вмещал почти сто миллионов жителей — уже по одному этому можно судить о его размерах. Но теперь в целом Городе Бога Войны не было видно ни единой человеческой тени, словно это был огромный город-призрак.
Ци Мо со сложным чувством оглядел город. По высоким зданиям, широким улицам и упорядоченным общественным постройкам ещё можно было угадать его былое процветание. Но всё это кануло в прошлое, осталась лишь мёртвая тишина.
Зловещий ковчег летел низко, почти скользя над крышами домов, чтобы Ци Мо мог как следует разглядеть город-призрак. Спустя немалое время Чжао Хай заговорил:
— Ну что? Хорошо рассмотрел?
Ци Мо обернулся к Чжао Хаю:
— Сейчас я хочу знать только одно: куда делись люди Мира Бога Войны? Я имею в виду обычных людей.
Чжао Хай взглянул на Ци Мо и негромко произнёс:
— В Мире Бога Войны нет обычных людей. Для любого, кто стал моим врагом, не существует слова «обычный человек». У них есть лишь одно имя — враг.
Сказав это, он умолк.
Ци Мо хотел было спросить, как Чжао Хай поступил с обычными людьми Мира Бога Войны, но, вспомнив недавно увиденного Императора Войны, тотчас закрыл рот. Спрашивать уже не требовалось.
От одной мысли о средствах Чжао Хая сердце Ци Мо судорожно сжалось. Честно говоря, увидев своими глазами, на что способен Чжао Хай, он больше не хотел быть его врагом — ни на минуту.
Хотя Ци Мо и верил в нынешний народ Хуан и считал, что тот не уступит ни одной расе, он также прекрасно понимал: если народ Хуан и вправду станет врагом Чжао Хая, последствия будут непредсказуемы.
Облетев Город Бога Войны, Чжао Хай повёл Ци Мо и к другим оазисам. Мир Бога Войны был огромен, оазисов в нём множество, и каждый занимал немалое пространство. Это был весьма удивительный мир — пустыни здесь походили на море, а оазисы на сушу.
Но сколько бы оазисов они ни миновали, всюду не было ни души. Ци Мо больше не хотел смотреть. Он понял: с людьми Мира Бога Войны покончено, никто не вырвался из ладоней Чжао Хая.
Ци Мо негромко произнёс:
— Брат Чжао, вернёмся. Смотреть больше не на что.
Чжао Хай кивнул. На Зловещем ковчеге сверкнул белый свет, и в следующее мгновение они уже вернулись в Мир Тухуан. Мир Тухуан ничем не отличался от прежнего — всюду жёлто-землистый цвет, однообразный до предела.
Зловещий ковчег появился у внешнего периметра флота Чжао Хая. Едва он остановился, Чжао Хай обернулся к Ци Мо:
— Брат Ци, не хочешь ли заглянуть в мою Башню Тяньцзи, пропустить по чашечке?
Ци Мо взглянул на Чжао Хая и в конце концов кивнул:
— Что ж, с удовольствием.
Чжао Хай слегка улыбнулся, ничего не сказал, двинул мыслью, и Зловещий ковчег направился к флоту. Вскоре они оказались у платформы Башни Тяньцзи. Чжао Хай и Ци Мо сошли с ковчега и вместе направились внутрь.
Войдя в Башню Тяньцзи, Чжао Хай провёл Ци Мо с небольшим осмотром. Разумеется, внешне Башня Тяньцзи выглядела вполне обычно, ничего особенного.
Вскоре Чжао Хай привёл Ци Мо на верхний ярус. Когда он открыл дверь своей комнаты, Ци Мо невольно опешил: он не ожидал, что в комнате Чжао Хая кто-то есть, да ещё и не один. Главное же — все эти люди оказались женщинами, и очень красивыми.
Лаура и остальные поклонились:
— Приветствуем господина Ци Мо.
Чжао Хай обернулся к Ци Мо:
— Брат Ци, это мои жёны. Я уже велел им приготовить вино и закуски. Пойдём, выпьем.
Услышав это, Ци Мо опомнился и поспешно сложил руки в поклоне:
— Приветствую вас, почтенные госпожи. Ци Мо свидетельствует своё почтение.
Лаура с улыбкой ответила:
— Господин Ци любезен. Брат Хай, всё готово.
Чжао Хай кивнул и повёл Ци Мо в столовую. Там уже был накрыт стол, но Лаура и остальные не пошли с ними, а повернулись и ушли.
Оказавшись в столовой и увидев, что Лаура и остальные не последовали за ними, Ци Мо облегчённо вздохнул и негромко произнёс:
— Не ожидал, что почтенные госпожи будут здесь. Брат Чжао, ты уж слишком — почему не предупредил? Я так напрягся.
Чжао Хай с недоумением взглянул на Ци Мо:
— Чего ты напрягся?
Ци Мо смущённо ответил:
— Просто неожиданно. К тому же я не слишком умею общаться с женщинами, потому и напрягся.
Чжао Хай с улыбкой усадил его и сказал:
— У тебя ведь тоже есть женщины среди подчинённых? Смотрю, вы неплохо ладите.
Ци Мо покачал головой:
— Это другое. Я не считаю их женщинами, они всего лишь мои подчинённые. Ладно, оставим это. Хочу как следует попробовать, каковы у тебя вино и кушанья.
Они не стали церемониться. Чжао Хай налил Ци Мо вина, они выпили, и Ци Мо попробовал блюда. С первого же вкуса они ему понравились — до чего же вкусно.
Съев несколько кусков, Ци Мо остановился и легко выдохнул:
— Не думал, что почтенные госпожи так искусны. Вкус превосходный.
Чжао Хай слегка улыбнулся и ничего не сказал, лишь смотрел на Ци Мо. Тот, заметив его взгляд, вздохнул:
— Я знаю, что ты хочешь сказать. Но, честно говоря, я до сих пор не решился. Брат Чжао, я ведь всю жизнь прожил среди народа Хуан и прекрасно понимаю, что это принесёт — гражданскую войну. Гражданскую войну, понимаешь? Погибнут бесчисленные люди народа Хуан, а я этого не хочу.
Чжао Хай взглянул на Ци Мо и кивнул:
— Я тебя понимаю. Можешь не отвечать. На деле, если народ Хуан не захочет со мной враждовать, я тоже не стану с ним враждовать. Вернувшись, можешь рассказать им обо мне и посмотреть, как они отреагируют.
Ци Мо кивнул:
— Так и сделаю. Ладно, оставим это. О будущем поговорим потом.
С этими словами он поднял чашу и выпил с Чжао Хаем.
Этот ужин не принёс им радости, потому что у Ци Мо было тяжело на душе. Он слишком хорошо знал жадность тех стариков из мира Хуан. Они ни за что не оставят Чжао Хая в покое. А если так, конфликта не избежать — и именно этого Ци Мо боялся больше всего.
Но не это мучило его сильнее всего. Сильнее всего его мучило то, что они не могли переубедить тех стариков. С ними у Ци Мо отношения не сложились. Даже расскажи он им всё, что видел, даже поведай он им, насколько страшен Чжао Хай, никто не поверит — потому что старики больше верят самим себе.
Ци Мо вернулся на «Баван». Напряжённая атмосфера на корабле тотчас развеялась. Поскольку Пятый корпус не пользовался благосклонностью верхушки, его люди тоже были бельмом на глазу у правителей мира Хуан. Просто Ци Мо пользовался в армии большим уважением, и они не смели тронуть его, а потому довольствовались тем, что третировали Пятый корпус. Если бы с Ци Мо что-то случилось, люди Пятого корпуса не сомневались: назавтра их бы живьём проглотили.
Едва Ци Мо вошёл в командный зал, как навстречу вышла Юйфэй. Она взглянула на него:
— Командующий, как всё прошло? Вы и вправду были в Мире Бога Войны?
Ци Мо кивнул:
— Да, были.
Юйфэй заметила, что настроение у него невесёлое, и с недоумением спросила:
— Что случилось, командующий? Что-то не так? Господин Чжао Хай вас обманул? Он не покорил Мир Бога Войны?
Ци Мо горько усмехнулся:
— Я бы хотел, чтобы он лгал. Но он не лгал. Больше того — он сделал даже больше, чем говорил. Знаешь, каков теперь Мир Бога Войны?
Юйфэй не поняла:
— Каков? Трупы повсюду? Ну и что? Мы такое видели, чего бояться?
Ци Мо горько усмехнулся:
— Нет, не трупы повсюду. Я вообще не увидел ни единого человека, даже мёртвого. Мир Бога Войны пуст — ни людей, ни демонических зверей, ничего. Пустой город, и только. Словно попал в обитель призраков: вокруг лишь растения да пустые города, и больше ничего.
Слова Ци Мо ошеломили Юйфэй. Затем она с недоумением взглянула на него:
— Как так? Не может быть. Может, Чжао Хай не убил тех людей, а просто куда-то их переправил?
Ци Мо горько усмехнулся:
— Не думай. Тех людей, скорее всего, всех убили. Резня мира — весь мир, похоже, пал от руки Чжао Хая. Целый мир людей.
Услышав это, все в командном зале невольно содрогнулись. Юйфэй с ужасом смотрела на Ци Мо:
— Командующий, не пугайте меня. Целый мир — и он поднял на это руку?
Ци Мо горько усмехнулся, ничего больше не сказал и махнул рукой:
— Ладно, пошлите весть в мир Хуан: слова Чжао Хая подтвердились. Мир Бога Войны действительно уничтожен им, и уничтожен окончательно.
Юйфэй, побледнев, кивнула и тотчас пошла отправлять весть. Она слишком хорошо понимала, почему у Ци Мо такое лицо: он тревожился за весь народ Хуан.
После ухода Юйфэй Ци Мо обернулся к остальным:
— С сегодняшнего дня не задевайте господина Чжао Хая. Уважайте его так же, как меня. Поняли?
Люди в командном зале тотчас отозвались. Лица у них тоже были невесёлые.
(Конец главы)