Чжао Хай посмотрел на обоих и приподнял бровь:
— Вы? Ты хочешь сказать, не только вы двое, а все вы?
Ху Чжэнфэй и Локэ, услышав, что Чжао Хай по нескольким их словам уловил этот смысл, изумились. Но затем оба кивнули:
— Именно так. Просим молодого хозяина о милости.
Чжао Хай посмотрел на них и произнёс с серьёзностью:
— Я хочу знать почему. Всё из-за той резни? Приказ отдал не я, но я не возражал. Честно говоря, я и сам устал от здешних дел. Так что этот приказ мало чем отличается от моего собственного. Но вам не стоит об этом беспокоиться. Вы сдались мне, стали моими подчинёнными — и я вас не убью. Пока вы не станете мятежниками и не попытаетесь меня погубить, я ничего вам не сделаю. Самое большее — оставлю при себе, как сейчас, и буду содержать. Если причина действительно в этом, вам незачем так поступать.
Услышав это, Ху Чжэнфэй и Локэ вздрогнули. Затем переглянулись. Локэ сказал:
— Молодой хозяин ошибается. Дело не в этом. Мы искренне хотим покориться молодому хозяину.
Чжао Хай по их виду понял, что они не говорят всей правды. Но теперь у него было достаточно сил, чтобы справиться со всеми этими людьми, так что он не опасался их мелких расчётов. Он кивнул:
— Хорошо, раз не в этом, то и ладно. Если вы будете верны мне, я, Чжао Хай, вас не обижу.
С этими словами он взмахнул рукой и снял с обоих запрет.
Оба вздрогнули, духовная энергия тут же вернулась к ним и в мгновение ока восстановилась. Чжао Хай повернулся к Цзи Умину:
— Умин, уведи их. Пусть снимут запреты и с остальных, а затем отведи их в Пространство №1.
Цзи Умин отозвался и без выражения посмотрел на обоих. Чжао Хай перевёл взгляд на Ху Чжэнфэя и Локэ:
— Место, где вы находились раньше, — всего лишь зона отдыха в Башне Тяньцзи, ничего особенного. Вскоре Умин отведёт вас в Пространство №1. Это сжатое пространство, ничем не отличающееся от внешнего. Некоторое время вы можете жить там. Кстати, снимите запреты со всех, кто сдался вместе с вами.
Оба потрясённо уставились на Чжао Хая. Они и вправду не ожидали, что он так легко снимет с них запрет. Но тут же взволнованно отозвались, не зная, что и сказать.
Чжао Хай бросил на них взгляд и произнёс:
— Можете забрать механических големов из своих комнат. Остальные — тоже. Эти големы теперь ваши. Но запомните: их нельзя ломать без причины и тем более разбирать. Если узнаю — строго накажу.
Оба отозвались. Чжао Хай махнул рукой, и только тогда Цзи Умин увёл их.
Едва те ушли, как появились Лаура и остальные. Лаура с недоумением посмотрела на Чжао Хая:
— Брат Хай, сейчас отправлять их в пространство — разве это уместно?
Чжао Хай чуть улыбнулся:
— Не волнуйся, ничего не случится. Они не поднимут волну. Кстати, скоро я навещу Чжэ Жухая — посмотрю, как отреагирует род Чжэ.
Лаура и остальные кивнули. Честно говоря, род Чжэ вызывал у них больше симпатии, чем Ху Чжэнфэй и его люди. Чжэ — военная семья, действующая прямо и честно. В последних великих битвах они не участвовали. Чжао Хай выделил им пространство для жизни. Но это было не его пространство, а настоящее сжатое пространство. Оно не превращало род Чжэ в подчинённых Чжао Хая.
Чжао Хай ещё кое-что поручил Лауре и остальным — заняться делами мира-свалки. Затем поднялся и отправился в пространство, где жил род Чжэ.
Пространством рода Чжэ было Пространство №2. Второе — настоящее сжатое пространство в Башне Тяньцзи. Оно было огромным и хорошо обустроенным, в нём без труда могли разместиться многие.
Последнее время род Чжэ неплохо жил в Пространстве №2. Здесь не было недостатка ни в чём, и само пространство было просторным. Чжао Хай о них заботился. Стоило им в чём-то нуждаться, как всё тут же приносили. Можно сказать, о них всячески пеклись.
Чжэ Жухай в последнее время чувствовал себя действительно неплохо. В этой великой войне род Чжэ показал себя хорошо, но и потери понёс немалые. Им нужно было тихое место, чтобы восстановить силы. Хотя он понимал, что это пространство не идеально, краткий покой ему всё же нравился. Нельзя же сражаться каждый день — это нереально. Любому нужен отдых.
Как ни нравилась Чжэ Жухаю здешняя обстановка, он всё же сильно тревожился о войне снаружи. Он прекрасно понимал, насколько страшны те, кто выбрался из Кровавой области девяти бездн. Почти каждый из них владел силой законов. Такая боевая мощь была слишком велика — обычным культиваторам её не сдержать. Теперь он всерьёз боялся, как бы с Чжао Хаем чего не случилось. А если с ним что-то произойдёт, у них начнутся большие неприятности.
Обстановка в сжатом пространстве была довольно хорошей. Хотя здесь не было особых строений, до их вселения уже имелись пещерные обители — и не одна, а множество, вполне достаточных для жизни.
Чжэ Жухай сидел в своей пещерной обители. Перед ним расположились несколько членов рода Чжэ. Род Чжэ был военной семьёй, и здесь всё подчинялось военному порядку. Сейчас эти люди сидели напротив него с прямой спиной, словно солдаты на смотре.
Чжэ Жухай обвёл их взглядом и произнёс:
— Господа, как идут дела снаружи, нам пока неизвестно. Но я хотел бы услышать ваше мнение. Как вы думаете, эта операция господина Чжао Хая увенчается успехом?
Все слегка опешили. Но затем один резко поднялся:
— Вождь, я считаю, господин Чжао Хай непременно добьётся успеха.
Чжэ Жухай посмотрел на говорившего. Его звали Чжэ Чун, он был одним из молодых талантов рода Чжэ. В бою отличался отвагой и силой. Главное же — у него был врождённый талант к командованию. Чжэ Жухай всегда возлагал на него надежды. Услышав его слова, он произнёс:
— Говори подробнее.
Чжэ Чун серьёзно сказал:
— Вождь, сила господина Чжао Хая непостижима. Не говоря уже о его армии Иных, атаках лозами и механических големах — сам он невероятно могуч. И я слышал, что его армия нежити тоже очень сильна. Те, кто вышел из Кровавой области девяти бездн, не могут принадлежать к одной силе. К тому же они только что выбрались из замкнутого мира и, естественно, жаждут свободы. Потому вероятность их объединения невелика. Даже если они объединятся, союз вряд ли будет прочным. А силы господина Чжао Хая полностью ему подчиняются. Это как кулаком бить по одному пальцу — победа непременно останется за кулаком.
Чжэ Жухай кивнул, жестом велел Чжэ Чуну сесть и, обведя взглядом остальных, продолжил:
— Теперь я хочу поговорить о дальнейшем развитии рода Чжэ. Какие у вас мысли?
Все опешили. Но продолжали сидеть прямо, лишь глаза их забегали — они обдумывали слова Чжэ Жухая.
Спустя некоторое время один из рода Чжэ поднялся и произнёс:
— Вождь, то, что мир Чжэ открылся, для нас не обязательно благо. Мы получили связь с внешним миром, но наш уклад отличается от их уклада, и в будущем мы, боюсь, не сойдёмся. Для рода Чжэ это крайне невыгодно. Пока господин Чжао Хай остаётся на этом уровне мира, он, разумеется, сдерживает все миры и не даёт им ссориться. Но если однажды он вознесётся? Останется ли этот уровень мира таким же спокойным? Не думаю. Род Чжэ силён в бою, но это не значит, что кто-то захочет с нами заключить союз. Напротив, опасаясь нас, они могут объединиться против нас. И тогда положение рода Чжэ будет незавидным.
Чжэ Жухай кивнул и промолчал. Тут поднялся ещё один член рода:
— Помимо причины, названной Чжэ Бином, есть ещё одно обстоятельство, которое нам следует учесть, — тренировочный лагерь.
Чжэ Жухай вздрогнул и произнёс:
— Что не так с тренировочным лагерем? Чжэ Лин, что ты имеешь в виду?
Чжэ Лин серьёзно сказал:
— Вождь, тренировочный лагерь — место, созданное людьми высшего мира. Тот, кто покажет там выдающиеся результаты, может быть напрямую призван в высший мир. Для всех культиваторов этого уровня мира это обладает огромной притягательностью. Насколько мне известно, даже арена для зверей, где находятся Линфэн и остальные, не обладает такой способностью. Видно, насколько тренировочный лагерь особенный. И в любом мире тех, кто способен вознестись, никогда не может быть больше, чем тех, кто не способен. А те, кто силён, но не может вознестись, страстно жаждут вознесения. Если они узнают о таком месте, как тренировочный лагерь, разве они не захотят туда? Сейчас среди подчинённых господина Чжао Хая только род Чжэ может попасть в тренировочный лагерь. В таком случае, позволим мы им идти или не позволим? Если не позволим, они затаят обиду на род Чжэ. Для нас это совершенно нехорошо. Думаю, вождь знает поговорку: невиновен простолюдин, но владеет яшмой — и уже виновен.
Чжэ Жухай нахмурился — слова Чжэ Лина показались ему вполне разумными. О высшем мире он кое-что знал. Ему было известно, что призванные через тренировочный лагерь не считаются настоящими вознёсшимися. В высшем мире они отличаются от тамошних культиваторов и, должно быть, сильно уступают тем, кто вознёсся собственными силами. Но в чём именно уступают, он не знал.
Но как бы там ни было, это всё же путь к вознесению. Пусть даже в высшем мире их положение будет ниже — они всё равно попадут наверх. Это даёт луч надежды тем, кто не может вознестись своими силами. А такой луч надежды страшен. Если род Чжэ не позволит им войти в тренировочный лагерь, надежда превратится в отчаяние. А на что способен отчаявшийся культиватор — вообразить невозможно.
Но род Чжэ и вправду не мог провести столько людей в тренировочный лагерь. Для входа туда существовали всевозможные правила. Нельзя было просто так решить, кого отправить. Но станут ли слушать эти объяснения те культиваторы, что не могут вознестись и чей срок жизни уже на исходе? Разумеется, нет. Они решат, что род Чжэ чинит препятствия. И тогда конфликта не избежать.
А если все эти бесчисленные миры, все эти не способные вознестись люди ополчатся на род Чжэ? Что тогда с нами станется? От этой мысли Чжэ Жухаю стало страшно. Ведь те, кто не может вознестись, но чей срок жизни подходит к концу, отнюдь не слабы. Если они действительно вступят в конфликт с родом Чжэ, последствия будут ужасны. Даже если поначалу род Чжэ выстоит, что будет со временем? Перед бесконечными атаками любой измотается и в конце концов погибнет от истощения.
Изначально Чжэ Жухай не считал положение настолько серьёзным. Но теперь, после их анализа, он понял, что всё гораздо страшнее, чем он воображал. Пока Чжао Хай держит всех в узде, ещё можно жить. Но если он действительно вознесётся и уйдёт, что делать роду Чжэ? Неужели смотреть, как он клонится к упадку?
В этот момент снаружи пещерной обители раздался голос:
— Докладываю, вождь! Господин Чжао Хай прибыл, он уже приближается к обители.
Услышав это, Чжэ Жухай сразу очнулся. Он тут же сказал:
— Скорее, идёмте встречать.
И повернул к выходу. Остальные управляющие рода Чжэ поспешили за ним. К Чжао Хаю они всё же относились с большим уважением.
Едва они подошли к воротам обители, как услышали голос:
— Ха-ха-ха, вождь Чжэ, к чему такие церемонии? Прошу прощения, что Чжао Хай так долго не навещал вас.
С этими словами Чжао Хай подлетел к воротам.
Увидев Чжао Хая, Чжэ Жухай и остальные поспешно сложили руки в поклоне:
— Приветствуем господина Чжао Хая. Просим внутрь.
Чжао Хай не стал церемониться, поклонился в ответ и произнёс:
— Вождь Чжэ любезен. Прошу, господа, прошу.
Когда все вошли в обитель, Чжэ Жухай усадил Чжао Хая на главное место. Чжао Хай не стал отказываться. Усевшись, он обратился к роду Чжэ:
— Сегодня Чжао Хай пришёл сообщить вам хорошую новость: война снаружи в основном закончена. Готовьтесь — вы можете покинуть это место и вернуться в свой мир.
Услышав это, на лицах рода Чжэ не появилось особой радости. Напротив, у всех лица вытянулись. Заметив это, Чжао Хай опешил. Он с недоумением посмотрел на род Чжэ, затем перевёл взгляд на мрачного Чжэ Жухая и произнёс:
— Вождь Чжэ, я вижу, у вас на душе что-то тяжкое? Или вы недовольны приёмом, оказанным Чжао Хаем? Или он в чём-то пренебрёг вами?
(Конец главы)