В крови каждого мужчины скрыт дух войны; в теле каждого мужчины заложен боевой инстинкт. Это природа, и её не изменить.
Маленький Хэцао хоть и был мастером растений, но тоже мечтал стать сильным, научиться боевым искусствам и в будущем собственными силами защитить семью, стать настоящим могучим воином. Потому в глубине души у него всегда жила мысль о боевой подготовке. Просто он всегда считал, что мастера растений не могут учиться боевым искусствам. Он знал, что мастера растений занимаются культивацией, но полагал, что она непременно связана с растениями и не имеет отношения к кулакам, ногам, мечам и копьям. Но теперь выходило, что он ошибался. Мастера растений тоже учились боевым искусствам, и не просто учились — это было необходимо.
Ху Юань посмотрел на него:
— Мастера растений обычно делятся на два типа. Одни — мастера растений; другие — лекари. Хороший лекарь непременно должен быть мастером растений; но хороший мастер растений не обязательно лекарь. Лекари бывают разные. Некоторые сами собирают травы, усердно изучают их свойства — таких лекарей тоже можно назвать мастерами растений. А некоторые занимаются только исследованием фармакологии и обычно сами трав не собирают. Они день за днём изучают только лекарское дело, потому, как правило, не сражаются.
Тут Ху Юань сделал паузу, взглянул на Хэцао и произнёс:
— Все мужчины нашего рода Ху — боевые мастера растений. Они немного разбираются в фармакологии, но не являются хорошими лекарями. Зато все мужчины рода Ху — лучшие боевые мастера растений. Хочешь сражаться — без боевых искусств не обойтись. Потому с сегодняшнего дня каждое послеобеденное время — это время боевой подготовки. Понял?
Маленький Хэцао кивнул:
— Да, понял, третий дед.
Ху Юань кивнул, глядя на него:
— Ты ещё мал. Хочешь учиться боевым искусствам — первый шаг: пока молод, развить гибкость тела. То, что люди называют растяжкой. Идём за мной.
Он повёл маленького Хэцао в лес рядом с хижиной.
В лесу Хэцао увидел множество пеньков, некоторые с обмотанными вокруг травяными верёвками. Ху Юань подвёл его к нескольким пенькам. Пеньки были разной высоты, гладкие, с плоскими вершинами — видно, стояли здесь уже давно.
Хэцао не понял, для чего они. Ху Юань подвёл его к пеньку высотой около метра:
— Здесь будешь тянуться. Поставь левую ногу.
Хэцао опешил, но поставил левую ногу. Он был мал и невысок, и едва поставил ногу, как сразу почувствовал боль, будто рвутся жилы.
Ху Юань произнёс:
— Повернись немного боком, правой рукой дотянись до носка левой ноги.
И объяснил, как правильно.
Жилы Хэцао ещё не растянулись, было очень больно, но он ничего не сказал, раз за разом тянулся, и вскоре лицо его покраснело. Ху Юань не обращал на это внимания и заставлял его продолжать. Это этап, через который проходит каждый, кто учится боевым искусствам. Если не растянуть жилы, потом будет много неудобств.
Так он тянулся почти два часа, потом поменял ногу. Когда обе ноги были растянуты, Хэцао чувствовал сильную боль, но в этой боли было и облегчение, словно ноги освободились.
После растяжки Ху Юань провёл его через другие упражнения, чтобы размяться, и повёл к хижине. Темнело.
У хижины Ху Юань сказал:
— Сегодня устал, поешь фруктов из корзины.
Хэцао взглянул на корзину и покачал головой:
— Нет, третий дед, я лучше сам найду себе фрукты.
Ху Юань взглянул на него и кивнул:
— Если хочешь, иди.
Хэцао кивнул и вышел. Глядя ему вслед, Ху Юань снова улыбнулся. Этот ученик нравился ему всё больше.
Хэцао не пошёл сразу за фруктами, а сначала навестил тот цветок, что видел вчера, поговорил с ним, потом направился к большой сосне.
Едва он подошёл, как сосна сказала:
— Хм? У тебя сегодня на теле скрытая травма. Что ты делал?
Хэцао опешил:
— Дедушка Сосна, откуда ты знаешь, что у меня травма? У меня нет травмы. Я сегодня занимался боевыми искусствами, только тянулся, больше ничего.
Сосна произнесла:
— Вообще-то это не травма. У вас, людей, тело обладает сильной способностью к самовосстановлению. Но легко остаются скрытые травмы. В молодости ничего, а к старости могут быть проблемы. Вот что: сорви несколько трав, разжижающих кровь, и съешь — и всё пройдёт.
Хэцао не понял:
— Дедушка Сосна, разве ты не должен защищать растения? Почему теперь велишь мне их есть?
— Хе-хе-хе, юноша, в мире всему есть свой закон. Одни создания рождены, чтобы быть съеденными, другие — чтобы быть использованными иначе. Как я: может, однажды кто-то срубит меня и сделает столбом. Такова судьба растений. Иди.
Хэцао не совсем понял, но не стал спорить. Он читал много книг о лекарствах и знал, какие травы разжижают кровь и укрепляют сухожилия. В долине такие были. Он нашёл одну съедобную, съел, потом собрал фруктов, наелся и вернулся в хижину.
Ху Юань сидел в хижине на табурете. Перед ним лежала книга — очень толстая. Она выглядела странно: рукописная, сшитая самостоятельно, грубая. Рядом был деревянный ящик. В нём — кисть, тушь, тушечница, чаша для промывки кисти и стопка белой бумаги.
Ху Юань взглянул на Хэцао:
— Вернулся? Садись.
Хэцао отозвался и сел напротив. На столе стоял горшок с фонарными ягодами, испускавшими мягкий белый свет.
Ху Юань сказал:
— Эту книгу я написал сам. В ней записаны повадки некоторых растений. Говорят, ты всё запоминаешь с первого взгляда, но всё равно нужно стараться. Ладно, начнём с этой книги.
Хэцао отозвался, сел смирно, налил немного воды в тушечницу и принялся растирать тушь.
Ху Юань кивнул, взял свою книгу и стал медленно читать Хэцао. Тот внимательно слушал. После каждого отрывка Ху Юань подробно объяснял, особенно повадки растений.
Прочитав о нескольких растениях, Ху Юань остановился:
— Запиши то, что только что выучил. Если будет время, хорошенько заучи.
Хэцао кивнул, взял кисть, обмакнул в тушь и начал записывать. Ху Юань смотрел на него, книга лежала перед ним. Он думал: если Хэцао не запомнит, даст ему книгу, пусть перепишет.
Но, к его удивлению, Хэцао писал по памяти, ни разу не взглянув в книгу. Ху Юань удивился. Он внимательно посмотрел на написанное и остолбенел.
Потому что Хэцао написал почти то же, что было в книге. Даже то, чего в книге не было, а Ху Юань только что объяснял, тоже было записано — слово в слово.
Вскоре Хэцао закончил. Ху Юань произнёс:
— Дай посмотрю.
Хэцао протянул ему листы.
Ху Юань внимательно просмотрел их, отложил и, взглянув на Хэцао, выдохнул:
— Неплохо, очень хорошо. На сегодня всё, иди отдыхай.
Хэцао отозвался, убрал кисти, отложил исписанные листы, умылся, вымыл ноги и вернулся в комнату.
В комнате он не бездельничал: взял тряпку, протёр сундук и стол, вымыл тряпку, повесил сушиться, затем сел на кровать, разделся, взял исписанные листы и стал внимательно читать.
Ху Юань всё это время наблюдал за ним. Лишь когда Хэцао сел на кровать и углубился в листы, он вернулся на свою кровать и взял свою книгу.
Хэцао и вправду устал. Особенно после растяжки — не только устал, но и болело тело. Запомнив всё написанное, он убрал листы и лёг.
Когда Хэцао уснул, Ху Юань отложил книгу. Взглянув на мальчика, он улыбнулся, убрал книгу, накрыл фонарные ягоды тканью и вышел.
Снаружи он подошёл к большому дереву, приложил руку, закрыл глаза. В дерево медленно потекла природная энергия. Листья слегка дрогнули и замерли. Ху Юань отпустил руку и постоял.
Вскоре к нему быстрым шагом подошёл человек в короткой одежде и поклонился:
— Третий дед, какие будут указания?
Ху Юань кивнул:
— То, что я велел подготовить, готово? Если готово, завтра принесите. И пусть придут привести здесь всё в порядок. Иди.
Тот отозвался и ушёл.
(Конец главы)