Самор неотрывно следил за Аруйе.
С того самого мига, как Аруйе повёл войска к горной области, его взгляд не покидал поля боя. Увидев, как Аруйе приказал зверям-инструментам извергать энергетические лучи в сторону гор, Самор холодно хмыкнул:
— Всё те же старые приёмы, ничего особенного.
Прошло пять часов, и белый туман наконец рассеялся. Самор снова холодно хмыкнул, но на этот раз ничего не сказал — лишь смотрел, как армия Аруйе устремляется в горную область. Увидев, что флот Чжао Хая медленно разворачивается, будто и вправду собираясь идти в лобовую атаку, Самор скривил губы:
— Если бы тогда мы не окружали Чжао Хая, а ударили в лоб, мы бы не проиграли.
Эр промолчал, но на его лице тоже читалось несогласие.
И тут в горной области всё внезапно переменилось.
Только что рассеявшийся белый туман вновь поднялся, затопил всё вокруг — гуще и плотнее прежнего. Вся горная область словно оказалась проглочена невидимым исполинским зверем. Едва армия Аруйе ворвалась туда, как исчезла в тумане, не оставив даже ряби.
Лицо Самора резко изменилось.
Он обернулся к Эру:
— Эр, что происходит? Почему так? Неужели за эти пять часов Чжао Хай вовсе не понёс потерь? Всё это было притворством?
Лицо Эра тоже стало мрачнее некуда. Он помолчал, а затем всё же кивнул:
— Судя по всему… да. Всё, что Чжао Хай делал прежде, было притворством. Он изображал, будто иллюзорная формация разрушена, будто собирается идти в атаку, — а на самом деле заманивал армию Аруйе в формацию, чтобы разом покончить. Он так долго ждал именно потому, что боялся вызвать у Аруйе подозрения. Наверняка так.
Самор впился взглядом в горы, словно увидел призрака:
— Он настолько коварен? Аруйе с самого начала угодил в его ловушку?
Эр серьёзно произнёс:
— Боюсь, что так. Вероятно, едва Аруйе двинулся, Чжао Хай уже это заметил. Но не стал действовать. А потом, увидев, что Аруйе бьёт по горам энергетическими лучами, нарочно создал видимость, будто Аруйе побеждает. На самом деле Аруйе с начала и до конца был в его расчётах.
Голос Самора потяжелел:
— Ради этого плана Чжао Хай терпел пять часов. Все эти пять часов он не атаковал, просто ждал. Ждал, пока не решил, что пора, и только тогда заманил Аруйе. А этот глупец, наверное, ещё радовался.
Эр вздохнул:
— Да. Страшное терпение. Целых пять часов. Этот Чжао Хай и вправду не прост. Командующий, не слишком ли мы его недооценили?
Самор замолчал.
Он понял, что они и вправду недооценили Чжао Хая. В мире хотя и были кое-какие сведения о нём, но неполные, собранные большей частью из легенд, и во многом ненадёжные. В таких условиях выступать против Чжао Хая было крайне невыгодно.
Эр посмотрел на Самора и серьёзно спросил:
— Что делать? Идти в атаку, чтобы вытащить Аруйе? Если не спасём, повелитель не одобрит.
Самор, глядя на горы, пробормотал:
— Не спасти нельзя. Но и спасти, боюсь, ничего хорошего не выйдет. Рискнём — не верю, что Чжао Хай восемьюстами миллиардами уничтожит мои две тысячи миллиардов!
С этими словами он взмахнул рукой и повёл войска к горной области.
А Чжао Хай и его люди почти не атаковали.
Они лишь стояли в стороне и холодно смотрели, как армия Аруйе мечется под ударами энергетических лучей и лоз. Аруйе уже понёс тяжёлые потери: многие звери-инструменты были сбиты, культиваторам приходилось сражаться поодиночке. Из-за иллюзорной формации они не знали, рядом ли союзники, и могли принять товарища за врага.
В горах развернулась хаотичная битва.
Аруйе чувствовал, что сходит с ума.
Рядом постоянно возникали враги. Врагом могло оказаться дерево, травинка, цветок, даже демонический зверь или насекомое. Но одни из них были настоящими, другие — иллюзорными. Истинное и ложное, реальное и мнимое — он выбивался из сил.
Тем временем Чжао Хай заметил движение Самора. Он слегка улыбнулся:
— Наконец-то двинулись. Сегодня вы отсюда не уйдёте.
Самор вошёл в горную область необычным способом.
Он применил на своих зверях-инструментах барьерную формацию. Она превращала каждый зверь-инструмент в отдельный мир, куда не проникали внешние иллюзии. Но, к сожалению, им противостояла не обычная иллюзорная формация. Едва армия Самора вошла в горы, как её поразили формации законов.
Все поражённые звери-инструменты вышли из строя.
Потому что по ним ударили не одной силой закона, а множеством одновременно. Их защита была сильна, но против силы законов устоять не могла.
Атаки силой законов продолжались. Армия Самора несла тяжёлые потери. Как только зверь-инструмент уничтожали, барьерная формация рушилась, и воины тотчас оказывались в иллюзии. Начиналась великая битва.
Это была почти односторонняя резня.
У внешних демонов был луч разрушения, но только у самих внешних демонов. У культиваторов человеческой расы под их властью луча разрушения не было, и даже тех, кто постиг силу законов, было мало. Они ведь были людьми с промытыми мозгами, не обычными культиваторами. В обычном совершенствовании это, может, и не сказывалось, но постичь силу законов им было почти невозможно.
В таких условиях у внешних демонов, попавших в иллюзию, почти не оставалось надежды. Они слепо били вокруг. Но такие удары часто приходились по товарищам. Те, получив удар, думали, что напал враг, и отвечали. Так они начинали убивать друг друга.
Стоило двоим схлестнуться, как мощь иллюзорной формации раскрывалась полностью. В глазах попавших в неё товарищ перестал быть товарищем — он становился то демоническим зверем, то врагом. Они, разумеется, не щадили друг друга и дрались насмерть.
Вся картина боя была такой.
Войск у внешних демонов было много, но сейчас они полностью смешались. Каждое мгновение кто-то погибал. А погибшие становились удобрением для лоз или попадали в брюхо Иным.
Линфэн и остальные смотрели на это, разинув рты.
Они были уверены: Чжао Хай использовал не их иллюзорную формацию. Их формация не обладала такой мощью.
Иллюзорные формации редко применялись культиваторами именно из-за множества недостатков. Во-первых, у них слабая защита: в отличие от обычных защитных формаций, они лишь создают иллюзии. Во-вторых, их воздействие зависит от человека: с твёрдой волей труднее поддаётся иллюзии, слабый духом — легче. В-третьих, их трудно сочетать с обычными формациями. Например, защитная формация, создавая энергетический барьер, влияет на энергию иллюзорной, и та часто рушится сама.
Дальние энергетические лучи Аруйе — один из способов разрушить иллюзорную формацию. Барьер Самора — другой.
Потому иллюзорные формации в мире культивации не ценились. Многие считали их бесполезными. Культиватор прежде всего должен быть твёрд, как камень. Иначе говоря, влияние иллюзорной формации на него и без того ограничено. К тому же способов разрушения много: даже относительно сильный культиватор мог дальними атаками разрушить формацию. Так иллюзорные формации стали бесполезными.
Но формация Чжао Хая была не такой.
Она заставляла культиваторов видеть иллюзии, и даже такой мастер, как Аруйе, не мог отличить истинное от ложного. Что важнее, она не боялась дальних атак. Все дальние атаки принимали на себя лозы. Лозы были частью формации: защищали её и служили её оружием. Это делало формацию ещё страшнее.
Лин Ду и остальные хорошо знали, что представляют собой их иллюзорные формации. Они были неплохи, но против формации Чжао Хая — ничто, совсем иной уровень. Кроме иллюзорной, были и атакующие формации. Те, что работали вместе с иллюзорной, были поистине сильны. Иначе формация не обладала бы такой мощью.
Линфэн и его люди умели отличать хорошее от плохого.
Едва атакующие формации начали действовать, они поняли: это сила законов. Именно это их поразило больше всего. Линфэн прекрасно знал, сколько каменных формаций он передал Чжао Хаю. Если все они используют кристаллы закона как источник энергии, это же чудовищно.
Откуда Чжао Хай взял столько кристаллов закона?
Кристаллы закона обычные люди в своих мирах вообще не видят. Только те, кто был на арене для зверей, встречали их. А на арене они чрезвычайно редки. Получив такой кристалл, его считают сокровищем и не станут легко показывать. Даже заполучив, спрячут и оставят для себя.
А Чжао Хай мало того что выложил столько кристаллов закона, так ещё и использует их как топливо для формаций. В глазах Линфэна и остальных это было расточительством.
Но в то же время они увидели и другое — силу Чжао Хая.
Если бы у него не было силы, откуда столько кристаллов закона? Если бы у него не было силы, как бы он их удержал? Владеть великим сокровищем без силы — не благо, а смертный приговор. У Чжао Хая столько кристаллов закона, и он до сих пор жив и благополучен. Разве это не говорит о его силе?
Линфэн и остальные вдруг осознали, как им повезло, что они не стали настоящими смертельными врагами Чжао Хая.
Внизу бой продолжался.
Лин Ду и Линфэн уже поднялись в Башню Тяньцзи. Чжао Хай пригласил их в свою комнату. Войдя, они увидели, что он стоит у окна и смотрит наружу. За окном были внешние демоны, убивающие друг друга. В тот миг Лин Ду и Линфэну показалось, что Чжао Хай превратился в демона — демона страшнее самих внешних демонов.
Пока они смотрели на его спину, Чжао Хай вдруг заговорил:
— Вы пришли. Что-то случилось?
Лин Ду и Линфэн переглянулись, и первым заговорил Лин Ду:
— Господин, эту иллюзорную формацию вы сами создали? Я такой никогда не видел. Столь мощная иллюзорная формация поистине открыла мне глаза.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— А где ты сейчас находишься?
Вопрос был задан неожиданно, будто вовсе не связан с предыдущим. Лин Ду опешил и не сразу понял. Но он был умён и быстро сообразил, что имел в виду Чжао Хай.
Лин Ду посмотрел на него:
— Эта формация — из секты Тяньцзи? Невозможно. Хотя секта Тяньцзи сильна и в формациях искусна, такой мощной иллюзорной формации у них нет. Иначе они давно объединили бы шесть миров. К тому же мы имели с ними дело и знаем: такой формации у них быть не должно.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— У каждой секты есть свои сокровенные козыри. Эта формация не полностью из секты Тяньцзи, а улучшена на основе одной их особенно сильной иллюзорной формации. Хе-хе, секта Тяньцзи сильна в формациях, но и я в формациях не слаб.
Лин Ду замолчал.
Он поверил Чжао Хаю. У того не было причин лгать, к тому же формация была перед глазами. Не верить было нельзя.
Видя, что Лин Ду молчит, Линфэн посмотрел на спину Чжао Хая и серьёзно спросил:
— Господин, позвольте узнать. Кристаллы, что вы используете в формациях снаружи, — это кристаллы закона?
Чжао Хай вдруг обернулся, взглянул на Линфэна и слегка улыбнулся:
— Верно. В формациях снаружи используются именно кристаллы закона. Если бы не они, разве звери-инструменты внешних демонов получали бы раны и погибали? Что, заинтересовался?
(Конец главы)