Отряд всадников покинул замок и направился в сторону Хэндао.
По дороге Ма Лян и остальные наконец поняли, почему Чжао Хай выбрал Баньчжу в качестве ездового зверя. Эта лошадь, хоть и выглядела странно, обладала поистине чудовищной силой и мощным напором. Для Чжао Хая она подходила идеально.
Всадники не гнали. Училище располагалось недалеко от Хэндао, и вскоре они добрались до городских ворот.
Ворота Хэндао были ещё величественнее, чем ворота училища. Путники не спешились, а проехали прямо в город. Стража сделала вид, что не заметила их — они прекрасно понимали, что эти люди ученики Павильона Государя Сабли. А с любым учеником училища им не тягаться.
Въехав в город, всадники замедлили ход и неспешно двинулись по улице.
На этот раз вперёд выехал Ма Лян. Под его руководством они несколько раз свернули и оказались на улице. Улица была не очень широкой, по обе стороны тянулись лотки с закусками. Но не только лотки — все лавки по обеим сторонам тоже оказались ресторанами, причём выглядели они весьма внушительно.
Из-за лотков ехать верхом стало невозможно, и все спешились, направляясь вглубь улицы.
По пути они привлекали всеобщее внимание. Ма Лян и остальные понимали, в чём дело — всё из-за роста Чжао Хая. Среди этих людей он казался настоящим великаном, и не заметить его было невозможно.
Чжао Хай, впрочем, не обращал внимания. Хотят смотреть — пусть смотрят, ему-то что. Он шёл и оглядывался по сторонам.
Вдруг он заметил знакомую фигуру. Человек сидел на втором этаже ресторана неподалёку и выглядывал на улицу из окна. Но Чжао Хая он не видел.
Чжао Хай подумал и обернулся к Ма Ляну:
— Брат Ма, далеко ещё до «Приюта гостей»?
Ма Лян улыбнулся:
— Да вот же он, впереди. Видишь тот домик?
Он указал на небольшое трёхэтажное здание, которое среди окружающих больших ресторанов выглядело не слишком приметно.
Чжао Хай ничего не сказал, последовал за Ма Ляном к «Приюту гостей», отдал лошадь слуге и обернулся к Ма Ляну:
— Брат Ма, идите пока закажите еду. Я тут увидел одного знакомого, схожу приглашу его выпить с нами.
Ма Лян был человеком гостеприимным, к тому же платил не он, потому не стал возражать и кивнул:
— Хорошо, мы войдём. Обычно мы занимаем второй этаж, комнату «Ди». Если она свободна, то останемся там. Придёшь — спросишь у слуги, он меня знает.
Чжао Хай кивнул, попрощался и ушёл.
Ма Лян с толстяком Хоу и остальными вошли в «Приют гостей», спросили слугу — комната «Ди» и вправду оказалась свободна, и они поднялись наверх.
А Чжао Хай в это время направлялся к высокому ресторану неподалёку.
Ресторан был восьмиэтажным. Чжао Хай подошёл к входу и вошёл внутрь.
Слуга тотчас выскочил навстречу:
— Господин, сколько вас?
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Я ищу друга. Он на втором этаже, я только что его видел.
С этими словами он направился к лестнице на второй этаж.
Слуга не остался ждать других гостей, а пошёл следом за Чжао Хаем. Чжао Хай не стал его прогонять. Быстро поднявшись, он нашёл комнату, где сидел Дао Байин, и тихонько постучал.
Не ошибся — Чжао Хай увидел, как Дао Байин выглядывает из окна второго этажа, потому и узнал, что тот здесь. Он счёл Дао Байина человеком, с которым стоит сойтись, и захотел пригласить его. Если тот согласится — отлично, если нет — что ж.
Чжао Хай проявил инициативу потому, что не знал, заметил ли его Дао Байин. Если заметил, а он не подойдёт, Дао Байин решит, что его не уважают, а это ни к чему хорошему не приведёт. Потому он и пришёл.
Едва он постучал, как из-за двери раздался голос:
— Кто там? Входи.
Чжао Хай, не церемонясь, толкнул дверь и вошёл.
Едва он вошёл, как все в комнате остолбенели.
В комнате сидели Дао Байин, Лан Шипин и остальные. Увидев внезапно вошедшего Чжао Хая, они замерли, не понимая, как он их нашёл.
Чжао Хай оглядел присутствующих и слегка улыбнулся:
— Приветствую, братья. Прошу прощения за беспокойство. Брат Дао, сегодня я выпиваю с соседями по нашему дому и случайно увидел, как ты смотришь в окно. Твой вид меня покорил, потому я пришёл пригласить тебя и всех братьев выпить с нами. Как вы на это смотрите?
Дао Байин, услышав это, опешил.
Не то чтобы просьба была такой уж неожиданной — мало ли кто хотел пригласить Дао Байина выпить, и он не всякому оказывал честь. Его поразил тон Чжао Хая.
В тоне Чжао Хая не было и тени почтения к его статусу. Наоборот, он звучал как дружеская подначка. Такого Дао Байин ещё не слышал. Он видел, как так разговаривают со своими друзьями, но с ним самим так никогда не говорили. Даже Лан Шипин, с которым он был ближе всех и чья семья была не из простых, никогда так с ним не разговаривал.
Это вызвало у Дао Байина небывалое ощущение новизны.
Дао Байин был воспитан императорским родом. Хотя такая манера речи была ему в новинку, он быстро пришёл в себя и громко расхохотался:
— Слушай, брат, а я и не знал, что у тебя такой острый язык. Но то, что ты, увидев меня, сразу захотел угостить, — брату Дао приятно. Может, так и сделаем: не ты нас угощаешь, а твои соседи придут сюда, и мы вместе выпьем?
Чжао Хай с горькой усмешкой ответил:
— Брат Дао, не то чтобы я не хотел оказать тебе честь. Сегодня меня определили в Сосновое жилище. Мои соседи хоть и имеют кое-какой статус, но по сравнению с вами им далеко. Честно говоря, идти в такой большой ресторан нам тяжело. К тому же мы уже заняли место в «Приюте гостей» неподалёку. Если у тебя нет времени, то не стоит, я приглашу тебя в другой раз. Всё-таки мои друзья меня ждут.
Услышав это, у Дао Байина ещё сильнее загорелись глаза.
Он прекрасно знал, кто живёт в Сосновом жилище. Там обитают люди из мелких родов, без особого статуса. Окажись он на месте Чжао Хая: с одной стороны, соседи без статуса, с другой — принц приглашает выпить, — он бы непременно пошёл с принцем, забыв о соседях.
А Чжао Хай не пошёл. Он решил вернуться к соседям. Это совершенно не укладывалось в голове Дао Байина. Другой бы счёл такой выбор неразумным, но Дао Байин увидел в нём верность и товарищество.
Впрочем, Дао Байин также понимал: если он пойдёт, то и остальные из комнаты пойдут следом. О других он не беспокоился, но Ян Дэфэн враждовал с Чжао Хаем. Если Ян Дэфэн пойдёт с ними, выпивка будет испорчена.
Хотя Дао Байин уже разочаровался в Ян Дэфэне и даже злился на него, тот всё же долго за ним ходил. Если бы он из-за Чжао Хая не оказал Ян Дэфэну никакого уважения, что подумали бы остальные его люди?
Из этих соображений Дао Байин сегодня не мог пойти выпить с Чжао Хаем.
Подумав, он сказал:
— Что ж, тогда не буду мешать вашему собранию. Но, Хэцао, раз уж ты пришёл, не уйдёшь без чарки. Выпей с нами, а потом иди, хорошо?
Чжао Хай рассмеялся:
— Брат Дао, я и сам хотел выпить. Раз ты так говоришь, одной чаркой не отделаюсь. Давай так: сегодня я выпью с каждым из вас по три чарки. Я три, вы одну — считай, это мои извинения за вторжение. Слуга, наливай!
Слуга, который пришёл с Чжао Хаем, не уходил. Услышав это, он тотчас отозвался, принёс новую чарку и налил Чжао Хаю.
Чжао Хай взял чарку и обратился к Дао Байину:
— Брат Дао, первая — за тебя. Пью до дна.
И одним глотком осушил чарку.
Дао Байин, видя такую удаль, громко расхохотался:
— Хорошо, брат Хэцао, лихо! И я не отстану. Выпью с тобой три.
Он тоже взял чарку и выпил до дна.
Чжао Хай, глядя на него, рассмеялся:
— Хорошо, брат Дао, лихо! Ещё по одной!
И выпил вторую. Дао Байин тоже. Затем Чжао Хай выпил третью, Дао Байин — следом. Осушив по три чарки, они посмотрели друг на друга и расхохотались, словно сразу стали ближе.
Остальные, видя это, изрядно поразились. Они никогда не видели, чтобы Дао Байин так весело смеялся. А Чжао Хай за такое короткое время уже заставил его отступить от обычая. Это было поистине удивительно.
При этом каждый из них задумался.
Ледяное лицо Лан Шипина начало оттаивать. Хоть он и был высокомерен, ему понравился характер Чжао Хая. Он счёл его человеком, с которым стоит сойтись.
Чжоу Фэн и Хай Лун тоже решили, что Чжао Хай достоин знакомства. Не говоря уже о его силе, одно умение вести себя с людьми чего стоило.
Единственным недовольным был Ян Дэфэн.
Сегодня его план против Чжао Хая провалился, да ещё и обернулся против него самого. В душе у него кипела злость. А теперь, видя, как Чжао Хай пьёт с Дао Байином и как тот явно проникается к нему симпатией, Ян Дэфэн готов был лопнуть от ярости.
Он также почувствовал угрозу.
Он прекрасно понимал: если Чжао Хай и Дао Байин действительно сблизятся, он потеряет свою главную опору. И тогда проблемы будут не только у него, но и у всей семьи Ян.
Потому он не мог позволить им сблизиться. Ни в коем случае.
(Конец главы)