Вскоре Ху Чжэнфэй и Локэ заметили, что все люди в формации остановились и начали растерянно озираться, не понимая, что произошло. Лишь возле Лэй Туна стоял один культиватор и что-то тихо ему говорил. Лэй Тун внезапно очнулся, обвёл всё вокруг взглядом и взревел:
— Мерзавец! Подлый негодяй, ты посмел использовать иллюзорную формацию! Вот выберусь — разорву тебя на куски!
Чжао Хай, глядя на этого здоровяка, обернулся к Ху Чжэнфэю:
— Вы знаете этого типа? Мне, право, любопытно: как такой безмозглый болван умудрился стать главой союза?
Ху Чжэнфэй и Локэ горько усмехнулись. Локэ заговорил:
— Этого здоровяка зовут Лэй Тун, он из секты Небесного Грома высшего мира. Секта Небесного Грома в высшем мире очень известна, сильна и считается сильнейшей сектой телесных культиваторов. Но при этом они самые безмозглые и самые беспринципные. Говорят, первое правило их секты гласит: «У людей Небесного Грома нет друзей. Потому что друзья могут тебя использовать». Потому они всегда действуют в одиночку и никому, кроме своих, не доверяют.
Ху Чжэнфэй продолжил:
— Верно. Секта Небесного Грома ещё и крайне своевольна. Кто бы ни прогневал их, они будут преследовать его без конца, пока все до единого не погибнут. Потому в высшем мире мало кто хочет с ними связываться. Но при этом они лучшие кузнецы. Оружие, выкованное их руками, невероятно прочно и куда лучше того, что делают другие секты. Потому живут они неплохо.
Локэ, глядя на здоровяка, добавил:
— Лэй Тун и сам был молодым мастером секты Небесного Грома, очень сильным. Главное — он ничего и никого не боится. С тех пор как он появился, он только и делал, что вызывал на бой известных мастеров, каждый раз едва не погибал, но всякий раз выкручивался. Сила у него и вправду немалая.
Ху Чжэнфэй серьёзно произнёс:
— Говорят, этот Лэй Тун никого не ставит ни в грош. Думаю, люди в этом союзе выбрали его главой поневоле.
Чжао Хай с недоумением посмотрел на Локэ:
— Поневоле? Как это? Если не хотели его главой, могли бы просто держаться от него подальше и выбрать другого. Зачем обязательно его?
Ху Чжэнфэй горько усмехнулся:
— Держаться подальше от Лэй Туна не так-то просто. Он силён и к тому же телесный культиватор. Если его разозлить, он тотчас набросится на них. А никто не хочет с ним сражаться. Если позволить ему всё время быть рядом, будет ещё больше проблем. А если выбрать его главой и приставить двух заместителей, то можно и его утихомирить, и в бою пустить вперёд. Разве не хорошо?
Услышав это, Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Забавно. Лэй Тун… Хм, неплохо. Подождём ещё. Через три часа начинаем общее наступление.
Лаура отозвалась и тотчас передала приказ. Линфэн и остальные тоже приготовились. А Чжао Хай всё стоял у окна и смотрел на людей, что кружили по великой формации, словно мухи без головы.
Ху Чжэнфэй и Локэ переглянулись, и в глазах обоих мелькнула горькая усмешка. Они прекрасно понимали: на этот раз Лэй Туну и его людям не поздоровится. Чжао Хай не из тех, кто легко уступает.
Лэй Тун и его люди всё ещё метались по формации. Очевидно, они уже заметили, что духовная энергия утекает. И действовали так же, как прежде Ху Чжэнфэй: не переставая атаковали вперёд, надеясь разрушить глаза формации и найти способ её взломать.
Ху Чжэнфэй с Башни Тяньцзи ясно видел: атаки Лэй Туна не приносят формации ни малейшего вреда. Они не только не задели ни одного формационного символа, но даже не попали по большим магическим инструментам, что двигались внутри. Все их удары уходили в пустоту. Это поразило Ху Чжэнфэя.
Вспомнив, как он сам вёл себя в формации, Ху Чжэнфэй горько усмехнулся. Выходит, и он тогда действовал так же бесполезно. Похоже, судьба Лэй Туна и его людей будет такой же.
Три часа пролетели быстро. Ху Чжэнфэй и Локэ видели, что у людей Лэй Туна ещё осталось немало духовной энергии и силы для сопротивления. Но Лаура уже отдала приказ наступать.
Ху Чжэнфэй и Локэ широко раскрыли глаза. Им хотелось увидеть, как поведёт себя противник после приказа Чжао Хая.
И они вскоре увидели.
Линфэн и остальные давно привыкли к такому способу боя. Большие магические инструменты не спешили атаковать, а медленно меняли позиции. Затем вдруг выпустили силу законов. Один луч — и в союзе Лэй Туна кто-то погиб. У убитого тотчас отделилась рука, готовясь к возрождению. Но тут появились лозы, обвили тело и руку и утащили их, не оставив ничего.
Всё это произошло молниеносно и слаженно. Затем и другие инструменты начали атаку. Способ был почти одинаков, но результат превосходный.
Одного луча силы законов хватало, чтобы убить культиватора. Для Ху Чжэнфэя это уже было поразительно. Но вскоре произошло ещё более удивительное: Линфэн и его люди вылетели из больших магических инструментов и стали медленно приближаться к тем, кто был в формации. Подойдя достаточно близко, они внезапно выпускали силу законов. Жертвы замечали её лишь в последний миг и не успевали уклониться — гибли на месте.
После гибели человека его товарищи тотчас бросались атаковать пустое место, словно убийца был там. Они не знали, что настоящий убийца стоит рядом и смотрит на их представление.
Увидев это, Ху Чжэнфэй и Локэ сразу всё поняли. Такова сила формации. Она создаёт иллюзию, заставляя думать, что враг там, где его нет. А на самом деле он в другом месте. Способ поистине ужасающий.
Бой продолжался. К удивлению Чжао Хая, люди из союза Лэй Туна не сдавались. Даже потеряв более десяти миллионов, они не сдались. Это было неожиданно.
Чжао Хай взглянул на них и холодно хмыкнул:
— Не сдаются? Хорошо, тем лучше. Лаура, пошли людей. На этот раз не оставлять никого в живых.
Лаура отозвалась. И тут Ху Чжэнфэй и Локэ заметили, как из Башни Тяньцзи вылетело множество культиваторов. От них исходила густая аура смерти. Присмотревшись, Ху Чжэнфэй узнал в них своих прежних подчинённых. Но теперь все они стали нежитью.
Едва появившись, эти нежити ринулись в формацию и принялись атаковать людей из союза Лэй Туна. Их сила ничуть не уступала той, что была при жизни. У Ху Чжэнфэя глаза едва не вылезли из орбит.
Бой пошёл быстрее. Ху Чжэнфэй и Локэ заметили, что убитые из союза Лэй Туна тотчас встают и присоединяются к битве — но уже на стороне Чжао Хая.
Время шло. Людей Лэй Туна становилось всё меньше. Честно говоря, такое сражение — нет, точнее, резню — Ху Чжэнфэй и Локэ видели впервые. В высшем мире им доводилось участвовать в стычках, но самое большее — несколько десятков или сотен человек. О битвах, где гибнут десятки миллионов, они и не слышали. А здесь они увидели это своими глазами. Зрелище поистине потрясающее.
Но ещё больше потрясло то, что Чжао Хай действительно не оставил никого в живых. Тех, кто хотел сдаться, он тоже не принял — все были казнены.
Резня продолжалась. Это была почти односторонняя бойня. Лишь несколько человек, плохо знакомых с формацией, иногда гибли от рук людей Лэй Туна, но остальные почти не несли потерь.
Ху Чжэнфэй и Локэ прошли путь от потрясения до онемения. Они стояли рядом с Чжао Хаем и смотрели всю резню до конца. А длилась она целых десять дней.
За десять дней из союза Лэй Туна не выжил никто. Все погибли, окончательно и бесповоротно. Честно говоря, увидев такой исход, Ху Чжэнфэй и Локэ опечалились, но куда сильнее было чувство облегчения. Они радовались, что сдались Чжао Хаю. Продолжай они сражаться — сейчас были бы среди этих мертвецов. Никто не хочет умирать, и они тоже.
На самом деле оба прекрасно понимали: Чжао Хай пригласил их посмотреть на эту битву, чтобы показать свою силу, дать им осознать, на что он способен. Раньше они отнеслись к этому без должного внимания, но теперь вынуждены были признать: Чжао Хай добился своего. Они и вправду испугались. Ничего не поделаешь — трудно не испугаться, когда на твоих глазах убивают десятки миллионов.
Резня закончилась. Чжао Хай велел Ху Чжэнфэю и Локэ вернуться, а Цзи Умину приказал: места, где живут Ху Чжэнфэй, Локэ и их люди, можно открыть. Пусть выходят, гуляют, ищут своих, общаются.
Цзи Умин тотчас передал приказ. В конце концов, его передали через роботов.
Чжао Хай не боялся, что эти люди что-то устроят. Пока они в Башне Тяньцзи, убить их проще простого. Потому он мог дать им немного свободы. Одновременно он хотел, чтобы Ху Чжэнфэй и Локэ рассказали остальным обо всём, что видели. Пусть те тоже успокоятся и не создают проблем.
(Конец главы)