Хэцао ушёл от Молота и его людей с тяжестью на душе.
Он не пошёл в Город Тумана. Хотя это место и считалось превосходным для испытаний, Хэцао прекрасно понимал: с его нынешними силами туда соваться ещё рано. Пойди он туда сейчас — и, чего доброго, даже не узнает, как погиб.
К тому же ему хотелось домой. Прежде он шёл с Лю Юаньгуном и его людьми по необходимости, а теперь рвался домой всем сердцем.
И всё же одна мысль не давала ему покоя — тот сбежавший обладатель души копья. Хэцао ясно понимал: тот непременно придёт искать с ним расправы. Именно поэтому он и хотел поскорее вернуться домой. Он боялся, что враг может причинить вред его родным.
Что до Молота, Хэцао хоть и не придал ему особого значения, но понимал: этого человека стоит остерегаться. Душа у него была слишком мелочная, и в любой момент он мог исподтишка напакостить. Молоту даже не нужно было действовать своими руками — достаточно распустить слух, что Хэцао из семьи Ху, и враги рода Ху слетятся к нему, как мухи на мёд. Тогда хлопот станет только больше.
При этой мысли Хэцао невольно вздохнул. Прежде он не встречал людей, которые платили бы злом за добро. Он и не думал, что Молот окажется настолько мелочным. Это было до крайности обидно.
Но сейчас он мог лишь думать об этом, а сделать ничего не мог. Впрочем, это тоже стало для него уроком: в мире и вправду есть люди, чья мелочность не знает границ.
Вскоре Хэцао выбрался с той узкой дороги. На этот раз он не пошёл по тракту, а двинулся через густой лес. Шёл и разговаривал с растениями, лечил их, обменивался с ними энергией. Можно сказать, только в этом лесу Хэцао по-настоящему расслаблялся.
Эти растения он очень любил. Они не станут платить злом за добро, как люди. Ты к ним хорошо — и они к тебе хорошо. С ними всё было просто.
Разумеется, обмениваясь с растениями энергией, Хэцао ещё и растил себя, стремился как можно скорее стать сильнее. После нескольких боёв он уже понял, каковы его силы: с обычными людьми он ещё справлялся, но против некоторых мастеров явно не тянул.
Но Хэцао никогда не сдавался. Он непременно станет сильнее. Он верил: однажды он станет настоящим мастером.
Тогда же Хэцао начал практиковать Восемь методов каменного молота. В прежних боях он их не применял. Хотя он уже знал, как их использовать, получалось ещё неуклюже. В таком состоянии выйти с Восемью методами каменного молота против такого врага, как обладатель души копья, было бы равносильно самоубийству.
Теперь, оставшись один в лесу, он мог спокойно и смело тренироваться. Однако он не ставил целью попасть по растениям — наоборот, он стремился не задеть их.
Под влиянием первых уроков Ху Юаня у Хэцао было одно основное требование к любому боевому искусству — точность.
Сначала он отрабатывал точность на ноже, потом — на чём угодно. Ху Юань даже какое-то время учил его скрытому оружию, чтобы развить точность. Теперь ему предстояло оттачивать точность и в Восьми методах каменного молота, и в Девяти превращениях призрачной лозы. Без такой тренировки даже самое сильное искусство покажет в лучшем случае восемь десятых своей мощи.
Всю дорогу Хэцао почти ни с кем не общался. Он практиковался в глуши, шёл вперёд, лечил растения, наблюдал за ними, обменивался с ними энергией. Уставал — отдыхал где придётся. Хотел спать — ложился на траву. Проголодался — ел немного армейских лепёшек, что дал ему Лю Юаньгун, или собирал дикие плоды. Он и вправду жил, как дикарь.
А Хэцао и не знал, что этим спасся от верной гибели.
Желающих убить Хэцао было двое. Первые — люди обладателя души копья. Тот прекрасно понимал, что Хэцао не из Сабельной гвардии. Вернувшись, он сразу послал людей следить за Лю Юаньгуном и его отрядом. Когда же он обнаружил, что Лю Юаньгун и его люди продолжают путь всего впятером, то не стал с ними связываться, а решил найти Хэцао и убить его.
Обладатель души копья никогда ещё так сильно не желал чьей-то смерти и никогда не думал, что один мастер растений доставит ему столько хлопот. Но Хэцао сумел. Это его по-настоящему поразило.
Однако когда обладатель души копья бросил все силы на поиски Хэцао, тот словно исчез. Никто не знал, куда он делся и где его искать. Они искали долго, но так и не нашли и в конце концов отказались от поисков. Но обладатель души копья и не думал оставить Хэцао в покое. Он решил выяснить, кто тот такой, и через это выйти на его след, а затем убить.
Выяснить происхождение Хэцао оказалось нетрудно. Обычные люди, конечно, не знали о семье Ху. Все считали его человеком из рода Лю, выходцем из Луцуйчэна. Потому обладатель души копья отправил людей прямо в Луцуйчэн. Не убивать Хэцао, а найти его.
То, что обладатель души копья хочет его смерти, Хэцао давно понял. Но он не подозревал, что есть человек, который жаждет его смерти ещё сильнее, — и это был Молот.
Молот хоть и отпустил Хэцао, узнав, кто он, но не отказался от мысли его убить. По его разумению, Хэцао был из семьи Ху, а он, Молот, с ним поссорился. Значит, Хэцао непременно использует силы семьи Ху, чтобы свести с ним счёты. Для Молота это не сулило ничего хорошего. Потому он и хотел уничтожить Хэцао, пока тот не взялся за него. Ученики семьи Ху, погибшие на испытаниях, — дело обычное.
Молот не знал, что именно из-за его мелочности Лю Юаньгун и не сказал ему правду. Не будь он таким мелочным, не нажил бы врага в лице Хэцао и не ходил бы теперь как на иголках. Главное же — он мог бы узнать от Лю Юаньгуна истинное положение Хэцао.
Молот считал Хэцао обычным ключевым учеником семьи Ху. Он и помыслить не мог, что тот — приёмный внук и наследник главного старейшины Ху Юаня. Знай он это, ни за что не посмел бы строить против Хэцао козни.
Но он ничего не знал и потому хотел убить Хэцао. Расставшись с Лю Юаньгуном и его людьми, он вскоре отделился и от своего отряда и в одиночку пустился по следу Хэцао. Разумеется, он ничего не нашёл и ничего не смог сделать, а потому вернулся в Сабельную гвардию мрачнее тучи.
Но, как и предполагал Хэцао, вернувшись, он не забыл о своём намерении. Он попросил людей распустить повсюду слух: Хэцао — мастер растений, отправленный семьёй Ху на испытание.
Молот прекрасно знал, что у семьи Ху немало врагов. В Государстве Души Сабли их было немного, но в других странах — предостаточно. Стоит им узнать эту новость, и они непременно пойдут по следу Хэцао. Если их руками удастся убить Хэцао — тем лучше.
И вот, спустя всего несколько дней после того, как Молот распустил слух, семья Ху начала расследование. Хэцао был редчайшим за сто лет талантом семьи Ху и учеником Ху Юаня.
На этот раз весть о Хэцао разлетелась так быстро, что это сразу показалось подозрительным. Хотя семья Ху и отпустила Хэцао, о таком талантливом ученике она не могла не беспокоиться. Она не хотела, чтобы с Хэцао что-то случилось. Случись беда — для семьи Ху это была бы огромная потеря.
Потому, едва обнаружив, что слух связан с Хэцао и, возможно, направлен против него, семья Ху немедленно начала действовать и выяснять, откуда он исходит.
Вскоре выяснилось, что слух идёт из Сабельной гвардии. Тогда они навели справки в гвардии и без труда узнали о недавних злоключениях Хэцао, а также о его стычке с Молотом. Сопоставив это с характером Молота, люди семьи Ху не сомневались: слух распустил именно он.
Молот слишком верил в себя. Ему казалось, что в отряде его любят и никто не станет его выдавать. Но он упустил одно: влияние семьи Ху на мастеров растений. А в его отряде были мастера растений. К тому же Молот и со своими людьми обращался не лучшим образом, и те, разумеется, не стали хранить его тайну. Стоило людям семьи Ху спросить — и те всё рассказали.
Это открытие привело семью Ху в ярость. Они уже готовились разобраться с Молотом. Но понимали: сейчас не время. О стычке Молота и Хэцао знали многие в Сабельной гвардии. Начни они действовать против Молота сейчас — это вызовет недовольство императорского рода. Ссориться с ним они не хотели.
Не то чтобы императорский род так уж любил Молота — дело было в его принадлежности. Молот — человек Сабельной гвардии. А Сабельная гвардия всегда считалась самой преданной императорскому роду и была в его руках острым клинком. Императорский род не позволит ни одной силе запустить руку в Сабельную гвардию. Это было бы посягательством на их собственность, и они не спустили бы такого.
Потому семья Ху и не собиралась сразу разбираться с Молотом. Способов было много, и спешить не стоило. Сейчас же им нужно было обеспечить безопасность Хэцао и, разумеется, всех, кто с ним связан.
А Хэцао ничего об этом не знал. Он и понятия не имел о происходящем. По-прежнему каждый день шёл через густой лес. В этом лесу никто не мог его выследить. Ни другой мастер растений, ни обладатель звериной души. Потому что растения были с Хэцао в слишком хороших отношениях. Он шёл, лечил их, обменивался с ними энергией. И если бы кто-то попытался отследить его с помощью растений, его ждал бы печальный конец. А если бы кто-то попытался использовать зверей, растения предупредили бы Хэцао.
Мудрость растений всегда недооценивали. Многие и вовсе считали, что у растений нет разума. А значительная часть мастеров растений полагала, что разум у них есть, но слишком слабый. Они не понимали: дело не в том, что разум растений слаб, а в том, что у них самих огромные проблемы с общением с растениями.
Именно поэтому, стоило Хэцао войти в лес, как он становился подобен дракону, вернувшемуся в море, или тигру, ушедшему в горы. Никто не мог с ним тягаться. Это была его вотчина. Впрочем, сейчас Хэцао ещё не знал этого. Он просто каждый день практиковался, обменивался энергией, лечил растения и шёл вперёд — и ничего больше.
И именно из-за этой сосредоточенности Хэцао не замечал, что его Защита растений тоже растёт. Но поскольку он уже мог свободно ею управлять, то, даже усилившись, не обратил на это внимания.
Защита растений, по сути, была особым даром, который растения в благодарность преподносили мастеру растений. Для мастера растений этот дар был очень важен, а для растений — не так уж и значителен. Потому многие и не знали, что Защиту растений тоже можно развивать.
Дни шли за днями, Хэцао всё шёл вперёд. Он не останавливался, двигался небыстро, но провёл в лесу несколько месяцев. Наконец он всё же вышел из чащи.
За эти месяцы он не только в совершенстве освоил Восемь методов каменного молота, так что мог применять их в настоящем бою, но и начал постигать искусство человеко-растительного слияния. Теперь он уже мог сливаться с каменным молот-деревом. Правда, результат был ещё не идеальным. Он хотел позже, после слияния с каменным молот-деревом, попробовать слиться и с железно-нитевой травой. Ему было интересно, что из этого выйдет.
Но, к сожалению, полностью постичь человеко-растительное слияние он не успел — вышел из леса. К тому времени он провёл в чаще ровно три месяца. За эти три месяца Хэцао съел все армейские лепёшки, а потом питался дикими плодами и дичью. Волосы его отросли, но, к счастью, не слишком свалялись — он подвязывал их простой лентой. Одежда изорвалась. И это был ещё самый сохранившийся комплект. Остальные превратились в лохмотья.
Хэцао вышел из леса по двум причинам. Во-первых, ему нужно было пополнить припасы: соль закончилась, одежда порвалась, огниво сломалось, кисть почти стёрлась, тушь заканчивалась. Словом, требовалось пополнение. Во-вторых, он уже подошёл близко к Луцуйчэну. Ему хотелось заглянуть в город, повидать Тянь Ню, Юйэр, а потом уже вернуться домой. Эти месяцы практики были очень тяжёлыми, и он собирался немного отдохнуть.
(Конец главы)