Караван быстро покинул город.
Не успели они отъехать и двух ли, как увидели высокую фигуру, стоящую посреди тракта. Едва увидев эту позу, командир Ху понял — человек пришёл за ними. Он тотчас велел повозкам остановиться и быстрым шагом подошёл к повозке Чжао Хая:
— Молодой господин Хэцао, впереди человек преграждает путь. Похоже, мастер. Что делать?
Чжао Хай открыл дверцу и вышел, взглянув на того человека.
Тот был очень высок, около двух метров. Но по сравнению с Чжао Хаем сильно уступал. Зато оружие в его руке заинтересовало Чжао Хая ещё больше — это тоже был тан с бычьей головой.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Любопытно. Тоже с таном с бычьей головой. Похоже, пришёл вызвать меня.
С этими словами он пошёл к голове каравана, говоря на ходу командиру Ху:
— Командир Ху, сходи в город, купи и мне лошадь, повыше. Если лошади нет, любое другое животное сойдёт, лишь бы меня выдержало. Постоянно сидеть в повозке — никакого удовольствия.
Командир Ху тотчас отозвался. Не обращая внимания на того человека, он развернулся и пошёл в город.
Чжао Хай встал перед караваном, взглянул на преградившего ему путь, потом на его звериную душу — дикого быка — и слегка улыбнулся:
— Из семьи Ян? Пришёл вызвать меня?
Наставник У никак не ожидал, что Чжао Хай с ходу разгадает его. Впрочем, он ничего не сказал, лишь сложил руки в знак приветствия:
— У Ицзян, пришёл вызвать господина Тянь Хэцао. Слышал, господин превосходно владеет таном с бычьей головой. Я тоже пользуюсь таном, вот и хочу попросить совета.
Чжао Хай взглянул на У Ицзяна и кивнул:
— Что ж, хорошо. Если проиграешь, вернись и передай тому по фамилии Ян: пусть не будет следующего раза. У меня характер не самый мягкий. Ещё раз — и не вините меня.
С этими словами Чжао Хай повёл рукой, и в его ладони появился тан с бычьей головой. Он поднял его обеими руками и взглянул на У Ицзяна:
— Прошу!
У Ицзян, увидев тан Чжао Хая, приподнял брови:
— Боевое растение? Интересно. Семья Ху и вправду род растительных культиваторов. Прошу.
Чжао Хай взглянул на него и слегка улыбнулся. Затем взревел, рванулся вперёд и обрушил тан на У Ицзяна.
У Ицзян тоже взревел, повёл своим таном и ударил навстречу. Их первое столкновение сразу оказалось прямым противостоянием.
Дан —
Раздался грохот, таны столкнулись. Древко тана Чжао Хая согнулось, гася силу. А У Ицзяна развернулся всем телом, чтобы сбросить переданную силу. Его тан был отлит из закалённой стали, древко согнуться не могло.
После этого столкновения оба поняли — сила у противника немалая.
Но Чжао Хай не тревожился. Он только что использовал лишь шесть десятых своей силы, и то без поддержки татуировки снежного человека. А У Ицзян если и не выложился полностью, то использовал не меньше восьми десятых.
Потому Чжао Хай не волновался. Он знал: сила У Ицзяна уступает его.
У Ицзян тоже это почувствовал — его сила уступает Чжао Хаю. Но он ничуть не тревожился.
Ему было сорок пять лет. С тех пор как он встал на путь, он прошёл через десятки больших и малых сражений, и боевой опыт у него был невероятно богат. По его мнению, даже если сила уступает Чжао Хаю, опыта у него куда больше. Опытом он всё равно одолеет Чжао Хая.
Если бы У Ицзян столкнулся с прежним Хэцао, он, возможно, и вправду одолел бы его опытом. Но сейчас перед ним был Чжао Хай — человек, прошедший неведомо сколько великих битв.
В сравнении боевого опыта с Чжао Хаем У Ицзян сильно проигрывал.
Чжао Хай мысленно потянулся, и природная энергия из его руки вошла прямо в тан. Сила в тане в кратчайший срок была погашена его природной энергией. Затем Чжао Хай взревел и бросился на У Ицзяна.
Боевой опыт У Ицзяна и вправду был богат. Сбрасывая силу с древка, он вращался всем телом, а тан держал поперёк пояса, и тот при вращении непрерывно ходил по кругу. Так он не только сбрасывал силу, но и превращал её в атаку. Попади кто под его тан в этот момент — получил бы удар и его силы, и силы Чжао Хая. Шутки плохи.
Но сегодня ему противостоял Чжао Хай. Разве такая ситуация могла его затруднить?
Чжао Хай рванулся вперёд, используя тан как длинное копьё, и устремил его прямо в У Ицзяна.
У Ицзян хоть и сбрасывал силу, но не сводил глаз с Чжао Хая. Увидев, что тот бросился, он тотчас отреагировал. Тан в его руках пошёл снизу вверх, отбивая удар.
Дан —
Удар пришёлся прямо по острию тана Чжао Хая. Но У Ицзян всё же недооценил силу Чжао Хая. Острие тана хоть и сместилось на несколько цуней вверх, но лишь потому, что древко согнулось, а не потому, что Чжао Хая отбросило. Острие всё ещё тянулось к У Ицзяну.
В этот опасный миг У Ицзян изо всех сил откинулся назад. Острие тана Чжао Хая прошло, задев кончик его носа, и У Ицзяна прошиб холодный пот.
Но это было ещё не всё.
Едва он попытался уйти от тана, как Чжао Хай резко крутанул его — и крыло тана обрушилось ему на грудь.
Казалось бы, удар от такого вращения не должен быть сильным. Даже если бы его задело, большого вреда не было бы. Но этот удар нанёс Чжао Хай — и сила оказалась совсем иной.
У Ицзян почувствовал, как в груди перехватило, дыхание остановилось, и он рухнул на землю.
Чжао Хай убрал тан, взглянул на лежащего У Ицзяна и ничего не сказал.
Лишь через некоторое время У Ицзян поднялся. Он недоверчиво смотрел на Чжао Хая — никак не мог поверить, что его так легко сбили одним ударом. Это было выше его ожиданий. Всего два обмена ударами — и он уже проиграл!
Чжао Хай взглянул на него и негромко произнёс:
— Возвращайся. Передай Ян Тяньфану: пусть больше не думает о том, чтобы вернуть лицо. Ещё раз посмеет устроить что-то — не буду церемониться.
С этими словами он больше не стал обращать внимания на У Ицзяна.
У Ицзян взглянул на него, сложил руки в знак приветствия и ушёл. Он знал: сейчас говорить что-либо бесполезно. Искусство уступает — и все последствия ему остаётся лишь принять.
Не успел У Ицзян уйти далеко, как со стороны города донёсся стук копыт. Из Янъаньчэна примчался командир Ху. За его конём бежала ещё одна лошадь.
Но эта лошадь была странной.
Она была куда выше коня командира Ху. Длиной около двух чжанов, высотой около одного чжана — настоящая огромная лошадь.
Но выглядела она поистине уродливо. Шкура жёлто-белая, пятнами там и сям, словно парша на голове. Смотреть противно.
Главное же — эта уродливая лошадь была привязана железной цепью и с железным намордником. Седла на спине не было. На вид — вовсе не лошадь для езды.
Командир Ху подвёл её к Чжао Хаю, спрыгнул и сложил руки:
— Молодой господин Хэцао, прошу прощения. В городе подходящей лошади не нашлось, только эта. Не смотрите, что она уродлива, — она здорова. А шерсть у неё повылезла из-за драк с другими лошадьми. Сила у неё огромная, вот только объездить её никто не может. До сих пор никому не удавалось. Но я подумал, что для молодого господина Хэцао это не помеха, и купил её.
Чжао Хай, услышав это, кивнул:
— Неплохо, оставь её мне.
С этими словами он взял цепь и пошёл к лошади.
Лошадь беспрерывно перебирала передними копытами, словно готовая в любой миг встать на дыбы и ударить.
Чжао Хай подошёл к ней и протянул руку к носу. Лошадь вдруг встала на дыбы и ударила копытами в сторону Чжао Хая.
Но Чжао Хай не обратил на это внимания, лишь холодно фыркнул. Взмахнул рукой и схватил копыта. Оба копыта так и остались в его руке — лошадь не могла их опустить.
Чжао Хай напрягся и повалил лошадь на землю. Та крепко приложилась, но тотчас перекатилась и встала. Затем бросилась головой на Чжао Хая.
Чжао Хай дал ей пощёчину, отбросив голову в сторону. Затем вскочил ей на спину. Сжал бока ногами, и лошадь с громким ржанием рванулась вперёд. Она прыгала и брыкалась, пытаясь сбросить Чжао Хая.
Но Чжао Хай сидел на ней словно гора. Сжимал бока ногами и применил приём «тысячецзиневой тяжести». Его и без того немалый вес увеличился ещё больше.
Чжао Хай думал, что после этого лошадь присмиреет. Но не ожидал, что у неё окажется столько силы — она всё ещё могла бежать и прыгать. Прошло почти два часа, прежде чем она успокоилась.
Когда лошадь окончательно присмирела, Чжао Хай спрыгнул. Затем подошёл к ней и погладил по носу. На этот раз лошадь не стала противиться, наоборот, фыркнула и, похоже, осталась довольна.
Чжао Хай, глядя на неё, слегка улыбнулся. Затем снял с её морды намордник. Погладил лошадь и медленно направил к ней свою психическую силу.
Вскоре раздался густой голос:
— Хозяин, это ты? Ты умеешь со мной говорить! Как хорошо!
Голос был очень густым, словно говорил здоровенный детина.
Чжао Хай слегка улыбнулся:
— Конечно, я. Не волнуйся, я могу с тобой общаться. Будешь ходить со мной. Кстати, откуда ты? Почему у тебя такая сила?
В глазах лошади мелькнула растерянность. Затем она покачала головой:
— Хозяин, я с лугов. Я и сам не знаю, почему у меня такая сила. Может, потому что я много ем.
Чжао Хай кивнул и негромко произнёс:
— Будешь со мной — дам тебе лучшую энергию.
С этими словами он направил в тело лошади струю природной энергии. Лошадь тотчас приняла крайне довольный вид.
(Конец главы)