Запах крови. Густой, тяжёлый запах крови пропитал весь проход и не рассеивался. Чжао Хай невольно нахмурился — он знал, что это след кровавого жертвоприношения.
Неизвестно, сколько он летел, но впереди наконец забрезжил свет. Он понял, что конец близок. Но чем дальше, тем сильнее становилось сопротивление. Он не знал, было ли так же, когда выходили Цзинь Цзюнь и остальные, но, вероятно, похоже. Выход был уже перед глазами, а сопротивление только возросло. Каждый шаг вперёд требовал огромных усилий. В конце концов Чжао Хаю пришлось применить силу законов. Только тогда сопротивление ослабло. С её помощью он вырвался из прохода.
Едва выйдя, Чжао Хай почувствовал, что сопротивление исчезло. Удивительно, но и давления не было. Осмотревшись, он обнаружил, что духовная энергия здесь почти отсутствует — и это была большая проблема.
Он вгляделся вперёд и увидел, что находится в пустоте. А вдали, очень далеко, висела красная лента. Она была невероятно длинной, уходила из пустоты и в пустоту же возвращалась. Зрелище было величественным и красивым.
Чжао Хай понял, что это и есть Кровавая река девяти бездн. Но он не ожидал, что отсюда она будет выглядеть настолько прекрасно.
Он осмотрелся. Вокруг ничего — только пустота. Но не такая, как в Пустотном мире. Там были звёзды, астероиды, энергетические сгустки, излучения, и пустота казалась живой, полной мерцающих огней. Здесь же не было ничего — мёртвая тишина и тьма. Лишь далёкая река излучала кровавое сияние, заливая всё вокруг красным. От этого здесь становилось тоскливо и душно.
Чжао Хай вздохнул. Теперь он понял, почему Лю Ижэнь говорил, что от долгого пребывания здесь можно сойти с ума. Действительно, попасть в Кровавую область девяти бездн — всё равно что оказаться в карцере, в тёмной комнате. Со временем это сводит с ума.
Он огляделся, не заметил ничего странного и полетел вперёд. Его цель — Кровавая река, и он направился прямо к ней.
Едва двинувшись, Чжао Хай обнаружил, что расход духовной энергии здесь примерно в десять раз выше, чем снаружи. Стоило ему полететь, как энергия начала стремительно убывать. Это его озадачило. Затем он кивнул — теперь понятно, почему Лю Ижэнь говорил, что обитатели Кровавой области девяти бездн без нужды не двигаются.
Пролетев некоторое время, Чжао Хай заметил впереди чёрную тень. Он опешил, но сразу понял, что это культиватор. Он не полетел к тени, а обогнул её, направляясь к Кровавой реке.
Облетая тень, он увидел, что это культиватор, сидящий в позе лотоса, неподвижный, словно погружённый в совершенствование. Чжао Хай не придал этому значения. Он слышал от Лю Ижэня и остальных, что в Кровавой области девяти бездн, если не нападать первым, мало кто станет нападать на тебя. Но обычно нужно держаться на расстоянии не менее сотни метров, иначе могут счесть за враждебность. Тогда схватки не избежать. А здесь, кроме безумцев, никто не станет провоцировать других, потому что в бою энергия расходуется ещё быстрее — типичное взаимное уничтожение.
Чжао Хай летел вперёд и теперь по-настоящему понял, что значит «за горизонтом видно, да не дойти». Кровавая река казалась недалеко, но на деле до неё было очень далеко. Он летел несколько часов, а расстояние почти не сокращалось.
К счастью, Чжао Хай не спешил. Он медленно летел, поглядывая по сторонам. Ему было любопытно, сколько культиваторов он встретит в Кровавой области девяти бездн.
Чем дальше он летел, тем сильнее изумлялся. Культиваторов здесь было действительно очень много. Он подсчитал: за три часа полёта он встретил около тысячи человек. Это поражало.
Ведь он летел по прямой. То есть за три с небольшим часа он встретил столько людей. Уже по этому видно, что культиваторов здесь очень и очень много. Это тревожило Чжао Хая. Если все они вырвутся наружу, справиться с ними будет крайне сложно. Но запечатать проход он не мог. Он уже пробовал использовать барьерные формации, но безуспешно: барьер мгновенно поглощался каналом. Именно это беспокоило Чжао Хая больше всего.
Пролетев ещё два часа, Чжао Хай уже почти онемел. Он не знал, сколько всего встретил. Все они сидели неподвижно, закрыв глаза, словно в совершенствовании. Но он чувствовал исходящую от них ауру смерти. Мёртвая тишина, в которой давно угасла надежда. Они держались, возможно, не из силы духа, а по привычке. Их сердца, вероятно, давно умерли.
И это было самым страшным. Эти люди уже смирились со смертью, их души мертвы. Всё из-за здешней среды. Они не могут уйти и только ждут смерти. В такой обстановке, как в карцере, появление такой ауры неудивительно. Но если они найдут выход наружу, они ринутся туда, как безумцы. А увидев снаружи полный жизни мир, что они почувствуют? Заставить их вернуться будет невозможно. Любой, кто попытается, станет врагом.
Чжао Хай тяжело вздохнул. Он действительно не знал, что делать. Такого он не предвидел. Людей в Кровавой области девяти бездн куда больше, чем он думал. Он также заметил, что расход энергии хоть и велик, но не абсолютен — восполнение есть, только очень медленное. Снаружи при полёте он тратил единицу и получал единицу или больше. Здесь же тратил минимум десять, а получал максимум пять-шесть. И даже когда он останавливался, расход превышал восполнение. Странное явление.
— Парень, ты, видно, только что вошёл? Если послушаешь старика, не двигайся. Остановись, найди место и сиди. Так протянешь дольше.
Голос, старческий и слабый, но ясный, внезапно раздался, возвращая Чжао Хая к реальности.
Чжао Хай обернулся на голос и увидел в двухстах метрах слева старого культиватора, сидящего в позе лотоса. Он был очень стар, волосы совершенно белые, тело худое, но глаза живые. Самое удивительное — от него не исходила аура смерти.
Чжао Хай остановился и с любопытством посмотрел на старика:
— Старик, разве в Кровавой области девяти бездн держат только молодых? Как вы сюда попали?
Старик рассмеялся:
— Я в Кровавой области девяти бездн уже не знаю сколько. Чёрные волосы стали белыми, вот и поседел.
Чжао Хай с недоумением спросил:
— Простите за нескромность. Говорят, здесь долго не протянуть. Как вы выдержали так долго?
Старик усмехнулся:
— Юноша, не смотри, что я седой. Я буддийский культиватор. Понимаешь?
Понял. Чжао Хай действительно понял. Буддийские культиваторы — особая каста. Их сила, может, и не самая великая, но выживаемость легендарна. Они умеют поддерживать расход энергии на крайне низком уровне. Возможно, поэтому он и держится так долго.
Чжао Хай подлетел ближе и спросил:
— Как вам удаётся так долго? Говорят, сложнее всего здесь не восполнять энергию, а выдерживать мёртвую тишину. Как вы справляетесь?
Старик посмотрел на него:
— Юноша, ты, видно, хорошо знаешь это место. Да, здесь мёртвая тишина. Но именно в такой обстановке я могу спокойно изучать буддийское учение. Для меня это идеальное место.
Чжао Хай удивился:
— Вы буддийский культиватор, почему же называете себя «стариком», а не «бедным монахом»? Как ваше имя в Дхарме?
Старик усмехнулся:
— Юноша, что такое Будда? Что такое буддийский культиватор? Как стать настоящим буддистом? Разве те, кто каждый день твердит «Будда» и читает сутры, — настоящие буддисты? Нет. Будда в сердце — ты Будда; нет Будды в сердце — хоть изорви сутры, хоть разбей деревянную рыбу, ты лишь ложный буддист. А имя в Дхарме — просто название. Я его давно забыл.
Чжао Хай почувствовал уважение. Этот старик — настоящий буддийский культиватор. Будда — это состояние сердца. Слова старика справедливы.
Чжао Хай сложил руки:
— Благодарю за наставление. Вы истинный мастер. Не скрою, я только что извне, иду к Кровавой реке. О Кровавой области девяти бездн я слышал от других.
Старик улыбнулся:
— Молодость любопытна. Если не ошибаюсь, ты сам вошёл сюда? Юноша, ты не знаешь, что это место смерти. Войти легко, выйти трудно.
Чжао Хай улыбнулся:
— Не беспокойтесь. Я вошёл — смогу и выйти. Если хотите, могу взять вас с собой. Согласны?
Старик посмотрел на него, понял, что тот не шутит, и опешил. Затем спокойно спросил:
— И какую цену ты попросишь?
Чжао Хай удивился его спокойствию:
— Вы совсем не удивлены? Почему?
Старик улыбнулся:
— Я в Кровавой области девяти бездн, хуже уже некуда. И у меня ничего нет, бояться обмана нечего. Чему удивляться? Говори, что я должен сделать?
Чжао Хай улыбнулся:
— Ничего особенного. Следуйте за мной в будущем, и я выведу вас. Но только в низший мир, в свой вы не вернётесь.
Старик улыбнулся:
— Значит, тебе нужна моя жизнь. Что ж, здесь всё равно смерть. Увидеть внешний мир перед смертью — уже хорошо. Я согласен.
Чжао Хай усмехнулся:
— Вы что, мирскими желаниями прониклись?
Старик улыбнулся:
— Что такое мирские желания? Будда в сердце — везде чистая земля; нет Будды — везде пыль мирская. Я долго был в этой чистой земле девяти бездн. Увидеть мирскую пыль, узреть живые существа — великое благо. Будда воплощается во всём, все существа — Будды. Смотреть на них — как смотреть на Будд. Разве плохо?
Чжао Хай рассмеялся:
— Хорошо сказано! Тогда, если принесёте великую клятву внутреннего демона, я выведу вас.
Старик улыбнулся:
— В моём сердце только Будда, нет демонов. Эта клятва мне не нужна. Но если ты хочешь, я могу её принести.
(Конец главы)